Видеть изменения в тебе

Кровь вся смыта, поэтому Шерлок, не говоря ни слова, дергает переключатель ногой, и душ выключается, начинает заполняться ванна. Джон ухмыляется и сползает в воду, а Шерлок неловко складывается между его ног, и они сидят так, спина к груди, руки Джона обхватывают грудь Шерлока, который согнул свои длинные ноги, ожидая, пока ванна наполнится.

— Ммм, — удовлетворенно вздыхает Джон. Улыбка Шерлока почти слышна, его рука поднимается, обхватывая запястье Джона.

— Скоро у нас кончится горячая вода, — он лениво рисует узоры пальцем на коже Джона.

— Все будет хорошо, — отвечает Джон, откидываясь головой назад, к стене. — Это блаженство.

— Это не неприятно, — уступает Шерлок, издавая долгий и тяжелый вздох, который противоречит его равнодушному тону.

Джон просто фыркает в кудри и тянет длинное худое тело на себя, ближе к груди. Ванна заполняется, и Шерлок лениво выключает кран ногой.

— Ты сегодня был фантастическим — шепчет Джон. — Я бы отымел тебя прямо рядом с тем ящиком, если бы Лестрейда не принесло из-за угла.

— В следующий раз следуй инстинктам, — дразнит Шерлок. — Уверен, мы могли бы тогда сфотографировать его лицо и использовать это против него.

— Ха! Мечтай, Шерлок.

— Хмм…

Они лежат так некоторое время, измученные и неподвижные, пока вода не остыла, и Шерлок не начал замерзать.

— О, да ради… Не двигайся, ты все испортишь.

— Вода холодная, и ноги онемели, — жалуется Шерлок. — Мы вышли за пределы максимального комфорта.

Джон закатывает глаза и протягивает руку, чтобы нашарить брюки и вытащить из них палочку.

— Шерлок, — он не в силах удержаться от снисходительного и дразнящего тона, — ты спишь с волшебником.

Вода мгновенно подогревается вокруг них, и ванна вдруг кажется больше.

— Теперь заткнись и сиди спокойно. Мне это нравится.

Шерлок вытягивает ноги перед собой и ошеломленно качает головой.

— Так ты будешь использовать палочку, чтобы держать меня рядом с собой в ванне, но ты не стал ею выводить из строя человека, который собирался убить меня?

— Честно говоря, Шерлок, этот человек не смог бы выбраться из бумажного мешка.

— У него был нож, — Шерлок изгибается так, что может посмотреть на Джона. — Шрамы на моей руке доказывают это.

— Не против? — Джон улыбается, берет Шерлока за руку, прижимает к ней кончик палочки и бормочет несколько слов низким голосом в ухо Шерлока. Они оба смотрят, как разрезы стягиваются, тепло светятся, а затем исчезают.

Шерлок фыркает, а затем тянется так, чтобы поймать губы Джона поцелуем.

— Это невероятно сексуально, — бормочет он, не очень ловко возвращаясь Джону на колени, — Ты… в буквальном смысле… невероятный.

— Мне говорили. — дразнится Джон. Палочка клацает о пол, и он обхватывает лицо Шерлока руками. — А теперь замолчи.

— Хммм. Заставь меня.

Джон изгибает бровь и впивается в губы Шерлока.

— Не искушай меня, Холмс. Ты играешь с огнем. Я могу украсть голос прямо из твоего горла, если захочу. Тебе повезло, что я чувствую себя сейчас особенно ленивым.

— Ты чрезвычайно привлекателен, когда угрожаешь мне тем, что невозможно, — голос Шерлока грохочет там, где их груди соприкасаются, посылая восхитительную дрожь по коже. — Я не знаю, что с этим делать.

— Это значит, что ты немного странный ублюдок, — Джон осторожно кусает шею. — Не слишком волнуйся об этом. Ты не один такой.

— Если ты так говоришь, — отвечает Шерлок, но его разум явно начинает плыть от теплоты и комфорта, и он медленно, но уверенно впадает в свою традиционную дымку «когда дело закончено». Джон улыбается ему в шею, а затем откидывается назад, на слегка напоминающий теперь подушку бортик ванны. Они остаются в совершенно теплой воде, пока пальцы Джона не начинают морщиться, и дремлющий Шерлок огрызается, когда Джон то ли тащит, то ли левитирует его в постель.

Это происходит так постепенно, так естественно и органично, что он даже не замечает, пока не становится слишком поздно.

Осознание приходит, когда он в халате сидит за кухонным столом, ждет закипающий чайник. Сова настойчивее стучит в окно, и он распахивает то с помощью магии, впуская птицу, шаря автоматически в кармане в поисках мелочи, которую можно было бы бросить в кожаный мешочек в обмен на Пророк. Его чашка чая сама опускается на стол перед ним, пока сова улетает, и он без раздумий призывает тост из тостера. Шерлок, по большей части голый, выбирает этот момент, чтобы появиться на кухне; небольшие красные следы от магических ограничений — доказательства экспериментов прошлой ночью, — все еще видны на его запястье, и витиеватые руны Визы светятся чуть больше, сталкиваясь с остаточной магией.

— Черт возьми, Шерлок, — говорит Джон и машет палочкой в сторону растрепанного соседа, который ворчит недовольно, неожиданно обнаружив себя одетым в халат.

От внезапного понимания не хватает воздуха. Джон задыхается, роняет палочку и газету, резко встав, толкает стол.

— Что? — Шерлок смотрит на него с опаской. — Что не так?

— Черт побери, — ругается Джон, глядя беспомощно на Шерлока. — Я — волшебник.