Поезд находился в пути уже более трех суток, и конечная станция его назначения была еще неблизко. Марсель, крупнейший морской порт на восточном побережье Франции отстоял отсюда примерно на такое же расстояние, которое было проделано до этого…
76 мин, 51 сек 16005
Когда есть цель, время пролетает незаметно. Прошел час или около того. Школьники дружно выплеснули наружу, залив улицу своими голосистыми выкриками. Звонкий смех, шум, гам… Гарт досадливо поморщился. Хорошо, что сам он никогда не ходил в школу, кроме мороки, ничего она не дает.
Франсуа Бельон вышел одним из последних. Конечно, он узнал его. Не узнать такого жиртреста! Впрочем, из массивного тела выпирали буграми вполне внушительные мускулы. Не зря его так боятся одноклассники… Гарт ухмыльнулся. Ничего зазорного в этом нет, но этот парень обидел Томми. А это было неправильно с его стороны.
Он незаметно двинулся вслед за Франсуа, который шел в компании двух парней. Но на полпути их дороги разошлись. И тогда, когда тропинка, по которой шел толстяк, пролегла через пустырь, на котором виднелся среди вьющихся диких зарослей одинокий колодец, Гарт решил: пора. И неслышно появился из засады. Опущенная сзади на плечо рука в этом месте произвела достойное впечатление — здоровяк дернулся от неожиданности и, потеряв равновесие, свалился в пыль.
— Черт, Вы кто такой?! — недружелюбно сказал он, поднимаясь и отряхиваясь.
— Франсуа Бельон? — на всякий случай уточнил Гарт, чтобы не было ошибки.
— Откуда Вы знаете мое имя? — продолжал игру в вопросы подросток-переросток с плоским, маленьким носом и лоснящимися щеками, угрожающе напирая на него грудью, благо, росточком он был даже повыше его, да и в плечах не сильно уступал. — Ты что, мужик, творишь?
— Ты зря обидел Томми Каннигхема, — без всякого выражения сказал Гарт, — Еще раз сделаешь что-то подобное — и я тебя прибью. Здесь или в другом месте — это значения не имеет.
Франсуа не испугался, а зря. Он вообще был не из пугливых, что было не удивительно с его комплекцией и полновесными задатками уличного задиры.
— Так значит, этот сморчок Вам нажаловался? — засмеялся Бельон, — Побежал к мамочке и своим друзьям? А кто ты такой, чтобы я тебя испугался? Я и тебе накостыляю, и его в школе так изобью, что он света белого больше не увидит, клянусь ма…
Поток речи из уст Франсуа прервался на полуслове, поскольку Гарт начал действовать. Один удар в живот — и парень корчится, судорожно хватая ртом воздух. Второй удар по лицу, так, что брызнула кровь из носа, а здоровяк кулем свалился в траву, обхватив свое ушибленное тело. Его плосконосое лицо вмиг стало еще более плосконосым. Затем Гарт схватил его за ногу и одной рукой потащил к колодцу. Легко, очень легко, словно это действительно был куль с экскрементами, а не парень, весящий свыше двухсот фунтов, перекинул его через стенку ограждения и… Франсуа Бельон, хрипло мыча, свесился над пропастью.
— Ты понял меня, или мне отпустить тебя? — зарычал Гарт, заглядывая внутрь, впиваясь взглядом в расширенные зрачки толстяка, — Убить тебя — мне как червяка растереть…
Гарт был зол, он чувствовал, что разозлился не на шутку. Жажда убийства бушевала в его груди, пенилась с новой силой. Кровь стучала в висках, тиски сдавили голову, перед глазами появилась словно какая-то розовая пелена, сквозь которую он видел болтающегося в воздухе парня и черный провал колодца. Как знать, сколько людей уже погибло в нем, свалившись туда, вниз? Сколько костей лежит на дне заброшенного колодца? И он просил о новой жертве… Скрип ломающихся костей, отчаянный, надсадный визг умирающего и — тишина. Холодная, безликая. Пальцы, казалось, разжимались сами, один за другим… Какой-то дикий шум, точно бой барабанов, нарастал в воздухе…
И только через секунду он понял, что это кричал парень, дико вопил:
— Пожалуйста, пожалуйста, МОЛЮ, поднимите меня! Я больше никогда, никогда, не трону Томми, клянусь жизнью, клянусь всем! Я больше никого не буду обижать! Только поднимите, поднимите, поднимите меня…
В воздухе пронесся неприятный запах. Кажется, парень обоссался.
Но Гарт и сам уже не мог остановиться… Ему хотелось убить этого парня, разбить его о стенки колодца и сбросить вниз уже жалкие останки, в которых не будет ничего живого… Бить и метать его, чтобы кровь ручьями хлестала в разные стороны… Смотреть на это…
И все-таки он остановился. Сам не понял как, но остановился. Еще один странный звук промелькнул в воздухе: кажется, это он проскрежетал зубами.
И все-таки через силу он поднял руку с парнем и отбросил его на землю, как вышвыривают в мусор отребье… Грязное, вонючее, непотребное… Такое, как вся его гребаная жизнь после ашфордской тюрьмы…
Но он оставил ту жизнь. И эту тоже. Жизнь маленького, непотребного Франсуа, «грозы» школьной тусовки. Не убьет. Не подвергнет себя риску. Он стал сильнее… Теперь он Клайв Каннингем. И не допустит, чтобы прежнее его«я» вернулось. Но напоследок…
Гарт медленно заглянул в лицо лежащему на земле парню. Неторопливо посмотрел глаза в глаза. И тот снова закричал, страшно закричал.
