Боб рассматривал свое отражение на стекле — бледное пятно на фоне серо-желтой осени. Из окна поезда все города, леса, поля и реки выглядели одинаково. Боб привык к мелькающим картинкам и забыл, как выглядят вблизи листва, горы и озерные кувшинки…
121 мин, 32 сек 4852
За окнами показался город. Поезд начал торможение. От лязга железа у Боба заложило уши. Джесси распахнул двери раньше, чем поезд полностью остановился. На перроне горели три фонаря. Около деревянной будки вокзала стоял сторож и мусолил в руке сигарету.
Джесси спрыгнул на землю и потянул Боба за собой. У Джесси был широкий шаг и пружинящая походка. Падая, Боб смотрел на его профиль и высоко поднятый подбородок. Он едва успел коснуться коленями земли, когда Джесси подхватил его.
— Нет, Боб, — прошептал Джесси ему на ухо. — Так не бывает. Проклятий не существует. Только беспомощные дети и старики верят в такую чушь. Как долго ты жил в поезде? Семь лет? Ты просто боишься. Ты внушил себе страх.
Голос Джесси гипнотизировал Боба. Джесси обхватил его вокруг груди и, не останавливаясь, потащил прочь от поезда. У Боба потемнело перед глазами. Рана на плече начала кровоточить.
— Блядь, — заметив кровь, выругался Джесси. — Мы найдем гостиницу, и я перевяжу тебя.
Но крови становилось все больше. Она пропитала рубашку Боба и одежду Джесси. Кровь хлюпала между их телами, капала на землю и текла у Боба из носа.
Джесси спотыкался и тяжело дышал, пока нес Боба назад к поезду.
Они ввалились в вагон за минуту до отправления. Боб увидел вокруг испуганные и удивленные лица пассажиров, услышал гудок и потерял сознание.
Боб дернулся, вытянулся на кровати и ударился головой о ее спинку.
— Говорят, когда дети вздрагивают во сне, они растут, — Джесси стоял у окна и разглядывал Боба. За спиной Джесси поднималось солнце.
— Давно не спишь? — спросил Боб. Он никак не мог отделаться от воспоминаний о нежности и близости Джесси.
Джесси кивнул и закурил.
Боб встал, как мог, поправил мятую после сна одежду и умылся. Снизу послышалась возня.
— Они с самого утра шумят, — Джесси опять наблюдал за ним. — На кого ставишь? Как думаешь, у кого первого не выдержали нервы? У Вуда? Дика? Или Чарли? Твой брат выглядит вполне безобидным, но я не стал бы сбрасывать его со счетов. Мне он не посмеет ничего сделать, но с другими нежничать не будет. В нем есть что-то от шакала. Не трогает сильных и ждет, когда слабый повернется к нему спиной. Не так ли, Боб?
Боб уловил угрозу и одновременно предупреждение в словах Джесси. Гоня от себя дурное предчувствия, Боб вышел в коридор. Спускаясь по лестнице, он споткнулся на последней ступени и едва не упал.
Чарли сидел на подоконнике, низко опустив голову. Над его макушкой болталось блеклое осеннее солнце. На полу комнаты валялись скомканные одеяла. Боб заметил крошки на спальнике Чарли и дырку на своем. Дик сидел у стены и чистил револьвер.
— А где, Вуд? — Боб вздрогнул, услышав за спиной голос Джесси.
Джесси отодвинул занавеску и выглянул в окно.
Бобу не понравилось, как Чарли и Дик переглянулись.
— Когда мы проснулись, Вуда уже не было, Джесси, — Чарли почесал макушку.
— Я думаю, он сбежал, Джесси, — Дик перезарядил пистолет.
— Сегодня будет душный день, а вечером пойдет дождь, — невпопад сказал Джесси.
Он вышел во двор, расстегнул штаны и помочился на муравейник под верандой.
