Фандом: Гарри Поттер. Франко смотрит на шторм и вспоминает о том, что случилось с Гарри Поттером в мае-июле 1998 года.
157 мин, 10 сек 13163
На следующее утро после суда Гарри проснулся в отвратительном настроении. Он опять полночи не спал, а под утро ему приснился кошмар с участием Скитер, Волдеморта, Сириуса и Рема. Появляться в Министерстве не было никакого желания, но сегодня утром должно было состояться долгожданное заседание Визенгамонта, касающееся Азкабана, и Кингсли очень просил прийти.
Помня о суде, Поттер с большой неохотой приказал Кричеру принести утреннюю прессу: если уж и будут шептаться, он хотя бы будет знать о чем и не будет хлопать глазами в ответ на вопросы и поддевки, не понимая, о чем речь. На удивление, все оказалось не так уж плохо: ожидаемых скандальных статей и кричащих заголовков с его именем не было. Кажется, кое-кто надавил на самых отпетых сплетнесобирателей.
Конечно, отсутствие скандала в прессе не избавила Поттера от вечного перешептывания, что сопровождал его в Министерстве, но он почти к нему привык, как привыкают к изматывающей мигрени. После полудня были назначены судебные заседания, и присутствовать на них у Гарри желания не была, поэтому он отпросился у Кингсли, спросив перед этим про дату встречи с журналистом.
— Завтра, во второй половине дня, согласен?
— Да, но после трех, Флер просила с ней встретиться.
— Отлично, мы с Каффом оговорили круг вопросов, зайди к Перси, он тебе даст список.
— Ладно, спасибо, — юноша повернулся к выходу, но Кингсли его окликнул:
— Гарри!
— Да?
— Завтра никаких особо важных дел нет, если хочешь, можешь утром не приходить, заодно выспишься. Ты плохо выглядишь.
Да, утром зеркало в ванной сказало, что цвет лица Гарри весьма подходит под цвет глаз.
— Спасибо, Кингсли.
В приемной Поттера поймал Перси. Помучив Гарри час с лишним вопросами разной степени идиотизма, он исчеркал своим мелким четким почерком несколько свитков и вручил их Поттеру вместе с перечнем вопросов. Можно было бы сесть за свой стол, здесь же, рядом с заваленным пергаментами и бумагами столом Уизли, и почитать, что для него придумал Перси, но шумное Министерство и взгляды окружающих порядком ему надоели, так что Гарри направился прямиком к каминам, кивая на приветствия и не отвечая на вопросы.
Он вернулся на Гриммо и читал вопросы и ответы вплоть до обеда. Съев без особого аппетита все, что ему приготовил Кричер, Поттер вернулся в гостиную, когда через камин к нему постучала Гермиона.
— Гарри, привет, это я. Не занят? Можно к тебе?
— Привет, Герм. Не очень.
Годы спустя Франко пытался понять, что сильнее мешало ему высказать все претензии в лицо Рону и Гермионе: был ли это страх остаться совсем одному, как в раннем детстве, до Хогвартса или нежелание ошибиться, как со Снейпом, когда были и доказательства, и свидетели, но в действительности все оказалось иначе. Слизеринская составляющая его характера советовала не показывать истинное отношение, затаиться, гриффиндорская прямолинейность — разобраться с этим как можно быстрее. В тот день Гарри прислушался к осторожности, потому что что-то выяснять и спорить после дебатов в Министерстве не хотелось совершенно.
Но это совсем не означало, что он рад подруге, нет, больше всего ему хотелось остаться в одиночестве, но Гермиона уже сделала шаг из камина.
— Как дела?
— Нормально. — Гарри пожал плечами.
Гермиона нахмурилась: когда Гарри так говорит, значит, что-то его беспокоит.
— Где Рон?
— Во «Вредилках», пытается помочь Джорджу.
— Ты не с ним?
— Я подумала, что неплохо бы тебя навестить, — улыбнулась девушка.
«Подумала она. Спасибо, Герм, ты такая заботливая!» — раздраженно подумал Гарри, отвечая несколько вымученной улыбкой. Он подошел к столику, чтобы собрать свитки: позже он еще раз их прочтет, чтоб не ляпнуть в разговоре с журналистом что-нибудь эдакое. Девушка села на диван и посмотрела на него.
— Гарри, что это? — Герм не могла пройти мимо неизвестных бумаг.
— Это так, Перси дал почитать…
— Новый законопроект, да?
— Да нет, — досадливо ответил Поттер. — Завтра у меня интервью будут брать, вот мы с Перси набросали примерные ответы. Ну, чтоб я не сказал какую-нибудь глупость или не ошибся. Ну, ты знаешь…
— Ясно. Ты в Министерство не собираешься?
