Великие Немые

Лица

ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ.

ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ.

АГРАФЕНА АЛЕКСАНДРОВНА.

Декорации:

1879. Комната Ф. П. Карамазова. Хрустальные люстры. На кровати роскошный шелковый японский халат и экзотическая турецкая чалма. Верхняя часть дома. Спальная комната хозяина.

ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. Вот ваш лимонад, как просили.

ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ. Все-все-все Пашка. Перестань мокроту разводить. Не люблю я тебя. Люблю Грушеньку. Хочу свадьбу. Слюни по ней текут. Похотью весь исходился. Не могу есть. Не могу спать. Все о ней думаю. Хочу девку грудастую в дом!

Выпивает залпом бокал лимонада.

ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. Вот и все. Нет ничего между нами. Мальчонкой я живу у тебя в ногах. А, теперь, выходит все не так. Нет больше доброго слова для меня, от тебя, мой сахарный папенька.

ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ. Понял правильно! А теперь, катись во двор! Зови ее ко мне! Слуга ты или не слуга? Деньги мои получаешь, лакей. Впрочем, где Иван Федорович?

ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. Уехал в соседнюю деревню за медом. А там… поедет в Петербург, учить в университете. Совсем… уехал из нашей губернии.

ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ. Тебя он звал с собой? Отвечай немедленно.

В голосе ревнивые нотки.

ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. Звал, но не время ехать с ним. У меня всякие дела здесь.

Подходит к бокалу на столе. Делает вид, что разбивает случайно. Собирает осколки.

ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ. Какие еще дела? Ишь, как заговорил, шельмец Пашка! Вот, уши-то тебе выдеру. Знамо дело, чего ты ждешь от Ивана! В голове одни шуры-муры! Вот чего от Ивана хочешь!

ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. Не выдерешь… не успеешь.

Полушепотом, почти в сторону.

ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. Смерть тебя, за спиной ждет.

Повторяет слова полушепотом, заслонив губы ладонью руки. Смотрит в зал. Отец бросается на него из-за спины.

ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ. А, негодяй… Где это злобное насекомое? Где мой первенец Дмитрий Федорович?

Топает ногами.

ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. Туда вокруг ходит, где-то в городе. Мне невдомек. Я сам по себе, сами ведаете, Федор Павлович. А он, сын ваш, Дмитрий Федорович, тоже сам по себе. Догадываюсь я завсегда, он между бабенок живет!

ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ. Ненависть у Дмитрия в глазах. Грушку, невесту мою, женить на себе хочет. Грозил убить меня! Не верю я в это. Слабый он. Силы нет у него топор поднять.

Подходит к окну задергивает занавески. Голос нервный. Смертельно напуган.

ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ. Где Григорий и Марфа? Говори скорее. Приказываю! Двери и засовы запереть.

ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. Неможно их дозваться! Натерлись снадобьем и спят во флигеле у самовара. Сами знаете, барин… Не в первой это в дому. Они наперед, за неделю, уведомили о своих снадобьях или лечении сегодня. Спят они! Некому Дмитрия заслеживать.

ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ. Любил я Марфу Игнатьевну, ох, ядерная девка была до замужества. В водевилях «срамница» пела! Представляешь, Пашка!

Слегка покачивается от яда. Голова кружится. Садится на ближайший стул, как бы проваливаясь.

ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ. Теперича, не узнать ее. Набожная стала. Беспрекословная. Полностью живет «под мужем».

ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. Вот, и я бы хотел жить «под мужем». Да, не везет. Федор Павлович!

Вздыхает. Жеманно делает реверанс.

ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. Плохой вы «седок» стали! Другой вы теперь, папенька.

Достает зеркало из брюк. Смотрится.

ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ. Знаю я тебя, Валаамова ослица!

Истерически вскрикивает. Отец бьет кулаками юношу. Зеркало разбито. На лицах кровь. Отец топчет стекла ногами. Юноша кричит, выбегает прочь. Слышны его рыдания. Немного погодя выходит из-за сцены обратно. непринужденно улыбается. Подходит к шкафу и начинает вытирать серебряную посуду. К разбитому зеркалу не подходит. Стекла с пола не поднимает. Делает вид, что забыл о случившимся.

ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ КАРАМАЗОВ. А мне нравится ее муж. Григорий Васильевич Кутузов крепкий мужик. Он такой мускулистый. Нет, не в меня он в Пашку — повара. Знаю, помадой и духами от него пахнет.

ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ. Хе-хе-хе.

Хмыкает. Юноша продолжает, не обращая внимания. В голосе мечтательность.

ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. Он такой мужественный! Твердый. Неуклонный. Упорно идет к своему, если убежден. Он честен и неподкупен. А главное, говорит направо и налево: «Всякая баба врет и бесчестна» или«держи ухо востро… береги барина-отца».

ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ. Наставления читает мне до двух разов на день. Мало разговорчив Григорий, а уж если заговорит, то жди наставлений. Обязательных длинных наставлений.

ФЕДОР ПАВЛОВИЧ КАРАМАЗОВ. ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. Ха-ха. Хе-хе.

Говорят нараспев друг с другом.

ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. А, что о Марфе Игнатьевне сказать?

Видно, что задумался о своем плане.

ПАВЕЛ ФЕДОРОВИЧ СМЕРДЯКОВ. Бита она была много раз. Признает мужев «духовный верх» И я тоже баба…«бита мужем сейчас».