История эта произошла с моей сестрой Натальей в то время, когда она училась в мед. училище в одном из поселков Ульяновской области. Жила она на квартире у местной бабушки в компании своих однокурсниц. С одной из них — Людмилой — она очень сдружилась. Моя сестра довольно редко ездила домой, слишком далеко было добираться, поэтому Людмила неоднократно приглашала ее на выходные к своим родителям. Сама она была родом из небольшой деревеньки, которая находилась в двух часах езды от поселка. Но погостить у подруги Наташе все как-то не удавалось, каждый раз этому что-то мешало. Но однажды, в очередную субботу, она все-таки вырвалась в гости.
2 мин, 13 сек 13293
Но веселых выходных у студенток не получилось. С порога девушкам сообщили, что в доме поминки — пару часов назад похоронили Людиного прадедушку. До этого он много лет пролежал пластом, как говорится, не живой и не мертвый, измучился сам и измучил всех окружающих. Родители Люды знали, что девушки хотели приехать на выходные, но ничего не стали сообщать, не хотели расстраивать, да и со связью тогда были проблемы. В общем, Люде и Наташе пришлось сначала помогать на поминках, а потом наводить порядок в доме. Вечером после бани уставшие девчонки буквально рухнули спать. Мою сестру уложили в отдельную комнатку на старый широкий диван.
Ложась спать, Наташа с подозрением покосилась в угол комнаты у изголовья дивана — он был весь увешан иконами. Сестра к подобным вещам относилась довольно негативно, будучи комсомолкой, придерживалась атеистических взглядов. Как выяснилось, напрасно.
Около двух часов ночи Наташа внезапно проснулась. Ей показалось, что кто-то дотронулся до ее ноги. Открыв глаза, она увидела перед собой дряхлого старика в темном костюме. Его холодная рука сжала ее ступню. Наташа обомлела от страха. Взгляд старика был настолько злым и яростным, что у нее перехватило дыхание. Она не могла даже вскрикнуть — из горла вырывался лишь сдавленный хрип.
«Как же я вижу этого деда, если в доме не горит ни одной лампочки? Что его освещает?» — вдруг подумала она. И едва эта мысль пришла в голову Наташе, как она спиной ощутила странное тепло. Оглянувшись, сестра увидела, что от висящих икон исходит легкое сияние, образуя нечто вроде яркого полукруга, доходящего примерно до середины дивана.
Наташа вырвала ногу из рук этого страшного ночного гостя, быстро поползла к иконам и, съежившись в комочек, вжалась в угол. Лицо деда исказила злоба. Он бросился вдогонку, но вдруг отпрянул, словно ударившись обо что-то. Похоже, полукруг, исходящий от икон, оказался для него непреодолимой преградой. Дед продолжал тщетно биться об эту таинственную стенку. Но к Наташе вернулось самообладание, и она закричала что было сил. На крик сбежались все родственники Люды. Едва в комнате вспыхнул свет, дед бесследно исчез; перестали сиять иконы.
После того, как Наталью отпоили валерьянкой, остаток ночи она провела в кровати между Людой и ее матерью. А утром моя сестра случайно услышала разговор двух соседок. Оказалось, родители Люды уложили ее спать на диван только что умершего деда, решив, что посторонний человек, не зная об этом, не побоится там переночевать. Кстати, когда Наташа описала одежду напавшего на нее ночью старика, оказалось, именно в такой костюм был одет покойник. Тем же утром моя сестра договорилась с местным парнем, и тот отвез ее на мотоцикле обратно в поселок.
С тех пор прошло много лет, но Наташа до сих пор не может оправиться от пережитого ужаса. Та ночь оставила на ней серьезную отметину: стоит ей разволноваться, как она тут же начинает заикаться.
Ложась спать, Наташа с подозрением покосилась в угол комнаты у изголовья дивана — он был весь увешан иконами. Сестра к подобным вещам относилась довольно негативно, будучи комсомолкой, придерживалась атеистических взглядов. Как выяснилось, напрасно.
Около двух часов ночи Наташа внезапно проснулась. Ей показалось, что кто-то дотронулся до ее ноги. Открыв глаза, она увидела перед собой дряхлого старика в темном костюме. Его холодная рука сжала ее ступню. Наташа обомлела от страха. Взгляд старика был настолько злым и яростным, что у нее перехватило дыхание. Она не могла даже вскрикнуть — из горла вырывался лишь сдавленный хрип.
«Как же я вижу этого деда, если в доме не горит ни одной лампочки? Что его освещает?» — вдруг подумала она. И едва эта мысль пришла в голову Наташе, как она спиной ощутила странное тепло. Оглянувшись, сестра увидела, что от висящих икон исходит легкое сияние, образуя нечто вроде яркого полукруга, доходящего примерно до середины дивана.
Наташа вырвала ногу из рук этого страшного ночного гостя, быстро поползла к иконам и, съежившись в комочек, вжалась в угол. Лицо деда исказила злоба. Он бросился вдогонку, но вдруг отпрянул, словно ударившись обо что-то. Похоже, полукруг, исходящий от икон, оказался для него непреодолимой преградой. Дед продолжал тщетно биться об эту таинственную стенку. Но к Наташе вернулось самообладание, и она закричала что было сил. На крик сбежались все родственники Люды. Едва в комнате вспыхнул свет, дед бесследно исчез; перестали сиять иконы.
После того, как Наталью отпоили валерьянкой, остаток ночи она провела в кровати между Людой и ее матерью. А утром моя сестра случайно услышала разговор двух соседок. Оказалось, родители Люды уложили ее спать на диван только что умершего деда, решив, что посторонний человек, не зная об этом, не побоится там переночевать. Кстати, когда Наташа описала одежду напавшего на нее ночью старика, оказалось, именно в такой костюм был одет покойник. Тем же утром моя сестра договорилась с местным парнем, и тот отвез ее на мотоцикле обратно в поселок.
С тех пор прошло много лет, но Наташа до сих пор не может оправиться от пережитого ужаса. Та ночь оставила на ней серьезную отметину: стоит ей разволноваться, как она тут же начинает заикаться.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