— Завтра, после обеда, а что?
— Нет, ничего, просто я тебя там искала. Что-то случилось?
— Нет, все нормально. Просто нужно подготовиться. Знаешь же, как я не люблю общаться с этими падальщиками. Чай будешь? Или кофе?
Помня о суде, Поттер с большой неохотой приказал Кричеру принести утреннюю прессу: если уж и будут шептаться, он хотя бы будет знать о чем и не будет хлопать глазами в ответ на вопросы и поддевки, не понимая, о чем речь. На удивление, все оказалось не так уж плохо: ожидаемых скандальных статей и кричащих заголовков с его именем не было. Кажется, кое-кто надавил на самых отпетых сплетнесобирателей.
Конечно, отсутствие скандала в прессе не избавила Поттера от вечного перешептывания, что сопровождал его в Министерстве, но он почти к нему привык, как привыкают к изматывающей мигрени. После полудня были назначены судебные заседания, и присутствовать на них у Гарри желания не была, поэтому он отпросился у Кингсли, спросив перед этим про дату встречи с журналистом.
— Завтра, во второй половине дня, согласен?
— Да, но после трех, Флер просила с ней встретиться.
— Отлично, мы с Каффом оговорили круг вопросов, зайди к Перси, он тебе даст список.
— Ладно, спасибо, — юноша повернулся к выходу, но Кингсли его окликнул:
— Гарри!
— Да?
— Завтра никаких особо важных дел нет, если хочешь, можешь утром не приходить, заодно выспишься. Ты плохо выглядишь.
Да, утром зеркало в ванной сказало, что цвет лица Гарри весьма подходит под цвет глаз.
— Спасибо, Кингсли.
В приемной Поттера поймал Перси. Помучив Гарри час с лишним вопросами разной степени идиотизма, он исчеркал своим мелким четким почерком несколько свитков и вручил их Поттеру вместе с перечнем вопросов. Можно было бы сесть за свой стол, здесь же, рядом с заваленным пергаментами и бумагами столом Уизли, и почитать, что для него придумал Перси, но шумное Министерство и взгляды окружающих порядком ему надоели, так что Гарри направился прямиком к каминам, кивая на приветствия и не отвечая на вопросы.
Он вернулся на Гриммо и читал вопросы и ответы вплоть до обеда. Съев без особого аппетита все, что ему приготовил Кричер, Поттер вернулся в гостиную, когда через камин к нему постучала Гермиона.
— Гарри, привет, это я. Не занят? Можно к тебе?
— Привет, Герм. Не очень.
Годы спустя Франко пытался понять, что сильнее мешало ему высказать все претензии в лицо Рону и Гермионе: был ли это страх остаться совсем одному, как в раннем детстве, до Хогвартса или нежелание ошибиться, как со Снейпом, когда были и доказательства, и свидетели, но в действительности все оказалось иначе. Слизеринская составляющая его характера советовала не показывать истинное отношение, затаиться, гриффиндорская прямолинейность — разобраться с этим как можно быстрее. В тот день Гарри прислушался к осторожности, потому что что-то выяснять и спорить после дебатов в Министерстве не хотелось совершенно.
Но это совсем не означало, что он рад подруге, нет, больше всего ему хотелось остаться в одиночестве, но Гермиона уже сделала шаг из камина.
— Как дела?
— Нормально. — Гарри пожал плечами.
Гермиона нахмурилась: когда Гарри так говорит, значит, что-то его беспокоит.
— Где Рон?
— Во «Вредилках», пытается помочь Джорджу.
— Ты не с ним?
— Я подумала, что неплохо бы тебя навестить, — улыбнулась девушка.
«Подумала она. Спасибо, Герм, ты такая заботливая!» — раздраженно подумал Гарри, отвечая несколько вымученной улыбкой. Он подошел к столику, чтобы собрать свитки: позже он еще раз их прочтет, чтоб не ляпнуть в разговоре с журналистом что-нибудь эдакое. Девушка села на диван и посмотрела на него.
— Гарри, что это? — Герм не могла пройти мимо неизвестных бумаг.
— Это так, Перси дал почитать…
— Новый законопроект, да?
— Да нет, — досадливо ответил Поттер. — Завтра у меня интервью будут брать, вот мы с Перси набросали примерные ответы. Ну, чтоб я не сказал какую-нибудь глупость или не ошибся. Ну, ты знаешь…
— Ясно. Ты в Министерство не собираешься?
— Завтра, после обеда, а что?
— Нет, ничего, просто я тебя там искала. Что-то случилось?
— Нет, все нормально. Просто нужно подготовиться. Знаешь же, как я не люблю общаться с этими падальщиками. Чай будешь? Или кофе?
Страница 15 из 44
