Виварий

— Мне страшно! — проскулила Трелла, прижимаясь к плечу парня. Их глаза были прикованы к месту падения странного шарика. Кто-то таился там, засев в темноте… Кто-то или что-то… Его не было видно глазам, но поджилки несчастной пары трепетали, волоски вставали дыбом, а по позвоночникам забегали волны холода — позабытые животные инстинкты безошибочно определяли присутствие чего-то чуждого, непонятного и страшного. Ноги свела судорога, как будто кровь в них стала льдом.

Что-то тускло вспыхнуло на небе — какая-то точка на «следе метеора». Но до этого не было дела.

Это был еще один гость из иного мира, и он тоже готовился пробиться в мир Мегаполиса. «Внимание! Внимание! Внимание! Подготовка к старту! Занять места в амортизаторах!» — голосили громкоговорители, висящие на каждом углу космолета«Рруут». Экипаж корабля поспешно укладывался в амортизаторы, напоминающие гробы, оплетенные проводами и трубками. Крышки сотен «гробов» захлопали, закрываясь, защелкали гидравлические замки. Хлоп-хлоп-хлоп! — и вот уже все космонавты заточены в герметические ящики. Анабиоз обездвижил их, цепкими корнями проник в их тела, спутал и заморозил мысли и чувства. Наступила тишина — только двигатели низко гудели, и эмиттеры напевали свою нескончаемую комариную песню. Еще немного — и корабль стал казаться пустым. Все спали.

Бодрствовали лишь три члена экипажа: капитан Бро, профессор Урро и молодой пилот. Они сидели в рубке, облаченные в тяжелые скафандры. Вокруг них высились приборные панели, похожие на белые шкафы. Дребезжащие голоса доносились из них:

— Расчет траектории перехода…

— Окончательные координаты занесены…

— Создание щита…

— Подготовка к старту завершена… Готовность к переброске в Зону-0… Статус Аномалии — в норме…

Профессор устроился в кресле поудобней.

— Каждый раз перед стартом я не забываю помолиться за свой упокой… — сказал он капитану. — Но когда мы отправляемся, я забываю обо всем.

Над их головами был целый планетарий — полусферический экран, на котором были видны миллионы галактик, туманностей и скоплений, кружащихся в неспешном танце, и зигзагообразная щель, пересекающая космос — ее-то и называли Аномалией. Она периодически появлялась и исчезала, и рарские корабли спешили к ней, чтобы успеть проникнуть в эту щель и перенестись в миры, отдаленные на миллионы световых лет, а то и вовсе находящиеся в ином измерении.

Это было рискованно — иногда Аномалия схлопывалась внезапно, оставляя космолеты в другом пространстве. Уже не один экипаж пропал без вести, не успев вернуться в родной мир. Но пропадали единицы — а сотни возвращались благополучно. Потери не страшили племя Рар.

Зачем же они рисковали жизнями, отправляясь в неизведанные измерения? Этому была почти что субъективная причина. Племя Рар всегда было любопытно и непоседливо — и с началом космических полетов их цивилизация достигла расцвета, ибо каждый мог свободно удовлетворять свои исследовательские потребности, а если повезет — то заодно принести своей цивилизации практическую пользу. Племя Рар — народ прирожденных ученых.

Этот же корабль отправлялся на территорию, называемую Зоной-0. Это был уголок Вселенной, превращенный рар в полигон для экспериментов по биосоциологии и высшей пространственной физике. Судно было оснащено совершеннейшим оборудованием — здесь были биологическая, химическая и физическая лаборатории, огромные базы данных, тонны высокоточных приборов. Обслуживалась эта техника двухсотенным штатом самых разных специалистов: там были биологи, физики, математики, астрономы, техники, а также ученые, которым нет названия в нашем языке.

Корабль был огромен — как четыре городских квартала, и казалось странным, что такая громадина может развивать большую скорость. И управляли им лишь трое.

— Лейтенант Аэрра! ПУСК! — рыкнул капитан. «Рруут» двинулся вперед, к Аномалии — неторопливо и неуклюже. Он напоминал черного исполинского кита, бесшумно рассекающего прозрачную воду. На старте он был медлителен, но скорость быстро нарастала, и через минуту корабль уже летел легко и быстро.

Гигантская трещина приближалась — уже было видно радужные всполохи, блуждающие и переливающиеся в ее просвете. Ближе, ближе, ближе — и вот трещина заслонила звездное небо. Профессор, капитан и лейтенант невольно залюбовались этим чудесным зрелищем, хотя наблюдали его, должно быть, в сотый раз. Каждый видел эту картину по-своему. В воображении Урро возникали причудливые цветистые спруты, которые сплетали свои щупальца, ежесекундно меняя окрас и узор, тонули в водопадах падающих звездочек, которые вливались в отверстые пасти хищных цветов, обрамленные зубами-сосульками…

«Рруут», не замедляя хода, влетел в просвет Аномалии и скрылся в ее переливающемся цветном пламени. Казалось, пламя поглотило его, переплавило в радужную массу, и уже нет и воспоминания о металлической громадине с двумястами членами экипажа…