Фандом: Изумрудный город. Невидимые беллиорцы совершают ещё одну диверсию, и этот удар по силе несравним с предыдущими.
124 мин, 41 сек 12761
Ильсор с надеждой посмотрел на часы, а затем в окно, на облитую оранжевым солнечным светом «Диавону» под маскировочной сеткой. Близился вечер, скоро явится Лон-Гор и заберёт Ильсора на«процедуры». Скорей бы!Время завтрака уже миновало, но в Ранавире никто и не думал про еду, как казалось Баан-Ну. У него создалось впечатление, что и про него самого все забыли. Он встал и открыл окно. Внизу кто-то прошёл, не подняв головы, судя по походке, опять штатский.
— Маскировочная сетка? Вся? — донеслось откуда-то неподалёку. Баан-Ну попробовал узнать подчинённого по голосу и не смог.
— Четыре рулона общей площадью… — ответил кто-то второй, и слова отнесло ветром.
Изводясь от нетерпения, голода и тоски, генерал уже подумывал о том, чтобы спуститься и проинспектировать, насколько старательно экипаж ищет улики, но что-то его остановило. Наверняка кто-нибудь спросит о дальнейших указаниях, а какие тут могут быть указания? Нужно бы, конечно, напомнить о завтраке, но тоже — как? Ещё решат, что командованию безразлично произошедшее, только бы не пропустить приём пищи. А разве подобное вяжется с образом завоевателя чужих планет?
Через томительные два часа в дверь наконец постучали.
— Войдите! — рявкнул Баан-Ну, вне себя от переживаний, и изобразил на лице мучительную работу мысли.
— Список, господин генерал, — почти по-военному объявил Бу-Сан, показывая большой, изрядно помятый лист, исписанный с обеих сторон.
Они, что ли, подрались с Ар-Лоем за право преподнести командованию эту бумажку?
— Читайте, — велел Баан-Ну, для надёжности садясь в кресло.
— Отбойников — пять штук, — невыразительным голосом стал читать Бу-Сан, — набор строительных инструментов — девятнадцать штук, альпенштоков — двадцать пять штук, рулонов сетки маскировочной — четыре штуки, передатчик — одна штука, солнечная батарея — одна штука, аккумулятор к солнечной батарее — три штуки, взрывпакетов — двадцать штук…
— Замолчите! — простонал Баан-Ну, обхватывая голову руками. Слушать было невыносимо, катастрофа представала в материальном облике, а не только в отвлечённом.
— С вами всё хорошо? — осведомился Бу-Сан, наклоняясь к нему.
— Нет, читайте дальше, — велел Баан-Ну. Чашу позора нужно было испить до конца. — Из лазарета что-то пропало?
— Без Лон-Гора так сразу не определишь, — осторожно ответил Бу-Сан. — Лазарет хотя бы не разгромлен, это уже хорошо. Но известного нам всем медицинского сканера нигде нет.
Баан-Ну мужественно прослушал список до конца. Список оказался весьма разнообразен, а ведь это был результат поверхностного осмотра.
— Хорошо, что весь лагерь не унесли, — сквозь зубы резюмировал генерал, когда перечень окончился. Ему делалось дурно при мысли о том, что, по логике событий, сейчас следует организовать совещание. С кем тут совещаться? С лейтенантами? Или со штатскими, которые, кроме своих книжек и микроскопов, ничего и не видят? Дождались — вот результат!
— Передатчик, — припомнил он. — Наладить связь пытались?
— Связи нет, определить местонахождение передатчика тоже нельзя, — ответил Бу-Сан. — Либо он сломан, либо в нём кто-то покопался, прежде чем унести.
Он аккуратно сложил лист вчетверо и убрал в карман.
— Можно узнать, как вы себе представляете беллиорский ультиматум? — тихо спросил он.
Впервые задумавшись над этим, Баан-Ну не сразу нашёлся, что ответить. Беллиорцы не знали языка пришельцев, а те с ними осторожничали, не решаясь похищать, хотя лингафонное устройство за неделю справилось бы с их языком. Да и неизвестно, что бы сделали с ними аборигены за это похищение. Баан-Ну почувствовал страх и отвратительную беспомощность.
— Полагаю, они нарисуют нам пиктограмму, — с неохотой ответил он. — Вы свободны, позовите ко мне лейтенанта Ар-Лоя.
Ар-Лой явился, возмутительно при этом задержавшись.
— Ожидаю ваших приказаний, мой генерал! — сказал он, отсалютовав. В его безупречных движениях Баан-Ну углядел скрытую издёвку, но не разозлился, а испытал приступ отчаяния. Такими темпами оставшаяся часть экипажа обвинит во всех бедах его! Генерал похолодел, вспомнив инструкцию. Согласно ей, в чрезвычайной ситуации экипаж был уполномочен сместить его с должности и даже взять под арест. Главным тогда становился его заместитель, но Кау-Рука похитили вместе с оставшимися двумя полковниками. Неужели этот юнец Ар-Лой уже примеряет генеральские нашивки?!
— Приказ по лагерю, — сухо объявил Баан-Ну, пытаясь сохранять самообладание, хотя нервное подрагивание пальцев его наверняка выдавало. — Прекратить поиски пропавших. Организованно приступать к завтраку. После завтрака — осмотреть вертолёты на предмет повреждений. Если их не обнаружится, вылететь на поиски каких бы то ни было следов вокруг лагеря. Сохранять спокойный вид, помнить, что беллиорцы следят за каждым нашим шагом. Не давать врагам повода думать, будто они уже победили.
