Когда всё вокруг гремит как стиральная машина «рига» невольно забываешь обо всём. Всё трясётся, зубы стучат даже если их стиснуть, щёки болтаются как желе. Точно меня загрузили в машину заместо белья. Вот только стиральные машины обычно стоят в ванной, а не летят с орбиты, охваченные пламенем. Только если у стиральной машины заклинит люк, то ты просто возьмёшь отвёртку, да и открутишь его, а у меня не хватит на это времени.
32 мин, 38 сек 12822
Осмотр показал, что я в порядке. И он же был единственным моим отдыхом. Стоило мне только выйти за двери как снова вопрос, ответ, вопрос ответ, иногда даже доходило до откровенных глупостей. Не дважды два конечно, но, например, где какие тумблеры и переключатели находились. Именно где, не в каком положении, а именно где они были на приборной панели. Я даже возмутиться не успел таким вопросом как тут же мне задают новый потом ещё, и ещё. А самое главное, я безупречно помню где был этот тумблер. У меня не фотографическая память, я запомнил весь корабль чисто рефлекторно. И, для того чтобы вспомнить такое нужно разобрать всю цепочку рефлекса, а это минимум секунда раздумий. Сейчас же её не было. Я знал где тумблер, но не знал ни одного лица окружавших меня инженеров. Наверное, я устал.
Королёв только к вечеру смог выцепить меня из лап дознаек чтобы я хоть немного отдохнул. Но кровать мне даже не снилась. Спать то некогда, нужен отчёт. А за окном уже темно. Время убегало от меня на пару с отдыхом, схватились за ручки и давай улепётывать, оставив меня одного с авторучкой и горой бумаги.
Я вошёл в свою комнату, прошёл мимо двери ванной слева, и когда её стена кончилась я был уже в маленькой квадратной комнатке. Кровать, тумбочка слева от неё, кресло справа, у другой стены стол, на котором стоит радио, да стул. Хмм, странно… Ну ладно.
Стул как-то непривычно скрепит. Стол вроде низковат. Но не в космос же на нём лететь, и на таком смогу набросать слов на бумагу. Правда в голове всё перемешалось. Люк открылся, двигатели кресла не сработали, я болтался в корабле как шарик в погремушке. Люк заклинил, корабль не раскрыл парашют и в него ударила молния…
Военным не понравиться мой отсчёт. Всё перемешалось. Лучше бы полёт и вправду отменили. В космос должны летать исследовать, познавать, экспериментировать чтобы потомки жили в нём. Жили, а не воевали.
Отчёт я закончил только когда взошло солнце. И даже не уверен избавил ли я его полностью от бредятины и спутавшихся мыслей. Если где-то посреди их важнейших исследований вдруг окажутся слова: «выпеть бы сейчас киселю», они точно не посмеются.
Сразу за дверью меня ждал Королёв. Он пришёл напомнить насчёт отчёта, и он уже хотел уходить, дать мне немного поспать, как я сам к нему вышел.
— Слушай, ты хоть спал? — Спросил он. — Погано выглядишь.
— Подремал немного, — соврал я. — Сам понимаешь.
— Понимаю. Сейчас все на нервах. — Мы размеренно зашагали по коридору. — Не ну это ж надо, заминки, неполадки там, это ладно. Гагарина вон тоже не без проблем пускали. Но, чтобы вот так, всё и сразу. Попомни мои слова, эта история ещё несколько лет будет плясать у нас на нервах. Генералы эти всё строят планы. Говорю им: Сворачивайте миссию, у нас «Восход» на подходе. Они — нет! Им понимаешь нужен космос, весь и целиком… Слушай, что-то ты совсем как неживой.
— Голова болит. Наверное, из-за недосыпа.
— Да ты не переживай. Сегодня все будто из могилы вылезли и даже чаю не попили. Далеко тут идти не надо, хоть на меня посмотри, — я посмотрел.
Он и вправду выглядел совсем небодрым. Но не только. Я конечно ударился немного головой, когда корабль толкнуло при отделении третьей ступени, но, чтобы не узнавать Королёва, это что-то дрянное. Лицо его, конечно его, но не то. Это он, но, нет. Ладно. Просто спешу всё на усталость.
