Фандом: Ориджиналы. Спальня. Юрген в коленно-локтевой — голый, текущий, жаждущий, чтоб его отымели! И омега — нежный одуванчик! В сравнении, конечно же. Так-то выбирал самого крупного в клубе. Ну и что? Из Юргена ручьем смазка, яйца чуть ли не звенят, глаза похотью застилает… а этот? Ладошкой по ягодицам гладит! Пыхтит что-то там позади, мнется. Юрген не сдержавшись, рыкнул: — Давай уже, вставляй! Кому говорю! А что в ответ, Прародителя их во все дыры?! В ответ тихий скулеж: Не могу, я стесняюсь!
70 мин, 24 сек 4431
Недоумевающий альфа зашипел от боли, поставил омег на пол и отступил.
— Ты чего?
— От тебя воняет, — кратко пояснил Хедвиг, привлекая к себе Дитриха и сжимая его плечо. — Омегой. Сильно.
Юрген снял пиджак и обнюхал его. На лице проступила досада. Пиджак он надевать не стал, бросил на стул в углу.
— Ну извини! У меня было совещание! — рыкнул он. — Я же не мог отменить его из-за того, что мой новый секретарь — омега! Или вообще остаться без секретаря — через две недели открытие выставки, мне нужен помощник для курирования отделов!
— Вот как? — Дитрих чуть наклонил голову, смерив супруга оценивающим взглядом. — Новый секретарь? Куда делся старый? С каких пор ты нанимаешь омег в свой альфа-огород?
— Уволился, — буркнул Юрген, плюхаясь в свое кресло. — Я опять не сдержался и наорал на него. Этот пришел по рекомендации, работает три дня, и пока никаких претензий к нему нет. Дитрих, что с тобой такое? Ты же не думаешь, что я взял его на работу специально, чтобы крутить шашни? Мы договаривались, мне вас хватает с головой! В чем проблема?
— Ты не отвечал на звонки все утро, — кротко пояснил Хедвиг, услышав тихий вздох Дитриха — тот опять начал заводиться. — Мы не спали две ночи толком, устали. И ты… — он замолк, получив слабый тычок в бок.
— Кто вам мешал поехать домой? — Юрген присмотрелся к омегам и отметил сонный вид Хедвига и круги под глазами Дитриха. — Тем более, если вы толком не спали!
Дитрих молча взял папку с дивана и швырнул ее на стол перед Юргеном. Проигнорировав раздражение на лице вскочившего с места альфы, направился к выходу.
— Какого хера?! — рыкнул Юрген на Хедвига, когда тяжелая дверь нехило хлобыстнула, выпустив Дитриха.
— Ты забыл, да? — омега, ничуть не испугавшись грозного вида альфы, подошел к столу. — Видимо, так оно и есть. Посмотри, пожалуйста, материалы, ты ведь хотел получить их как можно быстрее.
— Виг, что я забыл? — Юрген обошел стол и обнял омегу. — Почему нельзя сразу сказать, а надо устраивать истерики?
Хедвиг кротко вздохнул. В другое время он бы с превеликим удовольствием понежился в столь любимых объятиях, но куда-то ушел вспыливший Дитрих. Если не найти его до того, как тот успеет накрутить себя донельзя, то разразится грандиозный скандал. Примерно как тот — четыре года назад, когда Шейн в сердцах заявил о желании съехать от них в отдельную квартиру.
— Юрген, какое сегодня число? — омега завозился и выбрался из рук альфы. — Не помнишь? У Дитриха день рождения.
Юрген выругался. Окатило виной и досадой — лоханулся по полной программе! И ведь каждый год он будил утром своих омег огромными букетами цветов в их дни рождения и подарками, равно как и они его. А тут…
— Прими душ перед тем, как подходить к Дитриху. От тебя и впрямь разит, — напоследок посоветовал Хедвиг и, сочувствующе поцеловав альфу в щеку, исчез из кабинета. Ох, и сложно уходить, когда в паху разгорается пожар и хочется потрахаться со своим мужем, снимая напряжение поездки, но в ближайшее время грозят только разборки.
Посылать за цветами курьера было смерти подобно — Юрген не только не вспомнил утром про поздравление, он еще и потом увлекся разъяснениями работы новенькому, не вспомнив про телефон, забытый в кабинете. И нарычал на своих супругов. Прелестно! Рыкнув уже на самого себя, альфа метнулся за ключами от машины…
— Вот ты где! — Хедвиг с облегчением обнаружил Дитриха в кафе на первом этаже бизнес-центра.
— Ты, конечно, выложил ему, да? — ровно поинтересовался тот, отщипывая кусочки от круассана на тарелочке. Несчастный круассан давно превратился в горку крошек. — Сам он так и не додумался?
— Думаю, ты успеешь удовлетворить свою мстительность, когда он будет выпрашивать у тебя прощение, — Хедвиг отодвинул тарелочку подальше и накрыл ладони Дитриха своими. — Я понимаю, что дело вовсе не в цветах и подарке. Но стоит ли оно того?
— Стоит, милый. Ты прав, но я не хочу, чтобы наши традиции колебались. Одно дело, когда что-то происходит и можно поступиться ритуалами, другое — забывчивость альфы. Сегодня одно, завтра другое и мы докатимся до полнейшего пофигизма. Милый, отношения — тяжелая работа, особенно в нашем случае. Я…
— Простите, вы ведь — Дитрих Шейн?
