Большую часть своей сознательной жизни некоторые из нас пытаются понять, почему всё именно так, а не иначе… А так же кому именно принадлежит наш внутренний голос, ведь, порою, тот озвучивает поистине невообразимый ужас!
732 мин, 8 сек 16732
Глебу невольно показалось, что в гостиной, помимо него, Юрки и пса, присутствует кто-то ещё. Причём этот кто-то имеет в глазах малыша куда больший авторитет, нежели родной отец.
Юрка явно внимал чему-то ИЗВНЕ!
«Но чем это могло быть?»
Умка недобро зарычал, зачем-то полез под шкаф — там снова заскрипело, захрустело, зашуршало.
Юрка испуганно покосился на дрыгающиеся собачьи окорока. Тут же тяжело вздохнул, помотал головой и жалобно посмотрел на отца.
— Па, можно я с вами лягу?
Глеб дёрнулся — подобного он не ожидал. Хотя, наверное, следовало. Сразу же, как только он осмелился сесть в пропахшую псиной машину.
«Нет. Дело не в этом. Всему причиной — гибель Сергея. Потому и лезет в голову всякая мракобесия. А Юрка просто испуган. Вспомни себя в его годы — тоже бы не преминул обделаться при виде бойцовой собаки. А то, что сын к чему-то прислушивается… Светка. Вот с кем нужно провести разъяснительную беседу! Но сперва, извиниться за сегодняшнее»…
Глеб помассировал виски, заставил себя не думать о скопившихся проблемах.
— Думаю, мама этого не одобрит.
— Ну, папочка!
— Юра, ты ведь и сам знаешь, как она ко всему этому относится, — Глеб запнулся и отвёл глаза.
«А, собственно, почему?»
Он не знал ответа на этот вопрос, но опять же, никогда не пытался выяснить причину непонятной Маринкиной фобии. Скорее всего, просто боялся посвятить себя в ещё одну одомашненную тайну. Открыть двери космическому монстру, что и без того уже поселился в их квартире. Существо питалось негативом. Флюидами ненависти, а последнюю все они испытывали по отношению друг к другу, вплоть до причинения физической боли. Короткие моменты просветления были не в счёт. Чудовище ослабляло хватку лишь на миг, как бы развлекаясь от скуки, а почувствовав сопротивление, тут же натягивало поводок, на котором они все и плясали изо дня в день. Оно просто помыкало людьми. И это оставалось самым ужасным. Как и то, что не было возможности сбросить оковы. А если варианты и существовали, то они просто о них не задумывались, предпочтя истине — забвение. Ведь ещё неизвестно, что бы они сделали друг с другом, уйди кровожадный тиран прочь.
«Своего рода, симбиоз. Хм… Кажется, где-то в Африке живут плотоядные грибницы. Да-да, эти твари питаются животной плотью. Жрут нематод — круглых червей. Для ловли добычи у грибов есть те самые петли — читай нити, — из которых выделяется клеящее вещество. Своего рода приманка. Как только глупая нематода попадает в кольцо или петлю, то сразу же начинает сопротивляться, пытаясь освободиться. Но червь не знает, что чем активнее он движется, тем в большее количество колец и петель попадает. Часа через два его движения замедляются и прекращаются вовсе. От гриба к нематоде отходит росток, расширенный конец которого называют» инфекционным бульбусом«. Он внедряется в тело червя и там быстро разрастается, пока его нитевидные образования — гифы — не заполняют всю полость тела животного. Примерно через сутки от нематоды остаётся лишь кожица… Как тень от наших страхов».
Глеб почувствовал дурноту.
«Это и есть тот самый монстр —» грибница-людоед«, — который каждую ночь» переваривает«всё то, что мы тут понатворили за день! Вопрос в том, как основательно увязла наша семья, как глубоко проросло зло и возможно ли его излечить… Ведь это самый настоящий рак — чудовищный недуг, коему современная медицина так и не нашла панацеи. С ним можно только мириться, надеясь на чудо: в его эфемерных глазах, всё человечество — стая беспокойных муравьёв. Именно так. Ведь африканские грибницы живут в тесной связи именно с муравьями, которые чистят их, защищают от внешних агрессоров и кормят… Без крохотных лапок, усиков, жвал — организм-паразит неизменно увянет, усохнет, перегниёт и сам пойдёт на корм чему-то, более развитому… Нет, не так. Более сплочённому и организованному. Таков горизонт и, увы, не нам менять его».
Глеб почувствовал в районе поясницы тревожные мурашки.
«Такое ощущение, что я не в себе. Надо будет перед сном наглотаться Маринкиных таблеток».
— Папа, почему ты такой? — прошептал Юрка. Сейчас, глядя на заторможенного отца, он уже ни капельки не хотел в кровать родителей. Единственное, куда хотелось — это за спасительный холст с нарисованным очагом, за которым можно укрыться от чудищ.
