В ночь на 31-е

Глеб бежал, не останавливаясь, ощущая на голом теле прыгающих со стен и пола мохнатых существ. Он бешено молотил воздух руками в надежде отбить их руками. К симфонии стука паучьих лапок, добавился хруст лопающихся тел под босыми ногами Глеба.

Но внезапно он наткнулся на дверь в конце коридора, дернул за ручку, и забежал в комнату. Не оглядевшись, он пробежал через небольшое темное помещение до другой двери, и залетел внутрь. Прислонившись к двери, Глеб сполз на колени. Крупные слезы смешались с каплями пота на морщинистом лице. Стук сердца отдавался во всем теле, а чувство волосатых пауков на теле не покидало, хотя их вокруг уже не было.

Глеб осмотрелся. Он сидел подле одной из четырех дверей прямоугольной комнаты — такой же темной как и коридор.

— Господи… Где я? Анна! Анна! — он встал и подошел к двери напротив. Мягко нажав на ручку, он заглянул в комнату. За дверью оказалась точно такая же прямоугольная комната. Глеб вошел и закрыл за собой дверь. Но вдруг он увидел, что дверь слева от него закрылась.

— Эй, ты! Вы! Господин!

Он бросил к только что закрытой дверь, но распахнув ее, никого не увидел, только такую же пустую прямоугольную комнату.

— Выходите! Я видел вас. Вы только что зашли. Эй! — но как только он вошел в комнату, и дверь за ним закрылась, он заметил, что дверь по диагонали тоже захлопнулась. Глеб подошел к ней и прильнул ухом. Тишина. Даже праздничные голоса давно смолкли. Глеб нажал на ручку и тихонько приотворил дверь. В проеме показалась такая же прямоугольная комната. Глеб напряг слух и на мгновение показалось, что в двери за ним кто-то есть. Одной ногой перешагнув порог, он обернулся. Дверь напротив была приоткрыта, но входящего он не видел.

— Здесь есть кто-нибудь? — Глеб развернулся и пошел к раскрывающейся двери, но как только он отпустил ручку, обе двери синхронно захлопнулись.

— Ничего не понимаю.

Мужчина вернулся к двери и очень медленно стал отворять ее. Вход напротив с такой же скоростью начал открываться.

— Ага, попался! — Глеб не сводил глаз с открывающейся двери напротив, он понял, что кто-то за дверью копирует его движения, играет с ним. Он распахнул свою дверь.

— Попался!

Но напротив никого не оказалось. Тусклым светом отливали металлические дверцы лифта.

— Спасение! — Глеб кинулся в противоположную комнатку. Он начал барабанить по дверям лифта, нажимая другой рукой по кнопке вызова.

— Господи! Спасение.

Через минуту раздался предупредительный звоночек и дверцы раскрылись.

Глеб вошел в лифт. Между полом и стенами кабины опасно зияли щели в палец толщиной. Мягкий свет шахты пробивался через трещины в углах лифта.

— Надеюсь, эта старая развалина довезет меня куда надо, — прошептал Глеб и нажал первый этаж. Дверцы с грохотом захлопнулись и лифт заскользил вниз. Через мгновение он остановился, снова звякнул предупредительный звоночек, но двери не раскрылись. Глеб нажал на кнопку «Раскрыть двери». Но кабину потащило вправо, будто гигант тянул ее тросом в сторону.

— Эй, что происходит! — Глеб начал бить кулаками по дверцам, — выпустите меня!

Кабина уезжала в сторону, покачиваясь из стороны в сторону. Глеб кричал, то нажимая на кнопку «Открыть двери», то пытаясь вызвать диспетчера, но все было напрасно. Он колотил по двери, пытался разжать их руками, как вдруг двери поддались и раскрылись, впуская холодный морской ветер. Глеб пошатнулся и на мгновение ему открылся безбрежный океан. Бушующие волны, как горы с белыми макушками, сражались друг с другом за право быть выше.

— Господи Иисусе, пресвятая Богородица. Боги мира всего, сжальтесь! — Глеб прислонился к стене, пытаясь хоть за что-то ухватиться, но руки и ноги предательски соскальзывали со стен. Кабина начала накреняться, пытаясь изрыгнуть в море непрошеного гостя. Глеб не удержал и вылетел из лифта, как горошина из банки, крутясь и переворачиваясь в воздухе, упал в ледяные воды океана. Мгновение он не понимал, где верх, где низ, и в какую сторону ему плыть. Он беспомощно бултыхался под водой, пытаясь разглядеть во мраке источник света, но все напрасно. Он пытался кричать, но вода лишь заполоняла его желудок.

— Конец, — подумал Глеб.

— Это конец моей никчемной жизни.

Но как только он закрыл глаза и приготовился встретить смерть, чьи-то сильные руки ухватили его подмышки и потащили вверх. Теплый оранжевый цвет, словно апельсиновое варенье в летний день, заполонило его существование, растеклось перед глазами нежной краской.

— Я спасен, — подумал Глеб и открыл глаза. Яркий свет хрустальных люстр, который он чувствовал через закрытые веки, на секунду ослепили его. Над Глебом склонился человек в черном фраке, с маскарадной маской на лице и в высоком цилиндре.

— Глеб Михайлович, с вами все в порядке? — спросил мужчина.

— Вы хорошо себя чувствуете? Вас давно ждут.

Мужчина в костюме помог Глебу встать.

— Давайте я провожу вас на сцену, Глеб Михайлович.

— Подождите, где я? Куда вы меня ведете?