В прошлом, будущем и настоящем

Временные экспедиции не должны сталкиваться друг с другом. Институты принимают все меры предосторожности, каждое перемещение во времени тщательно регистрируется — чтобы в будущем никто не вздумал отправиться в то же самое время и место. К сожалению, с отделом устранения это не работает: никто не может предугадать, где и как активизируется искажение, даже приборы, которые их отдел совершенствует с каждым годом, поэтому командам приходится быть наготове всегда. Иногда они натыкаются на археологов и встречают самый различный приём, от радостного (например, однажды «охотники» появляются как раз в тот момент, когда вылезший из разрыва гигантский плотоядный червь уже собирается закусить некстати попавшейся на пути экспедицией) до откровенно враждебного (когда вдруг оказывается, что часть великолепных исторических находок — это выброшенная разрывом инопланетная техника, археологи готовы придушить«охотников» собственными руками). А потом прозвище«охотники за привидениями» приобретает немного другую окраску, потому что они действительно натыкаются на привидений.

Альмейда собирает команду, чтобы закрыть разрыв, выявленный приборами где-то в Англии — разнообразия ради, в оживлённом городе. Вальдес называет это секретной шпионской операцией: кругом полно людей, поэтому приходится переодеваться и пытаться сойти за своих — потому что сойти за иноземного колдуна не хочет никто. Они притворяются торговцами и прячут всё оборудование в тюки, а оружие — в складки просторных одежд, и всё вроде бы идёт удачно, если не считать одной малости: проходит почти неделя, а разрыв всё никак не появляется. Бешеный говорит, что слышит пение разрыва почти всё время, и громче всего — возле замка, поэтому в конце концов они просто заявляются в замок под предлогом продажи тканей. И вот тогда всё и начинается.

Англия, средневековье, прекрасный рыцарский замок — что может быть романтичней? Но хозяева и слуги разбегаются кто куда в страхе и ужасе, потому что по замку внезапно начинают ходить призраки. И ведут они себя не как добропорядочные души усопших, благочестиво являющиеся лишь поздней ночью — нет, эти призраки расхаживают по всему замку толпами прямо посреди бела дня и даже не думают никуда исчезать. Замок стремительно пустеет, в панике никто не обращает внимания на то, что «торговцы» остаются внутри.

— Первый раз вижу, чтобы искажение так чудило, — заявляет Хулио, а остальные согласно кивают. — Как будто реагирует на нас.

В самом деле, призраки появились не раньше, чем команда переступила порог замка, но это ещё не все сюрпризы:

— Почему на них такая разная одежда? — первым замечает Антонио.

Рядом с ним заламывает руки полупрозрачная девица в мини-юбке, а напротив неё — в ужасе таращит глаза не менее прозрачный священник в средневековой сутане.

— А не кажется ли вам, друзья мои, что все эти милейшие люди нас боятся? — кольцо подлетает вверх и ложится обратно в ладонь, а Ротгер подходит к пышно разодетой даме, которая застыла с открытым ртом: она явно визжит, только звука не слышно, и выглядит это довольно жутко.

Ничего хорошего от этой истории никто уже не ожидает — кроме Вальдеса, но у него всегда были специфические вкусы. Альмейда провожает взглядом бегущего с паническим видом паренька в джинсовом костюме и озвучивает мысль, уже успевшую прийти на ум каждому:

— Это люди, бывавшие в замке в разные периоды времени. Искажение объединяет время в одной точке. Если его не остановить, все временные линии сойдутся в одну — и я не горю желанием узнать, что тогда со всеми нами случится.

Паренёк на несколько секунд перестаёт быть прозрачным, его шаги гулко отстукивают по каменному полу, а затем снова становятся неслышимыми.

Они обыскивают замок, периодически сталкиваясь с материализующимися на короткое время испуганными людьми, но разрыва не видно.

— Он есть, но в другом времени, — делится мыслями Вальдес, столкнувшись с Альмейдой в замковой кухне, — иначе мы бы его уже нашли.

— Приборы сбоят, — соглашается тот, — но почему?

Ротгер не отвечает: он видит, как в комнату входит очередной «призрак». «Призрак», войдя, замирает посреди кухни и удивлённо смотрит на Вальдеса, затем приветственно кивает. Альмейда оборачивается:

— Форменная одежда археологов… Постой-ка, я уже видел этого парня в том адовом лабиринте! Вы знакомы?

— Понимаешь, Рамон…

— Добрый день, доктор Вальдес. Что здесь происходит? — Олаф материализуется на полпути к ним.

— Спойлеры… — вполголоса бормочет Ротгер, лишаясь остатков надежды, что Альмейда передумает насчёт докторской, и бодро рассказывает: — Искажение создаёт воронку, время перемешивается, нам нужно найти разрыв, ты его, кстати, не видел?

— Вальдес… — опасным тоном начинает Рамон, но замолкает, когда Кальдмеер отвечает:

— Он появился у нас, но затем исчез.

— Ну конечно, он перемещается! — восклицает Вальдес, хлопнув себя рукой по лбу. — Вот почему мы не смогли его найти!

— В какой части замка он был? — Альмейда нависает над Олафом, как коршун над добычей, но тот, кажется, совершенно не впечатляется.