Сверчок лишь одобрительно тренькал. Нет, он не боялся — ведь они были вооружены!
Светка вжалась головой во влажную наволочку и внимательно прислушивалась к застывшему на пороге комнаты дыханию.
Юрка явно внимал чему-то ИЗВНЕ!
«Но чем это могло быть?»
Умка недобро зарычал, зачем-то полез под шкаф — там снова заскрипело, захрустело, зашуршало.
Юрка испуганно покосился на дрыгающиеся собачьи окорока. Тут же тяжело вздохнул, помотал головой и жалобно посмотрел на отца.
— Па, можно я с вами лягу?
Глеб дёрнулся — подобного он не ожидал. Хотя, наверное, следовало. Сразу же, как только он осмелился сесть в пропахшую псиной машину.
«Нет. Дело не в этом. Всему причиной — гибель Сергея. Потому и лезет в голову всякая мракобесия. А Юрка просто испуган. Вспомни себя в его годы — тоже бы не преминул обделаться при виде бойцовой собаки. А то, что сын к чему-то прислушивается… Светка. Вот с кем нужно провести разъяснительную беседу! Но сперва, извиниться за сегодняшнее»…
Глеб помассировал виски, заставил себя не думать о скопившихся проблемах.
— Думаю, мама этого не одобрит.
— Ну, папочка!
— Юра, ты ведь и сам знаешь, как она ко всему этому относится, — Глеб запнулся и отвёл глаза.
«А, собственно, почему?»
Он не знал ответа на этот вопрос, но опять же, никогда не пытался выяснить причину непонятной Маринкиной фобии. Скорее всего, просто боялся посвятить себя в ещё одну одомашненную тайну. Открыть двери космическому монстру, что и без того уже поселился в их квартире. Существо питалось негативом. Флюидами ненависти, а последнюю все они испытывали по отношению друг к другу, вплоть до причинения физической боли. Короткие моменты просветления были не в счёт. Чудовище ослабляло хватку лишь на миг, как бы развлекаясь от скуки, а почувствовав сопротивление, тут же натягивало поводок, на котором они все и плясали изо дня в день. Оно просто помыкало людьми. И это оставалось самым ужасным. Как и то, что не было возможности сбросить оковы. А если варианты и существовали, то они просто о них не задумывались, предпочтя истине — забвение. Ведь ещё неизвестно, что бы они сделали друг с другом, уйди кровожадный тиран прочь.
«Своего рода, симбиоз. Хм… Кажется, где-то в Африке живут плотоядные грибницы. Да-да, эти твари питаются животной плотью. Жрут нематод — круглых червей. Для ловли добычи у грибов есть те самые петли — читай нити, — из которых выделяется клеящее вещество. Своего рода приманка. Как только глупая нематода попадает в кольцо или петлю, то сразу же начинает сопротивляться, пытаясь освободиться. Но червь не знает, что чем активнее он движется, тем в большее количество колец и петель попадает. Часа через два его движения замедляются и прекращаются вовсе. От гриба к нематоде отходит росток, расширенный конец которого называют» инфекционным бульбусом«. Он внедряется в тело червя и там быстро разрастается, пока его нитевидные образования — гифы — не заполняют всю полость тела животного. Примерно через сутки от нематоды остаётся лишь кожица… Как тень от наших страхов».
Глеб почувствовал дурноту.
«Это и есть тот самый монстр —» грибница-людоед«, — который каждую ночь» переваривает«всё то, что мы тут понатворили за день! Вопрос в том, как основательно увязла наша семья, как глубоко проросло зло и возможно ли его излечить… Ведь это самый настоящий рак — чудовищный недуг, коему современная медицина так и не нашла панацеи. С ним можно только мириться, надеясь на чудо: в его эфемерных глазах, всё человечество — стая беспокойных муравьёв. Именно так. Ведь африканские грибницы живут в тесной связи именно с муравьями, которые чистят их, защищают от внешних агрессоров и кормят… Без крохотных лапок, усиков, жвал — организм-паразит неизменно увянет, усохнет, перегниёт и сам пойдёт на корм чему-то, более развитому… Нет, не так. Более сплочённому и организованному. Таков горизонт и, увы, не нам менять его».
Глеб почувствовал в районе поясницы тревожные мурашки.
«Такое ощущение, что я не в себе. Надо будет перед сном наглотаться Маринкиных таблеток».
— Папа, почему ты такой? — прошептал Юрка. Сейчас, глядя на заторможенного отца, он уже ни капельки не хотел в кровать родителей. Единственное, куда хотелось — это за спасительный холст с нарисованным очагом, за которым можно укрыться от чудищ.
Сверчок лишь одобрительно тренькал. Нет, он не боялся — ведь они были вооружены!
Светка вжалась головой во влажную наволочку и внимательно прислушивалась к застывшему на пороге комнаты дыханию.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 23 из 209