Джесси стоял, широко расставив ноги и слегка наклонив голову. Боб не мог отвести взгляда от его обнаженной шеи. Он вздрогнул, когда Джесси позвал его.
— Боб, проверь на месте ли лошадь Вуда.
Кивнув, Боб в пять шагов пересек двор. Лошадь Вуда стояла в деннике, жевала сено и обмахивалась хвостом.
— Если Вуд сбежал, почему он оставил свою лошадь? — спросил Джесси, ни на кого не глядя.
— Может, не хотел нас будить? — нервно хохотнул Чарли.
Он вышел во двор, облокотился плечом на стену и закурил.
— Голова не болит после вчерашнего? — с деланной беспечностью поинтересовался Джесси. — Спал крепко? Наверняка, храпел всю ночь, как убитый, и ничего не слышал.
— Это точно, Джесси, — Чарли выронил сигарету.
— А ты, Дик, как спал?
Дик пожал плечами и засунул руки в карманы.
Джесси посмотрел на небо. Над домом пролетела стая уток.
— Знаете, что я думаю? Один из вас убил Вуда. Я только не пойму, почему он не признается. Я ведь сам это начал. Предложил тому, кого не устраивает его доля, забрать чужую. Обещал награду. Я всегда держу свое слово. Или вы считаете меня болтуном? Чарли, я тебя спрашиваю, считаешь меня пиздоболом? Дик?
— Нет, Джесси, сколько я тебя знаю, ты всегда держал слово, — поспешно возразил Чарли.
— Нет, Джесси.
— Тогда почему вы молчите и не говорите мне, что случилось с Вудом?
— Потому что мы не знаем, Джесси.
— Не знаете? Но мне казалось, ты сказал, что он сбежал, Дик?
— Я сказал, что думаю, что он сбежал, — Дик сжал кулаки в карманах.
— А почему ты так подумал? Почему не удосужился проверить его лошадь в конюшне? Ведь это странно — уйти и оставить свою лошадь, седло и спальник? Вы кстати, проверили, может, он еще деньги в одеяле забыл? Куда его пять тысяч подевались?
— Одеяло проверили, — Чарли развел руками.
— И что же?
— Мы не нашли денег, поэтому решили, что он сбежал, — Дик сплюнул себе под ноги.
Джесси спрыгнул на землю и потянул Боба за собой. У Джесси был широкий шаг и пружинящая походка. Падая, Боб смотрел на его профиль и высоко поднятый подбородок. Он едва успел коснуться коленями земли, когда Джесси подхватил его.
— Нет, Боб, — прошептал Джесси ему на ухо. — Так не бывает. Проклятий не существует. Только беспомощные дети и старики верят в такую чушь. Как долго ты жил в поезде? Семь лет? Ты просто боишься. Ты внушил себе страх.
Голос Джесси гипнотизировал Боба. Джесси обхватил его вокруг груди и, не останавливаясь, потащил прочь от поезда. У Боба потемнело перед глазами. Рана на плече начала кровоточить.
— Блядь, — заметив кровь, выругался Джесси. — Мы найдем гостиницу, и я перевяжу тебя.
Но крови становилось все больше. Она пропитала рубашку Боба и одежду Джесси. Кровь хлюпала между их телами, капала на землю и текла у Боба из носа.
Джесси спотыкался и тяжело дышал, пока нес Боба назад к поезду.
Они ввалились в вагон за минуту до отправления. Боб увидел вокруг испуганные и удивленные лица пассажиров, услышал гудок и потерял сознание.
Боб дернулся, вытянулся на кровати и ударился головой о ее спинку.
— Говорят, когда дети вздрагивают во сне, они растут, — Джесси стоял у окна и разглядывал Боба. За спиной Джесси поднималось солнце.
— Давно не спишь? — спросил Боб. Он никак не мог отделаться от воспоминаний о нежности и близости Джесси.
Джесси кивнул и закурил.
