Удачной охоты

— Вы узнаете это лицо? — спросил крайний к Хелен Учитель, и, включив кнопку переговорного устройства, обратился к Ученику. — Покажите нам голову Охотника поближе.

Поднявшись со стула, Ученик взял за волосы, лежавшую среди других трофеев голову и подошел к стеклу. Хелен знала, что перегородка с другой стороны была зеркальной, и Ученик не может рассмотреть лиц находящихся в помещении людей. Ученик осторожно держал голову в метре от стекла — со среза шеи капала кровь.

«Голова свежая» — сделала вывод Хелен, и присмотрелась в искаженное смертью лицо.

— Не ужели я была, был, — поправилась Хелен, — таким … симпатяжкой.

— Он, — кивнул Старший Учитель в сторону перегородки, — утверждает, что убил Охотника и просит нашего разрешения присвоить ему звание Охотника. — Решение за тобой. Это твоя голова.

— Я могу идти? — Хелен, улыбнувшись, подняла подбородок.

— Да.

Она уже прошла мимо стоявшего в дверях Конрада, когда Старший Учитель задал ей последний вопрос:

— Откуда эта голова.

-Я видела это лицо на фотографии в позапрошлогоднем «Лайф», — обернулась Хелен, — оно мне понравилась.

Ученик услышал звук открывающейся двери. В проеме появился невысокий человек, впустив в темную комнату приглушенные лучи вечернего солнца Алабамы. Человек закрыл дверь, повернувшись спиной к Ученику, и тот смог рассмотреть на спине кожаной куртки вышитого орла. Незнакомец обернулся, раскрыл лезвие ножа, и, покачивая бедрами, пошел в его сторону.

Девушка подняла голову. Ученик осознал причину своего беспокойства в машине — в левом ухе Охотника блеснул зайчик золотого полумесяца серьги.

P.S. — … пусть всегда Охота будет Удачной.

Старший Учитель поднялся с колен. Первая и единственная в жизни Старшего Учителя молитва закончилась. Для себя он ничего не просил, и ничего не предлагал Господу. Что он мог предложить? Смирение?

Он — безбожник, распотрошивший около трехсот человек, пять из которых были священниками, ради ста миллионов долларов личного состояния. Существо, три раза менявшее свой пол, не считая восьми пластических операций. Человек, который подчинялся лишь законам Ордена, отрицая государство, общество и церковь.

Веру?

Он верил в автомат «Калашникова», свою интуицию и удачу.

Праведную жизнь?

Жизни оставалось не более суток.

Он молился за будущее своих Учеников, желая им Удачной Охоты.

Сегодня утром он проснулся, чувствуя непреодолимое желание увидеть Изменника. Тридцать семь лет они знали друг друга. Старший Учитель и Изменник были единственными, кто помнил момент основания Ордена. Теперь их присутствие в Ордене было подобно существованию двух аборигенов с набедренными повязками в набитом шикарно одетыми бизнесменами Центре Международной Торговли. Глупо и неуместно.

Их время безвозвратно ушло.

Старший Учитель взял со стола пакет и направился к двери. Оставалось исполнить последний долг в этой жизни.

Два Учителя и Конрад, ожидавшие в коридоре, присоединились к нему.

-Конрад. — Подозвал Старший Учитель своего давнего друга.

Тот приблизился.

-Здесь, — Старший Учитель протянул пакет, — мое завещание. Пятьдесят миллионов призовых тому, кто распотрошит Президента США, пятьдесят — детским приютам. Я хочу…

-К чему …

-Не перебивай, — жестко прервал он Конрода. — Мое тело пусть сожгут в крематории. Я хочу, чтобы прах развеяли над Атлантическим океаном. Фалангу Герхарда передашь моему преемнику. А теперь, — они остановились у двери, за которой находился Изменник, — идите к Ученикам. Я скоро буду.

Изменник не открыл свой единственный глаз — он знал, что перед ним стоит Старший Учитель. Хотя Старший Учитель несколько раз менял пол и часто делал пластические операции, Изменник всегда его чувствовал, как кошка испорченную рыбу.

Послышался щелчок — гость выключил телевизор. Визг получавшей удовольствие секс бомбы прервался.

«На самом интересном месте, — улыбнулся Изменник. — Густав (так он называл партнера женщины по двадцатиминутному порнофильму) совершал еще пять телодвижений над Мадлен (так он прозвал партнершу) и падал на ее рябую спину».

За тридцать два года, в течение которых он круглые сутки слушал и смотрел один и тот же порнофильм, Изменник изучил каждый прыщик на телах вспотевших от фальшивой страсти актеров. Менялись помещения, в которых держали Изменника и его семью, марки и диагонали телевизоров, но фильм оставался неизменным. Двадцатиминутный порнофильм без названия, в котором самой длинной фразой было «Das ist fantastisch». Круглые сутки. Тридцать два года и сколько-то там дней.

Изменник прикинул. Получалось, что фильм крутился с перерывами на переезды около двенадцати тысяч суток. Правда, уже через полгода он научился не обращать внимания на вздохи порнозвезд, но мысль о жене и сыне, слушавших визгливое траханье, была невыносимей самого действа по телевизору.

Скрипнул стул.

«Пришел прощаться» — сделал вывод Изменник. Он ожидал Старшего Учителя чуть позже, хотя почему не сейчас?