Вопрос доверия

Некоторое время он безуспешно ковырял личинку шилом, ощущая затылком заинтересованные взгляды. Правда, оглядываясь, никаких прохожих не замечал: дождь не многих располагал к прогулкам. Отчаявшись, Ник оглядел петли, но выносить дверь с ноги не решился — створки открывались наружу. Осмотрел крепления замка — откручивать пришлось бы слишком долго, и ладно бы ещё ночью. И наконец заметил, что дверь закрыта лишь на защёлку.

Ник сунул лезвие между створок, вдавил язычок, и дверь открылась.

Церковь была пуста. Тусклый свет лился через высокие окна на длинные ряды скамеек, колонны, распятия и алтарь. В царящем вокруг безмолвии мягкие крадущиеся шаги Ника, казалось, разносились эхом под самый свод. Если это эхо. Ник обернулся и выхватил пистолет.

— О, простите, детектив, не хотел вам помешать, — усмехнулся Кортес, разводя руками. — Вы так долго не могли войти, что я поспешил к вам на выручку, но тут вы и сами справились. Давайте помолимся вместе?

— Почему бы мне не пристрелить вас прямо сейчас? — хрипло поинтересовался Ник и нацелил пистолет ему в голову.

— Потому что мы в Доме Божием? — предположил Кортес. — Впрочем, вы не слишком религиозны. Ладно, Ник, оставим церемонии и решим дело быстро, чисто, бесшумно, как профессионалы. Отдай мне ключ, и я уйду. Клянусь здесь — перед ликом Господа — что больше не побеспокою ни тебя, ни твою сеньориту, ни… даже его высочество младшего принца Ренарда.

— Щедрое предложение, — Ник стиснул пальцы. Нужно стрелять прямо сейчас, как Йен Хармон в ферратовскую Ищейку. Жизнь Джульетты ведь стоит любой грязи на руках и совести… Но как же трудно выстрелить в безоружного. — Щедрое, только не уникальное.

— О да, — поддержала Кэтрин, проскальзывая в церковь гибкой тенью с крохотным дамским пистолетом в одной руке и тесаком в другой, — предлагаю всё то же самое, но не за ключ, а за то, чтобы ты сдох, милый. Ты как, Никки, принимаешь такие условия?

— Следила?

— Зачем? Ты достаточно предсказуем: я знала, куда поехал Шон, и знала, что ты помчишься его искать. Ты отличная приманка, Гримм.

— Кэти! — Кортес всплеснул руками. — Конечно, это ты. Как я мог тебя не узнать? Мне следовало догадаться, что ты уехала за Ренардом, а не сгнила в горах.

— Похоже, у нас у всех тут личные счёты, — подытожил Ник, плавно смещаясь влево, чтобы случайно не подстрелить Ведьму.

— У меня только деловые, — возразил Кортес. — Отдай ключ, и эту престарелую шлюху я тоже не трону. Или убить? Ты чего больше хочешь?

Ник окинул помещение быстрым взглядом. Больше всего он хотел понять причины самоуверенности испанца: наивно было бы предполагать за ним только блеф. Прибыв в Портленд, он ни разу не решился лично напасть на Гримма, пока не получил в свои руки ценного заложника.

— Кэтрин, он здесь не один, — выпалил Ник прежде, чем понял, что собственно не так, и перевёл глок на ряды скамеек справа.

За скамейками раздалось мерзкое вибрирующее рычание, мелькнуло нечто чёрно-серое. Кэтрин разрядила пистолет в метнувшегося за колону Кортеса и, скаля обезображенное лицо, бросилась на него с тесаком. Под грохот выстрелов из-за двери выкатился металлический цилиндр — перед стремительно приближающейся тварью. Ник прыгнул в проход между скамейками и закрыл голову руками — следом рвануло.

Граната была светозвуковой. Под еле слышимые через вату в ушах хлопки перестрелки пришло осознание, что он всё ещё жив, и его за шкирку тащат к выходу. Ник брыкнулся и рухнул на крыльцо носом в пыльные ботинки.

— Уходим, Ник, вставай, — пробился в сознание чей-то голос, — быстрее в машину!

Его снова потянули за шкирку, за руку, поставили на ноги и поволокли вниз по лестнице.

Мир обрёл ясность и целостность уже в пикапе, сфокусировавшись на полупустой бутылке колы в левой руке, правая по-прежнему крепко держала глок. Ник отпрянул и, вжимаясь спиной в дверь, вскинул пистолет на человека за рулём его автомобиля.

— Живой? — встревоженно спросила она и, не дождавшись ответа, посмотрела на него. — Ник, ты…

Хрипловатый голос сел до шёпота и оборвался. Ник опустил глок на колено. На фотографиях она выглядела почти так же, только волосы были длиннее, и шрама возле глаза тогда не было, он, наверное, из-за аварии появился.

— Ты меня узнаёшь?

— Да… И Кортес сказал, что ты жива, — пробормотал Ник. — Где… Почему ты пропала? Мама?

Она закусила губу и изо всех сил стиснула руль. Ник подождал, медленно убрал пистолет в кобуру и отвернулся.

— Почему ты вернулась именно сейчас?

— Ник, я знаю, ты меня не простишь. Я пыталась защитить тебя — вот во что ты должен верить. Всё, что я сделала, это чтобы защитить тебя.

— Заставила меня думать, что умерла? И вернулась, спустя восемнадцать лет?

Снова повисло тяжёлое молчание. Ник устало присмотрелся к пейзажу — похоже, она везла его домой. А что потом? Снова исчезнет, вернётся в Испанию?

В одном квартале от дома Ник не выдержал:

— Мама… — он запнулся. Странно и неловко было произносить это слово. — Ты мне хоть что-нибудь объяснишь?

Она тяжело прерывисто вздохнула.

— Никки…