Омеги повернулись на голос. Дитриха не передернуло только из-за годами вырабатываемого характера. Перед ними стоял омежка-секретарь, что вешался на Юргена. Молчание тот воспринял как знак согласия и, абсолютно не соблюдая никаких правил приличий, затараторил:
— Прародитель, это и впрямь вы! Господин Шейн, как я мечтал с вами познакомиться! Вы просто образец для подражания! Вы великолепны! Куда круче, чем во всех журналах! — восторженный омега захлебывался словами, прижимал трогательно сложенные кулачки под подбородком и словно вилял несуществующим хвостом.
— Ты чего?
— От тебя воняет, — кратко пояснил Хедвиг, привлекая к себе Дитриха и сжимая его плечо. — Омегой. Сильно.
Юрген снял пиджак и обнюхал его. На лице проступила досада. Пиджак он надевать не стал, бросил на стул в углу.
— Ну извини! У меня было совещание! — рыкнул он. — Я же не мог отменить его из-за того, что мой новый секретарь — омега! Или вообще остаться без секретаря — через две недели открытие выставки, мне нужен помощник для курирования отделов!
— Вот как? — Дитрих чуть наклонил голову, смерив супруга оценивающим взглядом. — Новый секретарь? Куда делся старый? С каких пор ты нанимаешь омег в свой альфа-огород?
— Уволился, — буркнул Юрген, плюхаясь в свое кресло. — Я опять не сдержался и наорал на него. Этот пришел по рекомендации, работает три дня, и пока никаких претензий к нему нет. Дитрих, что с тобой такое? Ты же не думаешь, что я взял его на работу специально, чтобы крутить шашни? Мы договаривались, мне вас хватает с головой! В чем проблема?
— Ты не отвечал на звонки все утро, — кротко пояснил Хедвиг, услышав тихий вздох Дитриха — тот опять начал заводиться. — Мы не спали две ночи толком, устали. И ты… — он замолк, получив слабый тычок в бок.
— Кто вам мешал поехать домой? — Юрген присмотрелся к омегам и отметил сонный вид Хедвига и круги под глазами Дитриха. — Тем более, если вы толком не спали!
Дитрих молча взял папку с дивана и швырнул ее на стол перед Юргеном. Проигнорировав раздражение на лице вскочившего с места альфы, направился к выходу.
— Какого хера?! — рыкнул Юрген на Хедвига, когда тяжелая дверь нехило хлобыстнула, выпустив Дитриха.
— Ты забыл, да? — омега, ничуть не испугавшись грозного вида альфы, подошел к столу. — Видимо, так оно и есть. Посмотри, пожалуйста, материалы, ты ведь хотел получить их как можно быстрее.
— Виг, что я забыл? — Юрген обошел стол и обнял омегу. — Почему нельзя сразу сказать, а надо устраивать истерики?
Хедвиг кротко вздохнул. В другое время он бы с превеликим удовольствием понежился в столь любимых объятиях, но куда-то ушел вспыливший Дитрих. Если не найти его до того, как тот успеет накрутить себя донельзя, то разразится грандиозный скандал. Примерно как тот — четыре года назад, когда Шейн в сердцах заявил о желании съехать от них в отдельную квартиру.
— Юрген, какое сегодня число? — омега завозился и выбрался из рук альфы. — Не помнишь? У Дитриха день рождения.
Юрген выругался. Окатило виной и досадой — лоханулся по полной программе! И ведь каждый год он будил утром своих омег огромными букетами цветов в их дни рождения и подарками, равно как и они его. А тут…
— Прими душ перед тем, как подходить к Дитриху. От тебя и впрямь разит, — напоследок посоветовал Хедвиг и, сочувствующе поцеловав альфу в щеку, исчез из кабинета. Ох, и сложно уходить, когда в паху разгорается пожар и хочется потрахаться со своим мужем, снимая напряжение поездки, но в ближайшее время грозят только разборки.
Посылать за цветами курьера было смерти подобно — Юрген не только не вспомнил утром про поздравление, он еще и потом увлекся разъяснениями работы новенькому, не вспомнив про телефон, забытый в кабинете. И нарычал на своих супругов. Прелестно! Рыкнув уже на самого себя, альфа метнулся за ключами от машины…
— Вот ты где! — Хедвиг с облегчением обнаружил Дитриха в кафе на первом этаже бизнес-центра.
— Ты, конечно, выложил ему, да? — ровно поинтересовался тот, отщипывая кусочки от круассана на тарелочке. Несчастный круассан давно превратился в горку крошек. — Сам он так и не додумался?
— Думаю, ты успеешь удовлетворить свою мстительность, когда он будет выпрашивать у тебя прощение, — Хедвиг отодвинул тарелочку подальше и накрыл ладони Дитриха своими. — Я понимаю, что дело вовсе не в цветах и подарке. Но стоит ли оно того?
— Стоит, милый. Ты прав, но я не хочу, чтобы наши традиции колебались. Одно дело, когда что-то происходит и можно поступиться ритуалами, другое — забывчивость альфы. Сегодня одно, завтра другое и мы докатимся до полнейшего пофигизма. Милый, отношения — тяжелая работа, особенно в нашем случае. Я…
— Простите, вы ведь — Дитрих Шейн?
Омеги повернулись на голос. Дитриха не передернуло только из-за годами вырабатываемого характера. Перед ними стоял омежка-секретарь, что вешался на Юргена. Молчание тот воспринял как знак согласия и, абсолютно не соблюдая никаких правил приличий, затараторил:
— Прародитель, это и впрямь вы! Господин Шейн, как я мечтал с вами познакомиться! Вы просто образец для подражания! Вы великолепны! Куда круче, чем во всех журналах! — восторженный омега захлебывался словами, прижимал трогательно сложенные кулачки под подбородком и словно вилял несуществующим хвостом.
Страница 18 из 20
