Волк в овечьей шкуре

Изучение географии проживания и перемещения погибших девушек позволило сделать обвинению кое-какие интересные выводы. Так, например, было известно, что Мэри Флесцар, похищенная и убитая в июле 1967 г., и Джоан Шелл, погибшая практически через год, арендовали жильё в соседних домах. До дома, в котором жил Джон Коллинз, их отделяло буквально 150-200 м.! Учитывая любовь Коллинза к уличным знакомствам, трудно было отрицать высокую вероятность того, что он общался с обеими жервами. На встречу Коллинза с Мэри Флезцар указывала и просверленная канадская монета с эмблемой Всемирной выставки ЭКСПО-67, на которой Мэри побывала вместе с матерью и сестрой. Такую монетку Мэри Флезцар сохранила в память о поездке и носила на шнурке в качестве самодельного кулона. Канадская монета исчезла с трупа Мэри Флезцар и теперь похожая монета была найдена в вещах Коллинза. Обвинение считало, что в обоих случаях фигурирует один и тот же сувенир, похищенный убийцей в момент совершения преступления. Более того, обнаружилась интересная возможность связи Коллинза и с Мэрэлин Скелтон, похищенной и убитой в марте 1969 г. Напомним, что Скелтон была «трудным подростком»; её выгнали из школы, он слонялась по друзьям и знакомым, жила с кем придётся. Когда прокуратура стала проверять связи Коллинза выяснилось, что товарищ по университету, которого Джон частенько навещал, проживал по соседству с квартирой, в которой Скелтон ночевала последние недели своей жизни. Т.о. представлялось очень вероятным возможное знакомство убитой девушки и обвиняемого. Наконец, прослеживались кое-какие интересные совпадения, указывающие на причастность Коллинза к убийству Джейн Миксер. Джейн за несколько часов до смерти сообщила младшей сестре в телефонном разговоре, что поедет домой с неким «Дэвидом Джонсоном», так вот, студент с такой именем и фамилией был соседом Коллинза по кампусу на первых курсах! Представлялось вполне логичным предположение, что убийца представился потенциальной жертве чужим именем, но не вымышленным, а именем реально существующего студента. Кроме того, у Коллинза имелся пистолет 22-го калибра. В общем, совпадения выглядели очень интригующе и чем детективы внимательнее изучали прошлое Коллинза, тем больше подозрительных совпадений находили.

Все эти моменты, конечно, были очень интересны и заслуживали внимания, однако прокуратура решила не углубляться в данном направлении, а сосредоточить всю силу обвинения только на одном эпизоде — похищении и убийстве Карен Сью Бейнемен. Соображений в пользу такого сознательного сужения обвинительной базы было несколько: во-первых, приведённая выше аргументация являлась лишь косвенным доводом в пользу возможного знакомства обвиняемого с жертвами и напрямую не уличало Джона Коллинза в совершении убийств Мэри Флесцар, Джоан Шелл и Мэрэлин Скелтон; во-вторых, даже если и признать факт знакомства Коллинза с некоторыми из жертв, то из этого, опять-таки, отнюдь не следовал вывод о его виновности в их похищении и умерщвлении; в-третьих, дом №619 по Эммет-стрит действительно располагался неподалёку от мест проживания Мэри Флесцар и Джоан Шелл, но на момент гибели первой Джон Коллинз в нём ещё не жил (он переехал в указанный дом лишь в начале июня 1968 г… Озвучивание в суде такого рода доводов, не добавив весомых улик против Коллинза, лишь предоставило бы защите последнего прекрасную возможность опровергнуть аргументацию обвинения и указать присяжным на предвзятость последнего.

Тем не менее, информация о том, что прокуратура располагает данными о связи Джона Нормана Коллинза с другими жертвами «Убийцы студенток», постепенно просачивалась в журналистскую среду и уже к лету 1970 г. перестала быть тайной. О Коллинзе говорили и писали именно как о том самом маньяке, что на протяжении ряда лет преследовал жителей Энн-Арбора и Ипсиланти. Защитники обвиняемого утверждали, что распространением этих сведений занимается сама же прокуратура с целью настроить общественное мнение против их подзащитного. Впоследствии и сам Коллинз неоднократно высказывался в том же духе. Тем не менее, официально Коллинза обвиняли только в убийстве Карен Сью Бейнемен и остальные эпизоды ему в вину не вменялись.

Слабым местом обвинения являлось то, что никто не видел Джона Коллинза в тот момент, когда он привёз Карен Сью Бейнемен в дом сержанта Лейка. И точно также никто не видел, как и когда именно он вывозил её труп. Обвинение считало, что Коллинз избавился от тела в ночь с 24 на 25 июля, однако никто из соседей не запомнил его серебристый «олдсмобиль» в этот отрезок времени поблизости от дома сержанта. Между тем, Коллинзу следовало приехать именно на автомашине, ведь понятно же было, что он не мог увезти труп на мотоцикле. Несмотря на все старания обвинения отыскать нужного свидетеля, сделать это так и не удалось.