В темноте

Юноша весь так и засветился от обрисованный перед ним радужной перспективы. Однако едва он открыл рот, чтобы выразить свой восторг по этому поводу, как вдруг Амортаре оттолкнул его от себя с каким-то неразборчивым рычанием, зло пришпорил коня и галопом погнал беднягу по дороге, поднимая клубы пыли. Маг застыл, поражённо глядя ему вслед, но не только странный поступок Джиллиана привёл его в замешательство и заставил ужаснуться.

Сейчас, во взгляде, брошенном на него покровителем напоследок, он хорошо рассмотрел ту самую утреннюю горечь. И, кажется… именно Руинни был её причиной.

Глава 4, часть 2

Джиллиан всё же вернулся за ним. Побоялся ли, что Руинни заблудится, или ещё что-то, теперь это было не важным, главное — в город они въехали вместе.

К тому времени на землю опустились сумерки, густые, сочные и отливающие синевой, словно черничный кисель. Окраина городишка была освещена довольно слабо, и сколько бы ни щурился и ни вглядывался слепнущий в темноте эльф, дома, чьи очертания сливались с окружающей полумглой, виделись ему лишь тёмными бесформенными пятнами. Но по мере неспешного продвижения охотника и его сопровождающего становилось всё светлее — в окнах вспыхивал свет свечей и светильников, а на улицах — факелы и разжигаемые стражниками фонари. Стало лучше видно, и маг завертел головой, разглядывая доступные его зрению части селения.

Впрочем, это был обычный маленький город, каких немеряное количество, наверное, в любом государстве — около двухсот разномастных, в основном, каменных домов, три главных улицы, два перекрёстка-площади — с ратушей и храмом, соревнующихся друг с другом в высоте и украшательствах. Несмотря на позднее время, на улицах было полно народа, радующегося предстоящему выходному дню, поэтому путники потратили достаточно времени, чтобы добраться до постоялого двора в противоположном конце улицы, у западного въезда в город.

Самая оживлённая торговая пора только начиналась, до Праздника урожая впереди был долгий месяц, так что свободные комнаты ещё имелись. Амортаре попросил самую дальнюю, одну на двоих, и, заказав ужин, вслед за слугой повёл юношу, усталого и расстроенного безразличием покровителя, на второй этаж, где располагались помещения для постояльцев. Комнатка была маленькая, с простой обстановкой, опять же — кровать, стол и пара стульев, но и она теперь, после восемнадцати дней «жизни» под открытым небом, казалось Руинн'рину небывалой роскошью.

Когда им принесли тёплой воды для умывания, дроу позволил чародею ополоснуться первым, а потом умылся и сам, отвернувшись от сопровождающего и сняв маску. Так он поступил впервые, но мысли Руинни, обессиленно вытянувшегося на краю постели, занимало сейчас иное.

Джиллиан уже не первый год (и даже не пять) занимался поиском и продажей древних зачарованных вещиц; может быть, все эти странности в его поведении действительно просто последствия накопившейся усталости? Арджиа, привыкший к относительному комфорту в Школе, представить не мог, как кто-то добровольно изводит себя бесконечными разъездами, даже недели не проводя на одном месте, по собственной воле лишает себя минимальных удобств и благ. А собственный дом? А семья, наконец? Неужели альбиносу на самом деле не хотелось всего этого?

Да и что могло заставить мужчину стать охотником за артефактами? — уже не впервые задумался эльф. Он никогда не слышал о дроу-альбиносах, возможно, Амортаре — полукровка, а у его народа их презирают так же, как и у светлых эльфов? Впрочем, много ли юноша знал о дроу, их законах и обычаях? Они могли кардинально различаться с привычным ему, так что гадать, тыкая пальцем в небо, было дело неблагодарное и совершенно бессмысленное.

— Ты ещё не спишь? — ровный, странно безэмоциональный голос Джиллиана вдруг проник сквозь полудрёму. Маг пошевелил пальцами на ногах, неприятно тяжёлых, будто в колодках, и сел, протирая глаза. — Иди за стол, поешь как следует. Думаю, овощной суп и тушёная птица будут для тебя сейчас в самый раз.

Сонному Руинн'рину совсем не хотелось есть, его одолевало желание упасть обратно и забыться сладкими сновидениями до утра, но заветное слово «суп» тут же прогнало сон. Всю дорогу чародей мечтал о какой-нибудь горячей похлёбке, вот только охотник, к огромному сожалению, их не готовил — утром на это не было времени, а вечером — сил… у Руинни. Зачастую Арджиа засыпал, не успевала закипеть вода в котелке, а для себя дроу ограничивался куском вяленого мяса и запечёнными овощами.

— Ох… — ошеломлённый юноша сел за стол, напротив покровителя, не отрывая неверяще-радостного взгляда от тарелки с дымящимся ароматным супом, но наконец очнулся и благодарно взглянул на мужчину. — Спасибо! Но… а как же ты?

Он лишь сейчас заметил, что еды на столе явно недостаточно для двоих.

— Позже, — буркнул тот, глядя в сторону. — Не болтай, ешь.