Ужас подземелья (Cellar Dweller, 1988)

Я бы это кино отнёс к той категории хоррора, которые можно назвать «старый добрый ужастик». Всё потому что, фильм старенький, да и визуально выполнен предельно плотно для своих лет от сюжетной фабулы, до эффектов: небольшая группа людей оказывается в отдалённой лесной местности, проживая в просторном жилище, где начнутся убийства от лап громадного уродливого монстра, вызванного с помощью  магической книги. Собственно, на подобном поле для игры всё и проходит в череде смены кадров. При данных — в общем-то, вторичных и заезженных — оставляющих важно их непосредственное исполнение. Надо заметить, что режиссёр Джон Карл Бюхлер как снимал неплохие ужастики (седьмую серию франшизы «Пятница 13-ое»), так и откровенную ерунду («Формула рая»), ныне он ещё творчески молод, посему умело обыгрывает небольшие возможности.

Во-первых, на передний план выходит сам монстр чудище внешне для своих лет достаточно приемлемо: у него хорошая подвижность, страшный облик, присутствует мимика на косматой морде, острозубая пасть измазана кровью. Для современников этот резиновый костюм несколько смешон, однако то ли специально, а может случайно, режиссёр выгодно показывает монстра лишь в редких случаях освящённым целиком в кадре, когда в большинстве своём его силуэт извечно укутан тайной мрака с лишь блестящими глазами, падающие тени скрывают бутафорию, высекая горбатый облик некого зверя с торчащими ушами, коей расставляет лапы и превозносится габаритами над своими орущими жертвами. Ещё любопытна его родословная пред зрителем, прочтённая из оккультной книги, то что этот зверь и оборотень и вампир, демон и призрак, пьющий кровь и поедающий останки… Собственно эти нюансы не миновали картинку: чудище умеет исчезать и появляться, где угодно (поэтому подвох ждёшь всюду), а извечные кадры с пожиранием оторванных конечностей бедняг добавляют экранного ужаса.

Интересно и сюжетное Зло. Оно обладает своим непоколебимым законом, произнесённым из загадочной книги «Ничто в аду не существует без позволенья человека», то есть, зверь (как физическое олицетворение исчадий ада среди людей) объявляется тут же, только стоит кому-нибудь подумать о нём, представив его. Вот и герои-художники из фильма невольно любя страшные комиксы, выводя руками образ монстра на бумаге, сразу же питали его энергией воображения, выпуская в реальный мир, причём они и боролись тем же способом, надо сказать, вливая некую оригинальность в интригу повествования.

Здесь много отдано теме жутких кровавых комиксов. Мы их будем наблюдать в процессе создания художником (очень интересно отслеживать, как рука выводит красивую картинку с нуля), и при помощи умелого монтажа станем свидетелями, как рисунок оживает в действии, в точном следовании, но в тандеме живых людей и монстра. Понравилось освящение, словно старательно затемняя задний фон и тем самым, выделяя в центр героя, точно чёрно-белый комикс.

Однако нельзя не указать и на промахи. Они ни в коем случае не катастрофичные, я бы сказал — специфические для подобного опуса конца 80-х с небольшим бюджетом. Это и упомянутый выше облик чудища, и малые декорации, и предсказуемое повествование в пределах одной жилплощади и так далее. Но зрителям, приверженцам фильмов ужасов той поры, не привыкать к подобному. К тому же радует финальный твист, вначале обманывая своей однозначностью и только начинаешь расслабляться, что всё позади, как вдруг объявляется иная сторона рассказа в другой энергетике, ещё более насыщенно ощущаемая после недавней лёгкости.

Не случайно я назвал в самом начале своего текста это кино «старый добрый ужастик», ведь при просмотре зритель встречает хрестоматийную основу, на которой зиждились многие страшилки 80-х, с отрезанным от цивилизации местом с мизером действующих лиц под раскаты грома снаружи. Что-то приятное ностальгическое возникает с первых кадров, тем более с самого начала наблюдая в прологе хорошо знакомого актёра Джеффри Комбса и громадное визуально наивное чудище. Этот опус пускай и простоват в зрелищности, да и сюжете, но зато сделан со старанием, причём без попытки перепрыгнуть себя выше головы: смотрится легко, свободно, не утруждает особой натуралистичностью кадров, и не забывает вывести интересную основу о таком Зле, которое является частью воображения, то есть тебя самого, ведь любой человек вольно или невольно, но хоть раз выдумывал монстров, возможно, просто с энтузиазмом и верой, читая про них на страницах книг или же видя в комиксах в детстве. А значит, как именно и предрекает киношный зверь в финале — «Где есть воображение, я там всегда буду существовать». И он прав, этого у него не отнять, пускай смысли  можно перефразировать в чуть другом ключе.