Боб встал, как мог, поправил мятую после сна одежду и умылся. Снизу послышалась возня.
— Они с самого утра шумят, — Джесси опять наблюдал за ним. — На кого ставишь? Как думаешь, у кого первого не выдержали нервы? У Вуда? Дика? Или Чарли? Твой брат выглядит вполне безобидным, но я не стал бы сбрасывать его со счетов. Мне он не посмеет ничего сделать, но с другими нежничать не будет. В нем есть что-то от шакала. Не трогает сильных и ждет, когда слабый повернется к нему спиной. Не так ли, Боб?
Боб уловил угрозу и одновременно предупреждение в словах Джесси. Гоня от себя дурное предчувствия, Боб вышел в коридор. Спускаясь по лестнице, он споткнулся на последней ступени и едва не упал.
Чарли сидел на подоконнике, низко опустив голову. Над его макушкой болталось блеклое осеннее солнце. На полу комнаты валялись скомканные одеяла. Боб заметил крошки на спальнике Чарли и дырку на своем. Дик сидел у стены и чистил револьвер.
— А где, Вуд? — Боб вздрогнул, услышав за спиной голос Джесси.
Джесси отодвинул занавеску и выглянул в окно.
Бобу не понравилось, как Чарли и Дик переглянулись.
— Когда мы проснулись, Вуда уже не было, Джесси, — Чарли почесал макушку.
— Я думаю, он сбежал, Джесси, — Дик перезарядил пистолет.
— Сегодня будет душный день, а вечером пойдет дождь, — невпопад сказал Джесси.
Он вышел во двор, расстегнул штаны и помочился на муравейник под верандой.
Джесси стоял, широко расставив ноги и слегка наклонив голову. Боб не мог отвести взгляда от его обнаженной шеи. Он вздрогнул, когда Джесси позвал его.
— Боб, проверь на месте ли лошадь Вуда.
Кивнув, Боб в пять шагов пересек двор. Лошадь Вуда стояла в деннике, жевала сено и обмахивалась хвостом.
— Если Вуд сбежал, почему он оставил свою лошадь? — спросил Джесси, ни на кого не глядя.
— Может, не хотел нас будить? — нервно хохотнул Чарли.
Он вышел во двор, облокотился плечом на стену и закурил.
— Голова не болит после вчерашнего? — с деланной беспечностью поинтересовался Джесси. — Спал крепко? Наверняка, храпел всю ночь, как убитый, и ничего не слышал.
— Это точно, Джесси, — Чарли выронил сигарету.
— А ты, Дик, как спал?
Дик пожал плечами и засунул руки в карманы.
Джесси посмотрел на небо. Над домом пролетела стая уток.
— Знаете, что я думаю? Один из вас убил Вуда. Я только не пойму, почему он не признается. Я ведь сам это начал. Предложил тому, кого не устраивает его доля, забрать чужую. Обещал награду. Я всегда держу свое слово. Или вы считаете меня болтуном? Чарли, я тебя спрашиваю, считаешь меня пиздоболом? Дик?
— Нет, Джесси, сколько я тебя знаю, ты всегда держал слово, — поспешно возразил Чарли.
— Нет, Джесси.
— Тогда почему вы молчите и не говорите мне, что случилось с Вудом?
— Потому что мы не знаем, Джесси.
— Не знаете? Но мне казалось, ты сказал, что он сбежал, Дик?
— Я сказал, что думаю, что он сбежал, — Дик сжал кулаки в карманах.
— А почему ты так подумал? Почему не удосужился проверить его лошадь в конюшне? Ведь это странно — уйти и оставить свою лошадь, седло и спальник? Вы кстати, проверили, может, он еще деньги в одеяле забыл? Куда его пять тысяч подевались?
— Одеяло проверили, — Чарли развел руками.
— И что же?
— Мы не нашли денег, поэтому решили, что он сбежал, — Дик сплюнул себе под ноги.
Страница 15 из 32