Потому что на него смотрел дьявол. Нет, хуже дьявола.
Франсуа Бельон вышел одним из последних. Конечно, он узнал его. Не узнать такого жиртреста! Впрочем, из массивного тела выпирали буграми вполне внушительные мускулы. Не зря его так боятся одноклассники… Гарт ухмыльнулся. Ничего зазорного в этом нет, но этот парень обидел Томми. А это было неправильно с его стороны.
Он незаметно двинулся вслед за Франсуа, который шел в компании двух парней. Но на полпути их дороги разошлись. И тогда, когда тропинка, по которой шел толстяк, пролегла через пустырь, на котором виднелся среди вьющихся диких зарослей одинокий колодец, Гарт решил: пора. И неслышно появился из засады. Опущенная сзади на плечо рука в этом месте произвела достойное впечатление — здоровяк дернулся от неожиданности и, потеряв равновесие, свалился в пыль.
— Черт, Вы кто такой?! — недружелюбно сказал он, поднимаясь и отряхиваясь.
— Франсуа Бельон? — на всякий случай уточнил Гарт, чтобы не было ошибки.
— Откуда Вы знаете мое имя? — продолжал игру в вопросы подросток-переросток с плоским, маленьким носом и лоснящимися щеками, угрожающе напирая на него грудью, благо, росточком он был даже повыше его, да и в плечах не сильно уступал. — Ты что, мужик, творишь?
— Ты зря обидел Томми Каннигхема, — без всякого выражения сказал Гарт, — Еще раз сделаешь что-то подобное — и я тебя прибью. Здесь или в другом месте — это значения не имеет.
Франсуа не испугался, а зря. Он вообще был не из пугливых, что было не удивительно с его комплекцией и полновесными задатками уличного задиры.
— Так значит, этот сморчок Вам нажаловался? — засмеялся Бельон, — Побежал к мамочке и своим друзьям? А кто ты такой, чтобы я тебя испугался? Я и тебе накостыляю, и его в школе так изобью, что он света белого больше не увидит, клянусь ма…
Поток речи из уст Франсуа прервался на полуслове, поскольку Гарт начал действовать. Один удар в живот — и парень корчится, судорожно хватая ртом воздух. Второй удар по лицу, так, что брызнула кровь из носа, а здоровяк кулем свалился в траву, обхватив свое ушибленное тело. Его плосконосое лицо вмиг стало еще более плосконосым. Затем Гарт схватил его за ногу и одной рукой потащил к колодцу. Легко, очень легко, словно это действительно был куль с экскрементами, а не парень, весящий свыше двухсот фунтов, перекинул его через стенку ограждения и… Франсуа Бельон, хрипло мыча, свесился над пропастью.
— Ты понял меня, или мне отпустить тебя? — зарычал Гарт, заглядывая внутрь, впиваясь взглядом в расширенные зрачки толстяка, — Убить тебя — мне как червяка растереть…
Гарт был зол, он чувствовал, что разозлился не на шутку. Жажда убийства бушевала в его груди, пенилась с новой силой. Кровь стучала в висках, тиски сдавили голову, перед глазами появилась словно какая-то розовая пелена, сквозь которую он видел болтающегося в воздухе парня и черный провал колодца. Как знать, сколько людей уже погибло в нем, свалившись туда, вниз? Сколько костей лежит на дне заброшенного колодца? И он просил о новой жертве… Скрип ломающихся костей, отчаянный, надсадный визг умирающего и — тишина. Холодная, безликая. Пальцы, казалось, разжимались сами, один за другим… Какой-то дикий шум, точно бой барабанов, нарастал в воздухе…
И только через секунду он понял, что это кричал парень, дико вопил:
— Пожалуйста, пожалуйста, МОЛЮ, поднимите меня! Я больше никогда, никогда, не трону Томми, клянусь жизнью, клянусь всем! Я больше никого не буду обижать! Только поднимите, поднимите, поднимите меня…
В воздухе пронесся неприятный запах. Кажется, парень обоссался.
Но Гарт и сам уже не мог остановиться… Ему хотелось убить этого парня, разбить его о стенки колодца и сбросить вниз уже жалкие останки, в которых не будет ничего живого… Бить и метать его, чтобы кровь ручьями хлестала в разные стороны… Смотреть на это…
И все-таки он остановился. Сам не понял как, но остановился. Еще один странный звук промелькнул в воздухе: кажется, это он проскрежетал зубами.
И все-таки через силу он поднял руку с парнем и отбросил его на землю, как вышвыривают в мусор отребье… Грязное, вонючее, непотребное… Такое, как вся его гребаная жизнь после ашфордской тюрьмы…
Но он оставил ту жизнь. И эту тоже. Жизнь маленького, непотребного Франсуа, «грозы» школьной тусовки. Не убьет. Не подвергнет себя риску. Он стал сильнее… Теперь он Клайв Каннингем. И не допустит, чтобы прежнее его«я» вернулось. Но напоследок…
Гарт медленно заглянул в лицо лежащему на земле парню. Неторопливо посмотрел глаза в глаза. И тот снова закричал, страшно закричал.
Потому что на него смотрел дьявол. Нет, хуже дьявола.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 13 из 22
