Вампиры

— Вы предсказуемы, милорд, — Мор открыл пневмодверь, но на пороге замер и добавил. — Если бы вами нельзя было манипулировать, вас непременно убили бы. Наверное, это даже к лучшему. Я зайду через несколько дней. Скоро мы мобилизуем флот и отправимся путешествовать.

— Куда? — выдавил из себя Дориан, хотя ответ вертелся у него на языке.

— В Столицу, конечно же.

— Что там?

— Руины. Руины, а посреди них — остатки Дворца.

Станция оставила у Шарлотты приятное впечатление. Все военные были вежливы с ней, дважды в день приносили кровь — не изысканную, но хотя бы без явного синтетического душка. Один раз собрались в большом отсеке и пригласили спеть. Леди де Бофе распаковала нежно-фиалковое платье, надела бриллианты, красивые туфли, и ступила на импровизированную сцену. Голос звучал уверенно, и даже не дрожали ноги, а публика слушала внимательно, аплодировала и просила добавки.

Беспокойство одолевало её временами, но вежливый Хантер успешно развеивал его. Он приходил каждый день и рассказывал о тех событиях, которые происходили на станции. Постепенно Шарлотта привыкла к незнакомым словам, расспросила кое о чем вампира, и стала лучше представлять себе, где находится. Беседы с Хантером отвлекали от размышлений о брате.

— Вы очень красиво пели сегодня, леди де Бофе, — признался после выступления скромный Хантер. Раздобыл где-то розу и неумело вручил ей. Шарлотта приняла подарок, поставила в вазу и долго следила за тем, как неторопливо вянет чужая красота.

Спустя почти две недели раздался стук. Шарлотта велела входить, как обычно, ожидая, что к ней снова пришел Хантер или что она задумалась слишком глубоко, и уже пришло время еды.

— Сестра?

Знакомый голос звучал необычно, и Шарлотта, обернувшись, охнула. Замерла, обомлела и прикусила губу: перед ней стоял Николас. Целый, невредимый, в военной форме, точно такой же, которую носили остальные вампиры станции.

— Как твои дела? — спросила Шарлотта.

Николас задумчиво осмотрел комнату и вошел. Пневмодверь за ним закрылась.

— Со мной все в порядке, Шарли, — сказал он, улыбаясь. Леди де Бофе продолжала стоять неподвижно, разглядывая нежданного гостя. — Со мной все очень хорошо. Представляешь, он смог меня вылечить! Я больше не дурик. Представляешь?

Николас осторожно приближался к Шарлотте, а та пыталась сопоставить его слова с манерой речи. Уже бывали случаи, когда Ник утверждал, что здоров, а затем снова срывался. Теперь Шарлотта искала признаки безумия в его интонации.

— Нет, нет, Шарли, ты не поняла! — Ник подошел вплотную и протянул ей руки. — Он меня вылечил. Помог мне с этим справиться! Я больше не сумасшедший, Шарли. Понимаешь?

Шарлотта понимала, но отчаянно боялась поверить. Она устала обманываться, реагировать на оживление брата, когда тот ненадолго приходил в себя. Устала испытывать разочарование и боль от потерь. Но все-таки она протянула руки вперед и обхватила его ладони своими. Часто закивала, прогоняя ресницами непрошенные слезы. Бессмертие не наделило ее даром повелевать собственным настроением. Только настроением других. Поэтому, сделав шаг вперед, она обняла Николаса и ласково погладила по спине. Ник облегченно вздохнул.

— Пойдем, я покажу тебе свою комнату! — оживленно предложил он. Леди де Бофе украдкой смахнула слезы и пошла вслед за братом.

Станция оказалась гораздо больше, чем предполагала Шарлотта, когда гуляла по коридорам в сопровождении военных. Николас повел ее в противоположную часть, так что идти пришлось едва ли не час. Она разглядывала проходящих мимо вампиров, стараясь отыскать знакомые лица.

— Скажи, ты видел Дориана или Гильермо? — спросила она по дороге.

— Нытика и Трусишку? — переспросил Ник. Шарлотта рассмеялась, прикрыв рот ладошкой. В детстве Николас постоянно придумывал другим клички. Сейчас он был очень похож на себя в те годы: вертел головой по сторонам, то и дело указывал пальцем на необычные картины или статуэтки, разве что не начал бежать вприпрыжку.

— Да, их, — подтвердила леди де Бофе. Ей тоже захотелось совершить безрассудство, поэтому она похлопала брата по плечу. — Ты водишь! — а потом побежала вперед по коридору, подхватив пышную юбку. Обувь мешала, но все же бежать так вперед было до смеха задорно, и Шарлотта расхохоталась. Ник догнал ее, заключил в объятья и тоже рассмеялся.

Они отряхнули с одежды несуществующую пыль, строго посмотрели друг на друга — как в детстве — и пошли дальше степенным шагом. Это было продолжением игры. Первый рассмеявшийся проигрывал.

— Я не видел ни Дориана, ни Гильермо, — серьезно сообщил Николас. Шарлотте все еще было смешно, но известие о том, что старый хронист куда-то исчез, огорчало. Теперь, когда он не лез со своими предложениями, лекциями, миролюбивой речью, Шарлотте стало не хватать его.

— Думаешь, с ними все хорошо? — спросила леди де Бофе.

— Думаю, да, — ответил Ник. В голосе его особой уверенности не было. — Конечно, если они не сделают какую-нибудь глупость.

— С чего бы вдруг им делать глупость? — удивилась Шарлотта.