Фандом: Гарри Поттер. «… Мне так хочется пустить Очищающий огонь по этим серым грязным улицам. У меня хватит сил, чтобы извести больше половины этой заразы, я знаю. Обновить мир… Только он не обновится. Инфекция снова разрастется, расплодится. Этот мир уже не спасти. Нужно другое средство»…
24 мин, 6 сек 10998
— И ведь ты их всех приводил к ним, в их загребущие жадные лапы, коверкая судьбы, повелевая жизнями. По твоей наводке, на основе твоих аналитических данных, — легкий взмах рукой и рядом со шрамом появляется свежий кровавый след — такой же прямой, такой же длинный.
Рон морщится, сжимая зубы, сдерживая стон боли. Мне не хочется уже кромсать в порыве ярости, она свернулась спиралью внизу живота, распространяя равномерные волны жара по телу. Сейчас мне хочется увидеть акт мести. Полноценный и такой необходимый. Он всё сказал, что я хотел услышать. Остальное есть в бумагах в моей квартире.
— Прости, Рон. И прощай.
Свист метала, удар, выдох. Серебристая рукоятка стилета торчит слева на спине, в области сердца. Я пощадил его — быстрая смерть для бывшего друга. Взмах палочкой и нет больше следов от веревок или другого магического вмешательства. Я отлеветировал кошелек с деньгами в ближайшую подворотню. Уверен, через пару минут содержимого уже не будет на месте. Теперь это убийство с целью ограбления. Зацепок они не найдут, остаточной ауры тоже.
Я не сожалею. Я убил только что не своего хорошего друга, с которым прошли через ад Войны, а совсем мне незнакомого мужчину, который, не задумываясь, отдавал людей в руки мясников. Для экспериментов… для блага общества. Эта гниль расползлась слишком сильно, глубже, чем мы думали. Поселилась в умах людей… Пора заканчивать с этим. Пора обновлять…
Я обернулся.
— А что вы можете мне предложить?
— Смотря, что вы хотите.
— У меня большая фантазия и кошелек… Душу за грамм счастья…
Мужчина ухмыльнулся, услышав последнюю фразу.
— Тогда в моих правилах сделать всё, чтобы клиент был доволен.
— Мне нравится такой подход. Я думаю, мы сможем договориться.
— Хотите обсудить… кое-какие вопросы?
— Было бы не плохо.
— Тогда следуйте за мной.
Мужчина, идущий передо мной, производит двоякое впечатление. Глядя на сгорбленную спину, длинный темно-серый плащ и шляпу с козырьком, его можно было принять за обычного, среднестатистического работягу. Но от взгляда и хищной полуухмылки у всех нормальных людей начиналась бы нервная трясучка. Слишком сильный контраст. Я себя нормальным не считал уже давно, поэтому, выдержав рентгеновский взгляд, лишь поглубже натянул капюшон и пошел вслед за проводником. Мой Вергилий ведет меня подворотнями, пробираясь вглубь квартала. Это место славится своей плохой репутацией. Дебоши и драки, воровство и разбой, убийства. Тут собирается весь сброд магического и маггловского мира вперемешку, как-то находя общий язык. Ни о каком статусе секретности и речи не было. Но Министерство ещё имеет мозги, чтобы не соваться сюда — собственные шкуры ценились дороже.
В носу прочно обосновалась вонь от сливов по краям улиц, возле тротуаров. А я думал, средневековье уже прошло. Видимо, коммунальные службы тоже не спешат наводить здесь порядок. Я кожей чувствую на себе внимательные взгляды. Но никто из этих ничтожеств не будет совершать необдуманных поступков — сейчас я под защитой своего проводника. Посетители сего места не показывают лиц, не называют имен. Клиент неприкосновенен, пока у него есть бабки и этот «мир» заинтересован в нем. Но его жизнь здесь ничего не стоит, она может оборваться лишь по велению одного слова верхушки касты. Я смотрю по сторонам из-под плотного капюшона сквозь свисающие на глаза волосы. Бедно одетые на вид люди, слоняющиеся по улицам. Половина из них богаче наших министерских шишек. Воры в законе, финансовые махинаторы. Это идеальное прикрытие. Никто не захочет связываться с людьми низшего сорта, зачем марать руки дерьмом? На самом деле квартиры ломятся от дорогих вещей, безделушек, барахла. Самого дорого в мире барахла. Остальная половина бедна настолько, что единственной их целью является выживание, существование.
Дверь соседнего дома открылась и под трехэтажный мат из проема на тротуар вывалилась девица. Изодранная майка-топ, короткая черная юбка и не по-осеннему тонкая куртка. На немолодом уже, как выяснилось, лице расползается тушь и ярким росчерком помада, будто смазали пальцем. Волосы неряшливо заплетены в две тощие недлинные косички. Мой спутник сплюнул на асфальт, оттирая край плаща от шлепка грязи.
