Фандом: Гарри Поттер. Это школьная история о ботанике и плохом парне, приправленная любовными интригами, интернет-знакомствами, ночными смс-переписками, глупостями, сексом, проблемой отцов и детей и, конечно же, всепоглощающей безнадежной подростковой влюбленностью.
397 мин, 49 сек 20585
— Быстро, — удивленно протянул он. — Он отключил телефон недалеко отсюда, так что мы хотя бы знаем, откуда искать. Даррен, ты со мной. Оливер, остаешься здесь, на случай, если вдруг Маркус сам решит вернуться.
Оливер опешил, но на этот раз не решился говорить что-нибудь наперекор — как-никак от этих двоих сейчас зависело слишком много.
— Раскомандовался, — буркнул Вуд, когда дверь за ними закрылась.
Он хотел было наградить Джоша парочкой крепких словечек, но те как назло не приходили в голову, да и стоило признаться самому себе, что этот тип каким-то непостижимым образом умудрился расположить к себе, ничего для этого не делая. Возможно, это была фамильная черта, потому что у Маркуса это тоже выходило лучше всего, благодаря чему он и добился популярности в школе. У Оливера так не получалось.
Сидеть и ждать оказалось не так уж просто. Волнение давало о себе знать: у Оливера разболелась голова, и он, забравшись на кресло с ногами, прикрыл глаза. Хотелось, чтобы ситуация разрешилась поскорее, а еще больше — чтобы все это ему приснилось.
Немного успокоившись, Маркус стал обдумывать, что ему делать. Впереди его ждали не очень приятные перспективы: нужно было найти, где перекантоваться, потому что показаться матери на глаза не представлялось возможным. Ко всему прочему, сумка с его вещами так и осталась на лестничной площадке у квартиры Вудов, где он бросил ее, забыв обо всем. О том, чтобы вернуться за ней прямо сейчас, тоже не могло быть речи. Оставалось попытаться реанимировать разбитый телефон и найти в записной книжке кого-то, кто смог бы оставить его у себя без лишних вопросов и доносов маме. Это с почти стопроцентной вероятностью мог быть Пьюси, но Маркус так или иначе не знал его номера наизусть, а о таких вещах стоило договориться заранее.
Флинт раздраженно рыкнул и ударил кулаком по земле. Какого черта у него ничего не ладилось? Психованная мамаша, неуловимый отец, дебильные друзья и теперь еще для полноты списка добавился предатель, с которым он умудрился завести отношения. Сейчас Маркус даже немного начал жалеть, что так быстро смылся. Все-таки хотелось набить кому-нибудь морду, и незаметно на первый план среди возможных кандидатур вышел Вуд. Хотя бы потому, что отца Маркус ненавидел всю сознательную жизнь, а вот Оливер умудрился втереться в доверие и исподтишка все испортить. Уже второй раз за короткий период тот был пойман на утаивании важной — касающейся Флинта, между прочим — информации, что благосклонности к нему не добавляло. Наоборот, рождало желание выместить свою злобу.
Маркус так задумался, что упустил появление Даррена.
— Маркус, — тот присел на корточки напротив него, и Флинт смерил его неприязненным взглядом, — нужно поговорить.
— Ты голубь мира, что ли? — намеренно по-хамски отозвался Маркус, демонстративно обратив все внимание на исследование своего разбитого телефона.
— Как бы ты сказал, «типа того», — передразнил его Даррен. — Вижу, ты достаточно пришел в себя, чтобы огрызаться, так что буду предельно откровенен. Ты повел себя как глупый неуравновешенный ребенок.
Флинт присвистнул, не отрываясь от своего занятия.
— Действительно откровенно, — с сарказмом протянул он. — Неудивительно, что ты никак не можешь найти общего языка с собственным сыном.
— Вас этом в школе учат? — тут же отреагировал Вуд-старший. — Оливер буквально минут пятнадцать назад ляпнул нечто подобное.
— Нет, — нарочито любезно сообщил ему Маркус, явно намекая на самого Даррена, — в школе нас учат, что тот, кто лезет не в свои дела, обычно плохо заканчивает.
— Нагло врут, — парировал Даррен, и они оба замолчали.
Спустя минуту молчания Вуд попробовал снова.
— В общем, нам всем без утайки надо обсудить сложившуюся ситуацию. Это было бы взвешенное и зрелое решение.
— К счастью, мне всего шестнадцать, так что на зрелые решения я не претендую, — осклабился Маркус. — Не буду я ничего обсуждать. Идите к черту, — Даррен поднялся, тяжело вздохнув, и отступил на шаг.
— И вообще, роль у вас не завидная, — более миролюбиво заметил Флинт, снова возвращая свое внимание телефону, и поковырял ногтем царапину на экране. — Видимо, у этого человека уже привычка общаться со мной только через адвокатов.
Рядом послышались торопливые шаги, и не успел Маркус поднять голову, как его вздернули вверх за ворот куртки и ощутимо встряхнули.
— Прекрати вести себя как болван, — рыкнул Флинт-старший.
Маркус резко дернулся, вырываясь из хватки, и толкнул его в грудь.
— Убери руки! — выкрикнул он злобно. Его снова затрясло, а пальцы сжались в кулаки. — И не приближайся ко мне, а то я за себя не отвечаю. Урод!
Джош стиснул зубы и попробовал снова:
— Как, по-твоему, я должен общаться с тобой, если ты не можешь реагировать на меня без агрессии? Мы можем нормально поговорить?
