Ведьма

— Это? Ещё один амулет, — с улыбкой соврала Ведьма. — Чтобы мы всегда были вместе. Не против надеть его?

— Ну спасибо хотя бы на том, что это не ужасно смущающее нечто типа подвески «Ч плюс В — навсегда», — сыронизировал Череп, наверняка ссылаясь на какую-то бородатую шутку своей стаи. — Это всё?

— Ещё кое-что. Ты найдёшь меня на рассвете следующего дня, до этого момента даже не пытайся.

— Какие мы загадочные! Хорошо, я рад, что ты знаешь безопасное место на эту ночь.

— А я думала, что тебя больше порадует моя уверенность в тебе.

— Она меня не радует, а скорее шокирует, — пожал плечами Череп, враз растеряв всю напускную уверенность.

В его глазах читалось: «Как ты можешь верить в меня тогда, когда я сам в себе практически разуверился?»

Ведьма могла только обнять его в самый последний раз.

И нет в этом никакой магии. Возвращалась бы она к нему спустя столько кругов снова и снова, не будь они связаны? Очаровывалась бы?

Они отступили друг от друга, Череп взял из её рук нож и наручные часы, спрятал их, повернулся и ушёл.

Вот и всё.

Ведьма подошла к спальному мешку, развернула его и достала всё спрятанное: иглы, мотки нитей, большой кусок замши, ножницы, деревянные гребни — здесь это больше ни к чему. Тем более что она пообещала Лису амулет — сделает его в спальне.

Из чего же его сделать? Да и осталось ли у неё что-то стоящее в спальне?

Хотя, наверное, найдётся. Да, крошечный осколок угля, гладкого и острого, так что даже страшно порезаться. И тополиный пух. А ещё игральный кубик…

И всё вокруг исчезло — Ведьма вернулась в пустую спальню, бросилась к шкатулке со всем содержимым будущего амулета — не было больше фонового шума вроде далёкого смеха снаружи или шума проезжавших мимо Дома машин.

Ведьма знала, что сейчас у неё получится один из её самых лучших амулетов.

Этой ночью Лис выживет.

Странная сосредоточенность начала отступать, едва Ведьма закончила зашивать замшу и принялась за верёвку на шею.

Раздался стук в дверь.

— Заходи. — Ведьма сидела на полу, спиной к двери, так что не посмотрела на зашедшего, делая последний узелок и отрывая ненужный конец нити.

— Закончила? — спросил Лис, обходя её и садясь на пол.

— Да, — ответила Ведьма, наконец, поворачиваясь к Лису и надевая тому амулет на шею. — Ты сильный и удачливый, а это сделает тебя ещё сильнее и удачливее.

— Спасибо, — произнёс Лис, пряча амулет под футболку.

— Но он вышел сильнее, чем я думала. Не знаю, хорошо это или плохо, но он умиротворяет, как губка впитывая негативные мысли и помыслы. Так что ему по душе люди последовательные, вдумчивые, серьёзные, не рубящие сгоряча, руководствующиеся разумом, а не чувствами — в общем, нужно соответствовать, чтобы амулет работал в полную силу.

— Разумно. Так и буду поступать — руководствоваться не чувствами, а разумом. Ведь я целую ночь подавлял в себе эмоции, в попытках осмыслить это твоё чёртово предательство.

Хлопок двери, громкие шаги сзади, но Ведьма ничего не успевает сделать — ей завязывают глаза, сильные руки до боли стискивают плечи, а большой кусок замши запихивают в рот.

Остаются звуки. Тяжёлые шаги. Звон её металлической коробки и раздавшийся следом грохот — бисер, кора, крошки от полудрагоценных камней, стекло. Всё наверняка рассыпалось по полу — тяжёлые шаги начали звучать одновременно с хрустом. И голос. Страшный из-за своего спокойствия голос Лиса звучал громче, чётче, Ведьма расчленяла каждое изменение тона и интонации.

— Сначала, когда Тритон пересказал мне твой разговор с Мавром, я просто не мог в это поверить, — показное спокойствие переросло в праведное возмущение. — Я попросил его пока никому не говорить, решил, что лично должен убедиться в твоём предательстве, прежде чем предпринимать что-то — Тритон ведь мог что-то неправильно расслышать или не понять контекст разговора. Но зрелища того, как вы оба заходили в спортзал, было достаточно — наличие окон и пусть слабого, но освещения в коридоре первого этажа сыграло против вас, голубки, — понижение тона и плавный переход от праведного возмущения к злорадному предвкушению.

Сколько человек было здесь? Судя по всему, не меньше трёх, с учётом Лиса. Все ходячие, все парни. Девушки ещё не знают? Её соседок здесь не было, когда она вошла — в этом не было ничего необычного… Но, чёрт, когда из спальни уходили все, то последний из уходивших закрывал комнату — ключи были у всех. То есть они ушли с расчётом, что совсем скоро придёт Ведьма. Значит, ушли совсем недавно. Если они знали, то Лис им что-то рассказал. Но всю ли правду? Вряд ли, если бы рассказал — об этом уже знал бы весь Дом, и до спальни она бы не дошла…

—… Но самым страшным было не твоё предательство, а то, что ты заколдовала Мавра.

Ведьма тонула в тишине непонимания.

О чём это они?