— Дрянь… — тихо, сквозь зубы.
— Ты чего сказал, мудак?!
Рон морщится, сжимая зубы, сдерживая стон боли. Мне не хочется уже кромсать в порыве ярости, она свернулась спиралью внизу живота, распространяя равномерные волны жара по телу. Сейчас мне хочется увидеть акт мести. Полноценный и такой необходимый. Он всё сказал, что я хотел услышать. Остальное есть в бумагах в моей квартире.
— Прости, Рон. И прощай.
Свист метала, удар, выдох. Серебристая рукоятка стилета торчит слева на спине, в области сердца. Я пощадил его — быстрая смерть для бывшего друга. Взмах палочкой и нет больше следов от веревок или другого магического вмешательства. Я отлеветировал кошелек с деньгами в ближайшую подворотню. Уверен, через пару минут содержимого уже не будет на месте. Теперь это убийство с целью ограбления. Зацепок они не найдут, остаточной ауры тоже.
Я не сожалею. Я убил только что не своего хорошего друга, с которым прошли через ад Войны, а совсем мне незнакомого мужчину, который, не задумываясь, отдавал людей в руки мясников. Для экспериментов… для блага общества. Эта гниль расползлась слишком сильно, глубже, чем мы думали. Поселилась в умах людей… Пора заканчивать с этим. Пора обновлять…
Глава 2. Продавец счастья
— Что вы ищете, мистер?Я обернулся.
— А что вы можете мне предложить?
— Смотря, что вы хотите.
— У меня большая фантазия и кошелек… Душу за грамм счастья…
Мужчина ухмыльнулся, услышав последнюю фразу.
— Тогда в моих правилах сделать всё, чтобы клиент был доволен.
— Мне нравится такой подход. Я думаю, мы сможем договориться.
— Хотите обсудить… кое-какие вопросы?
— Было бы не плохо.
— Тогда следуйте за мной.
Мужчина, идущий передо мной, производит двоякое впечатление. Глядя на сгорбленную спину, длинный темно-серый плащ и шляпу с козырьком, его можно было принять за обычного, среднестатистического работягу. Но от взгляда и хищной полуухмылки у всех нормальных людей начиналась бы нервная трясучка. Слишком сильный контраст. Я себя нормальным не считал уже давно, поэтому, выдержав рентгеновский взгляд, лишь поглубже натянул капюшон и пошел вслед за проводником. Мой Вергилий ведет меня подворотнями, пробираясь вглубь квартала. Это место славится своей плохой репутацией. Дебоши и драки, воровство и разбой, убийства. Тут собирается весь сброд магического и маггловского мира вперемешку, как-то находя общий язык. Ни о каком статусе секретности и речи не было. Но Министерство ещё имеет мозги, чтобы не соваться сюда — собственные шкуры ценились дороже.
В носу прочно обосновалась вонь от сливов по краям улиц, возле тротуаров. А я думал, средневековье уже прошло. Видимо, коммунальные службы тоже не спешат наводить здесь порядок. Я кожей чувствую на себе внимательные взгляды. Но никто из этих ничтожеств не будет совершать необдуманных поступков — сейчас я под защитой своего проводника. Посетители сего места не показывают лиц, не называют имен. Клиент неприкосновенен, пока у него есть бабки и этот «мир» заинтересован в нем. Но его жизнь здесь ничего не стоит, она может оборваться лишь по велению одного слова верхушки касты. Я смотрю по сторонам из-под плотного капюшона сквозь свисающие на глаза волосы. Бедно одетые на вид люди, слоняющиеся по улицам. Половина из них богаче наших министерских шишек. Воры в законе, финансовые махинаторы. Это идеальное прикрытие. Никто не захочет связываться с людьми низшего сорта, зачем марать руки дерьмом? На самом деле квартиры ломятся от дорогих вещей, безделушек, барахла. Самого дорого в мире барахла. Остальная половина бедна настолько, что единственной их целью является выживание, существование.
Дверь соседнего дома открылась и под трехэтажный мат из проема на тротуар вывалилась девица. Изодранная майка-топ, короткая черная юбка и не по-осеннему тонкая куртка. На немолодом уже, как выяснилось, лице расползается тушь и ярким росчерком помада, будто смазали пальцем. Волосы неряшливо заплетены в две тощие недлинные косички. Мой спутник сплюнул на асфальт, оттирая край плаща от шлепка грязи.
— Дрянь… — тихо, сквозь зубы.
— Ты чего сказал, мудак?!
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 4 из 7
