Восемьдесят последних дней

От бездумного разглядывания маглов его отвлек Кричер, позвав обедать. Поттер съел все предложенное, как обычно не почувствовав вкуса, выпил таблетки и встал из-за стола¸ механически пробормотав «Спасибо, Кричер, все было очень вкусно». Общение с публикой и не только его вымотало, и он отправился наверх, в свою комнату. Однако, зайдя в комнату, он увидел банковскую карточку, лежащую на тумбочке, и сонливость пропала. Сидеть в четырех стенах, в душной полутьме расхотелось.

Гарри подошел к гардеробу и решительно достал джинсы, кеды и футболку с длинным рукавом. На суде он был одет как маг, в ту одежду, что подобрала для него Флер. Эти вещи купил он сам, а Флер тогда не возражала лишь потому, что не хотела его расстраивать. Поттер быстро переоделся, схватил пластиковую карточку и побежал вниз на кухню.

— Кричер, я ухожу гулять. Меня ни для кого нет, когда вернусь — не знаю.

Гарри осторожно выбрался из дома, кварталом ниже обналичил несколько фунтов и поймал такси.

Гарри отправился в Кройдон. На той неделе в аптеке при клинике он заказал себе медицинский браслет, то, что Дадли, комик непризнанный, назвал «браслетом смертника». Его уже должны были привезти. По понятным причинам Поттер не мог оставить домашнего адреса и договорился с девушкой-фармацевтом, что заберет его сам.

Браслет его ждал. Не разбирающийся в украшениях Гарри заказал себе самый простой вариант: широкую полосу из серебристого металла без орнаментов и украшений, только буквы и цифры и алый медицинский знак с посохом и змеей. Мэри, фармацевт, назвала его «звездой жизни», кажется, такой же знак, только синий, был нарисован на каретах скорой помощи.

Обычно в это время в аптеке вечно толчется народ, но в тот день в помещении было пусто, Мэри только вышла на смену, и ей хотелось поболтать, а Гарри никуда не торопился. Она была лет на пять старше Поттера, и как-то призналась Летти (а та не преминула передать ее слова Гарри, заодно полюбовавшись на его алые от смущения щеки), что у парня очень красивые глаза и милая улыбка, и будь он чуть постарше, она бы его не пропустила. Видимо, его глаза до сих пор тревожили покой девушки, потому что она спросила, почему он носит очки.

— Эм… может потому, что без них я плохо вижу? — попробовал отшутиться Поттер.

— Если у тебя миопия, то зачем обязательно очки, есть еще линзы. Или они тебе не подходят?

Гарри в первый раз слышал про линзы, чем бы они не были.

— А что такое линзы?

Мэри закатила глаза.

— Ох, Гарри, мне порой кажется, что ты с другой планеты!

И она закатила получасовую лекцию о линзах в лучших традициях Гермионы Грейнджер. Правда слушал ее Гарри с большим вниманием, ведь Мэри говорила не только об простых линзах, но и об оттеночных. Мэри сама носила такие, черные, потому что собственный цвет глаз, водянисто-голубой, ее совершенно не устраивал. Она даже дала Гарри их примерить. Потом сделала попытку пригладить и зачесать вбок волосы и сказала фразу, повлиявшую на многое:

— Ну вот, совсем другой человек. Гарри, тебя просто не узнать!

Не узнать, говорите? Это было бы здорово, ему осточертел вечный шепот за спиной, необходимость жать руки и улыбаться. Гарри не мог даже пройтись по Косой Аллее, чтоб кто-нибудь к нему не пристал.

Бинго! Надо заказать линзы. После операции его осматривал офтальмолог, так что необходимая информация для заказа оттеночных линз с диоптриями у Гарри была. Он взял у Мэри адрес салона оптики. Они еще немного поболтали, а когда пришли покупатели, Гарри попрощался, передал привет Летти и отправился восвояси.

Когда Гарри вышел из клиники, хмурое с утра небо прояснилось и выглянуло солнце. На Гриммо возвращаться не хотелось совершенно — дом по-прежнему оставался чужим несмотря ни на что — и Поттер свернул к знакомому скверу. Все лавочки были заняты, и он устроился под большим раскидистым деревом, прислонившись спиной к стволу и прикрыв глаза. Гарри так просидел, пока Кричер не напомнил об обеде.

Домовик перенес его на Гриммо, где юношу ждал ужин. Гарри успел подняться наверх и оставить пакет с браслетом на прикроватной тумбочке, когда раздался стук в дверь и появившийся Кричер объявил, что пришли мистер Уизли и мисс Грейнджер. Поттер слабо улыбнулся: оказывается, он успел соскучиться по этой парочке, и это несмотря на все подозрения на их счет!

Соскучился не только он. Грейнджер по старой памяти бросилась ему на шею и крепко обняла. И в лучших традициях затараторила новости вперемешку с вопросами. Она успела сообщить, что вернулись пару часов назад, что искали его в Министерстве, что он отлично выглядит, а прическа ему идет, когда Поттер отцепил ее от себя и с улыбкой произнес:

— Герм, прекрати, а то Рон заревнует! — и протянул смеющемуся Уизли руку.

— Я тебя к Герм? Да ни в жизнь! Вижу, Флер до тебя добралась?

— Ты про прическу и одежду? Успела похвастаться?

— Ага, они с Биллом в Норе. Мама затевает праздничный ужин, мы за тобой и без возражений!