— Не о чем разговаривать, — отрезал Маркус и запихнул сломанный телефон в карман. — И ты не должен со мной общаться. Ты мне вообще ничего не должен, как и я тебе. Ты мне никто! Так что отвали.
Оливер опешил, но на этот раз не решился говорить что-нибудь наперекор — как-никак от этих двоих сейчас зависело слишком много.
— Раскомандовался, — буркнул Вуд, когда дверь за ними закрылась.
Он хотел было наградить Джоша парочкой крепких словечек, но те как назло не приходили в голову, да и стоило признаться самому себе, что этот тип каким-то непостижимым образом умудрился расположить к себе, ничего для этого не делая. Возможно, это была фамильная черта, потому что у Маркуса это тоже выходило лучше всего, благодаря чему он и добился популярности в школе. У Оливера так не получалось.
Сидеть и ждать оказалось не так уж просто. Волнение давало о себе знать: у Оливера разболелась голова, и он, забравшись на кресло с ногами, прикрыл глаза. Хотелось, чтобы ситуация разрешилась поскорее, а еще больше — чтобы все это ему приснилось.
Немного успокоившись, Маркус стал обдумывать, что ему делать. Впереди его ждали не очень приятные перспективы: нужно было найти, где перекантоваться, потому что показаться матери на глаза не представлялось возможным. Ко всему прочему, сумка с его вещами так и осталась на лестничной площадке у квартиры Вудов, где он бросил ее, забыв обо всем. О том, чтобы вернуться за ней прямо сейчас, тоже не могло быть речи. Оставалось попытаться реанимировать разбитый телефон и найти в записной книжке кого-то, кто смог бы оставить его у себя без лишних вопросов и доносов маме. Это с почти стопроцентной вероятностью мог быть Пьюси, но Маркус так или иначе не знал его номера наизусть, а о таких вещах стоило договориться заранее.
Флинт раздраженно рыкнул и ударил кулаком по земле. Какого черта у него ничего не ладилось? Психованная мамаша, неуловимый отец, дебильные друзья и теперь еще для полноты списка добавился предатель, с которым он умудрился завести отношения. Сейчас Маркус даже немного начал жалеть, что так быстро смылся. Все-таки хотелось набить кому-нибудь морду, и незаметно на первый план среди возможных кандидатур вышел Вуд. Хотя бы потому, что отца Маркус ненавидел всю сознательную жизнь, а вот Оливер умудрился втереться в доверие и исподтишка все испортить. Уже второй раз за короткий период тот был пойман на утаивании важной — касающейся Флинта, между прочим — информации, что благосклонности к нему не добавляло. Наоборот, рождало желание выместить свою злобу.
Маркус так задумался, что упустил появление Даррена.
— Маркус, — тот присел на корточки напротив него, и Флинт смерил его неприязненным взглядом, — нужно поговорить.
— Ты голубь мира, что ли? — намеренно по-хамски отозвался Маркус, демонстративно обратив все внимание на исследование своего разбитого телефона.
— Как бы ты сказал, «типа того», — передразнил его Даррен. — Вижу, ты достаточно пришел в себя, чтобы огрызаться, так что буду предельно откровенен. Ты повел себя как глупый неуравновешенный ребенок.
Флинт присвистнул, не отрываясь от своего занятия.
— Действительно откровенно, — с сарказмом протянул он. — Неудивительно, что ты никак не можешь найти общего языка с собственным сыном.
— Вас этом в школе учат? — тут же отреагировал Вуд-старший. — Оливер буквально минут пятнадцать назад ляпнул нечто подобное.
— Нет, — нарочито любезно сообщил ему Маркус, явно намекая на самого Даррена, — в школе нас учат, что тот, кто лезет не в свои дела, обычно плохо заканчивает.
— Нагло врут, — парировал Даррен, и они оба замолчали.
Спустя минуту молчания Вуд попробовал снова.
— В общем, нам всем без утайки надо обсудить сложившуюся ситуацию. Это было бы взвешенное и зрелое решение.
— К счастью, мне всего шестнадцать, так что на зрелые решения я не претендую, — осклабился Маркус. — Не буду я ничего обсуждать. Идите к черту, — Даррен поднялся, тяжело вздохнув, и отступил на шаг.
— И вообще, роль у вас не завидная, — более миролюбиво заметил Флинт, снова возвращая свое внимание телефону, и поковырял ногтем царапину на экране. — Видимо, у этого человека уже привычка общаться со мной только через адвокатов.
Рядом послышались торопливые шаги, и не успел Маркус поднять голову, как его вздернули вверх за ворот куртки и ощутимо встряхнули.
— Прекрати вести себя как болван, — рыкнул Флинт-старший.
Маркус резко дернулся, вырываясь из хватки, и толкнул его в грудь.
— Убери руки! — выкрикнул он злобно. Его снова затрясло, а пальцы сжались в кулаки. — И не приближайся ко мне, а то я за себя не отвечаю. Урод!
Джош стиснул зубы и попробовал снова:
— Как, по-твоему, я должен общаться с тобой, если ты не можешь реагировать на меня без агрессии? Мы можем нормально поговорить?
— Не о чем разговаривать, — отрезал Маркус и запихнул сломанный телефон в карман. — И ты не должен со мной общаться. Ты мне вообще ничего не должен, как и я тебе. Ты мне никто! Так что отвали.
Страница 77 из 109