Баан-Ну выдохся и посмотрел на лейтенанта. Ему показалось, что тот едва сдерживает улыбку. Хотя как такое может быть, куда могла подеваться присущая избранным безэмоциональность?
— Маскировочная сетка? Вся? — донеслось откуда-то неподалёку. Баан-Ну попробовал узнать подчинённого по голосу и не смог.
— Четыре рулона общей площадью… — ответил кто-то второй, и слова отнесло ветром.
Изводясь от нетерпения, голода и тоски, генерал уже подумывал о том, чтобы спуститься и проинспектировать, насколько старательно экипаж ищет улики, но что-то его остановило. Наверняка кто-нибудь спросит о дальнейших указаниях, а какие тут могут быть указания? Нужно бы, конечно, напомнить о завтраке, но тоже — как? Ещё решат, что командованию безразлично произошедшее, только бы не пропустить приём пищи. А разве подобное вяжется с образом завоевателя чужих планет?
Через томительные два часа в дверь наконец постучали.
— Войдите! — рявкнул Баан-Ну, вне себя от переживаний, и изобразил на лице мучительную работу мысли.
— Список, господин генерал, — почти по-военному объявил Бу-Сан, показывая большой, изрядно помятый лист, исписанный с обеих сторон.
Они, что ли, подрались с Ар-Лоем за право преподнести командованию эту бумажку?
— Читайте, — велел Баан-Ну, для надёжности садясь в кресло.
— Отбойников — пять штук, — невыразительным голосом стал читать Бу-Сан, — набор строительных инструментов — девятнадцать штук, альпенштоков — двадцать пять штук, рулонов сетки маскировочной — четыре штуки, передатчик — одна штука, солнечная батарея — одна штука, аккумулятор к солнечной батарее — три штуки, взрывпакетов — двадцать штук…
— Замолчите! — простонал Баан-Ну, обхватывая голову руками. Слушать было невыносимо, катастрофа представала в материальном облике, а не только в отвлечённом.
— С вами всё хорошо? — осведомился Бу-Сан, наклоняясь к нему.
— Нет, читайте дальше, — велел Баан-Ну. Чашу позора нужно было испить до конца. — Из лазарета что-то пропало?
— Без Лон-Гора так сразу не определишь, — осторожно ответил Бу-Сан. — Лазарет хотя бы не разгромлен, это уже хорошо. Но известного нам всем медицинского сканера нигде нет.
Баан-Ну мужественно прослушал список до конца. Список оказался весьма разнообразен, а ведь это был результат поверхностного осмотра.
— Хорошо, что весь лагерь не унесли, — сквозь зубы резюмировал генерал, когда перечень окончился. Ему делалось дурно при мысли о том, что, по логике событий, сейчас следует организовать совещание. С кем тут совещаться? С лейтенантами? Или со штатскими, которые, кроме своих книжек и микроскопов, ничего и не видят? Дождались — вот результат!
— Передатчик, — припомнил он. — Наладить связь пытались?
— Связи нет, определить местонахождение передатчика тоже нельзя, — ответил Бу-Сан. — Либо он сломан, либо в нём кто-то покопался, прежде чем унести.
Он аккуратно сложил лист вчетверо и убрал в карман.
— Можно узнать, как вы себе представляете беллиорский ультиматум? — тихо спросил он.
Впервые задумавшись над этим, Баан-Ну не сразу нашёлся, что ответить. Беллиорцы не знали языка пришельцев, а те с ними осторожничали, не решаясь похищать, хотя лингафонное устройство за неделю справилось бы с их языком. Да и неизвестно, что бы сделали с ними аборигены за это похищение. Баан-Ну почувствовал страх и отвратительную беспомощность.
— Полагаю, они нарисуют нам пиктограмму, — с неохотой ответил он. — Вы свободны, позовите ко мне лейтенанта Ар-Лоя.
Ар-Лой явился, возмутительно при этом задержавшись.
— Ожидаю ваших приказаний, мой генерал! — сказал он, отсалютовав. В его безупречных движениях Баан-Ну углядел скрытую издёвку, но не разозлился, а испытал приступ отчаяния. Такими темпами оставшаяся часть экипажа обвинит во всех бедах его! Генерал похолодел, вспомнив инструкцию. Согласно ей, в чрезвычайной ситуации экипаж был уполномочен сместить его с должности и даже взять под арест. Главным тогда становился его заместитель, но Кау-Рука похитили вместе с оставшимися двумя полковниками. Неужели этот юнец Ар-Лой уже примеряет генеральские нашивки?!
— Приказ по лагерю, — сухо объявил Баан-Ну, пытаясь сохранять самообладание, хотя нервное подрагивание пальцев его наверняка выдавало. — Прекратить поиски пропавших. Организованно приступать к завтраку. После завтрака — осмотреть вертолёты на предмет повреждений. Если их не обнаружится, вылететь на поиски каких бы то ни было следов вокруг лагеря. Сохранять спокойный вид, помнить, что беллиорцы следят за каждым нашим шагом. Не давать врагам повода думать, будто они уже победили.
Баан-Ну выдохся и посмотрел на лейтенанта. Ему показалось, что тот едва сдерживает улыбку. Хотя как такое может быть, куда могла подеваться присущая избранным безэмоциональность?
Страница 6 из 35
