Фандом: Вселенная Элдерлингов. Прав был Шут, когда сказал, что красота — страшная сила.
20 мин, 30 сек 5846
Мы сидели с Шутом в старой комнате Чейда и пили бренди. Дело было сделано, и потребность в леди Фелиции Вуд пропала. После того, как в замке пустили слух о её неприлично близком знакомстве с лордом Кроули, она поспешно отбыла в семейное поместье. Лорд Кроули тоже уехал спустя несколько дней, но до своих земель так и не добрался. По пути на него напали и убили. Правда, поговаривали, что разбойники оказались странными — ничего не украли у лорда. Даже не тронули кошель с золотом и серебром, оставив его висеть на поясе покойного.
Лорд Голден продолжил блистать в высшем свете. После смерти своего старого слуги, Тома Баджерлока, он взял себе нового — моложе и красивее. Кое-кто из лордов позволил себе заметить, что слуга прислуживает джамелийскому лорду и по ночам, но по сути всем было на это наплевать. Через несколько дней слухи улеглись и интерес ко мне, как новому слуге лорда Голдена, сошёл на нет, что полностью устраивало нас обоих.
— Всё же леди из тебя получилась прелестная, — сказал друг, делая большой глоток из кубка.
— Настолько прелестной, что ты ревновал её ко всем, кто с ней танцевал?
— Если бы ты видел себя со стороны, то не стал бы меня осуждать.
— Я не осуждаю, — признался я, рассматривая бутылку с бренди. — Ты мой друг и всегда им останешься, что бы не случилось.
— Ах, Фитц, хотел бы я в это верить. — Шут грустно улыбнулся и залпом допил свой бренди.
— О чём ты?
— Это не важно. Сейчас не важно. Давай просто жить и наслаждаться тем временем, которое у нас осталось.
— Ты говоришь это так, словно нам скоро суждено умереть.
— Кто знает, друг мой. Кто знает.
Я не стал больше ни о чём спрашивать. Шут был прав: наша жизнь была слишком коротка и непредсказуема, чтобы растрачивать её на пустые тревоги о том, что ещё не произошло. Гораздо больше мне нравилось то, что происходило сейчас, пусть это и было лишь краткое затишье перед бурей.
Лорд Голден продолжил блистать в высшем свете. После смерти своего старого слуги, Тома Баджерлока, он взял себе нового — моложе и красивее. Кое-кто из лордов позволил себе заметить, что слуга прислуживает джамелийскому лорду и по ночам, но по сути всем было на это наплевать. Через несколько дней слухи улеглись и интерес ко мне, как новому слуге лорда Голдена, сошёл на нет, что полностью устраивало нас обоих.
— Всё же леди из тебя получилась прелестная, — сказал друг, делая большой глоток из кубка.
— Настолько прелестной, что ты ревновал её ко всем, кто с ней танцевал?
— Если бы ты видел себя со стороны, то не стал бы меня осуждать.
— Я не осуждаю, — признался я, рассматривая бутылку с бренди. — Ты мой друг и всегда им останешься, что бы не случилось.
— Ах, Фитц, хотел бы я в это верить. — Шут грустно улыбнулся и залпом допил свой бренди.
— О чём ты?
— Это не важно. Сейчас не важно. Давай просто жить и наслаждаться тем временем, которое у нас осталось.
— Ты говоришь это так, словно нам скоро суждено умереть.
— Кто знает, друг мой. Кто знает.
Я не стал больше ни о чём спрашивать. Шут был прав: наша жизнь была слишком коротка и непредсказуема, чтобы растрачивать её на пустые тревоги о том, что ещё не произошло. Гораздо больше мне нравилось то, что происходило сейчас, пусть это и было лишь краткое затишье перед бурей.
Страница 6 из 6
