В этих множественных вселенных правит Зло, и Бог бессилен

Само собой, немало мыслителей доказывало, что и в нашем собственном мире слишком много боли и страданий, чтобы считать его божьим творением. Но столь же многие были с этим не согласны, давая весьма продуманные объяснения причин, по которым Бог мог бы сотворить подобный нашему мир. К примеру, то, что без понимания трудностей, опасностей и ошибок нет и прощения, смелости и решимости. Наиболее впечатляющие человеческие достижения требуют существования подобных препятствий.

Однако многие чудовищные явления не имеют очевидных выгод. А теория параллельных миров Эверетта и модальный реализм Тегмарка предполагают существование великого множества ужасающих вселенных, состоящих сплошь из несчастий такого рода. Кто-то вроде меня, продолжающий цепляться за традиционное представление о Боге как о любящем творце, неизбежно сочтет нечто подобное шокирующим и задумается о том, насколько вещественны доказательства этих теорий.

Идея о существовании множественных миров основана на одной из проблем квантовой механики. Уравнение Шредингера, фундаментальный закон квантовой теории, описывает изменяющиеся состояния частиц. Однако некоторые из предсказываемых им состояний являются сочетанием — «наложением» — на первый взгляд несочетаемых состояний, к примеру падения монеты одновременно решкой и орлом. Нам остается гадать, отчего же нам не довелось наблюдать сочетание несочетаемых состояний, ограничившись падением монеты либо решкой, либо орлом. Некоторые теоретики полагают, что помимо уравнения Шредингера, есть и другие факторы. Они вводят процесс, называемый«коллапсом волновой функции», который приводит к определенному исходу — падению монеты орлом или решкой.

Однако в 1950-х Эверетт предложил смелое альтернативное объяснение. Его теория основывается не на коллапсе, вместо этого предполагая одновременное существование всех составляющих этих «наложенных» состояний в одинаково настоящих, но отдельных друг от друга мирах. Существуют точные копии одной и той же вселенной, в некоторых из которых монета приземляется орлом, а в других — решкой. Это касается любых физических состояний — не только исходов броска монеты. Существуют вселенные, в которых вам удается догнать поезд и попасть на работу вовремя, а также вселенные, в которых вы опоздали, и так далее. Эти небольшие различия создают множественные пересекающиеся вселенные, ветвящиеся из единого изначального состояния.

Классическая разновидность квантовой теории предполагает малую вероятность того, что в будущем все пойдет по-настоящему плохо. Она также предполагает, что в любой момент нашего прошлого все могло пойти куда хуже, чем вышло на самом деле. Поскольку теория множества миров подразумевает, что все эти вероятности были реализованы, она предсказывает существование ветвящихся вселенных, в которых все пошло настолько плохо, насколько можно вообразить.

К примеру, когда бы не появилась сколь угодно малая вероятность катастрофы, которая заставила бы человечество страдать, однако оставила бы ему крохи здоровья, необходимые для дальнейшего размножения, появляется также ветвь вероятностного древа, в которой это прискорбное положение дел становится реальностью для одного поколения за другим. Из этого, кажется, следует вывод о существовании миров, в которых появление рода человеческого приводит к невероятной трагедии.

Верующий приверженец теории Эверетта может понадеяться, что Господь подрежет древо, оставив лишь те ветви, в которых добро торжествует над злом. Однако, как отметил Джейсон Тернер (Jason Turner), философ Аризонского университета, подобное подрезание опровергло бы уравнение Шредингера. Если Господь предотвращает появление наихудших вселенных в древе миров, детерминистический закон не может с точностью описать развитие множественной вселенной. Реализуются не все из предсказанных им наложенных состояний, а только те, которые счел приемлемыми Господь.

Даже если тезис о подрезании оказывается опровергнут, есть еще одна причина полагать, что теория множественных миров не противоречит вере в Бога. Множественная вселенная Эверетта представляет лишь изрядно расширенный плотский мир, подобный нашему собственному, и узнай мы с точностью, что находимся в таком множественном мире, это не слишком отличалось бы от знания о существовании множества других населенных планет, некоторые из которых воплощали бы худшие черты нашей собственной, а другие — лучшие. Таким образом, даже наихудшие уголки эвереттовской множественной вселенной — лишь необычайно гадкие версии Земли. Если загробный мир объясняет предназначение нашего, на первый взгляд бессмысленного, страдания, он точно так же объясняет и кажущееся бессмысленным страдание в наихудших из эвереттовских миров, стоит нам допустить, что каждая душа из каждой ветки окажется на том свете.