— Чего ты на меня так смотришь? Ладно, я схитрил, ты меня поймал. Я не спал, да ещё и чай успел попить. Всю ночь осматривал остатки корабля. Только под утро вырвался домой, попил чаю и сразу сюда. Зато знаешь, как светофор красный показывает, я так, глазки прикрываю, подремлю, а как сзади гудеть начинают так сразу еду.
— Но это вы зря…
— Да, да, знаю. Не стоило садиться за руль в таком состоянии. Но раз уж ты смог, прости меня, на развалюхе сесть на землю без единой царапинки, то что я не справлюсь с обычным автомобилем? Заболтались мы. Дуй к полковнику, раз-раз-раз, отчёт сдал и сразу к нам. Будем осматривать твой корабль.
Наверное, стоило мне всё-таки поспать. Лучше бодрым, ну или полубодрым, стоять и выслушивать за то как я плох, как ужасен мой отчёт и что я виновен чуть ли не в болезнях Ленина. Но нет, я решил не спать, под землю провалиться лишь бы настряпать им отчёт, а в итоге буду выслушивать всё тоже, только валясь при этом с ног.
Секретарша при полковнике попросила обождать. Сказала он занят, но скоро освободиться. Его занятия были слышны сквозь закрытую дверь. То ли он кричал, то ли дверь настолько тонкая, но я буквально слышал каждое его слово. Вот только понять всё равно ничего не мог. Может от усталости. А может просто он так говорит. Ни слова не понимаю. Он вообще на русском говорит? Телефон прозвенел будто на него кинули трубку.
— Войдите! — прокричали сквозь закрытую дверь.
— Пройдите, — пригласила секретарша.
Королёв только к вечеру смог выцепить меня из лап дознаек чтобы я хоть немного отдохнул. Но кровать мне даже не снилась. Спать то некогда, нужен отчёт. А за окном уже темно. Время убегало от меня на пару с отдыхом, схватились за ручки и давай улепётывать, оставив меня одного с авторучкой и горой бумаги.
Я вошёл в свою комнату, прошёл мимо двери ванной слева, и когда её стена кончилась я был уже в маленькой квадратной комнатке. Кровать, тумбочка слева от неё, кресло справа, у другой стены стол, на котором стоит радио, да стул. Хмм, странно… Ну ладно.
Стул как-то непривычно скрепит. Стол вроде низковат. Но не в космос же на нём лететь, и на таком смогу набросать слов на бумагу. Правда в голове всё перемешалось. Люк открылся, двигатели кресла не сработали, я болтался в корабле как шарик в погремушке. Люк заклинил, корабль не раскрыл парашют и в него ударила молния…
Военным не понравиться мой отсчёт. Всё перемешалось. Лучше бы полёт и вправду отменили. В космос должны летать исследовать, познавать, экспериментировать чтобы потомки жили в нём. Жили, а не воевали.
Отчёт я закончил только когда взошло солнце. И даже не уверен избавил ли я его полностью от бредятины и спутавшихся мыслей. Если где-то посреди их важнейших исследований вдруг окажутся слова: «выпеть бы сейчас киселю», они точно не посмеются.
Сразу за дверью меня ждал Королёв. Он пришёл напомнить насчёт отчёта, и он уже хотел уходить, дать мне немного поспать, как я сам к нему вышел.
— Слушай, ты хоть спал? — Спросил он. — Погано выглядишь.
— Подремал немного, — соврал я. — Сам понимаешь.
— Понимаю. Сейчас все на нервах. — Мы размеренно зашагали по коридору. — Не ну это ж надо, заминки, неполадки там, это ладно. Гагарина вон тоже не без проблем пускали. Но, чтобы вот так, всё и сразу. Попомни мои слова, эта история ещё несколько лет будет плясать у нас на нервах. Генералы эти всё строят планы. Говорю им: Сворачивайте миссию, у нас «Восход» на подходе. Они — нет! Им понимаешь нужен космос, весь и целиком… Слушай, что-то ты совсем как неживой.
— Голова болит. Наверное, из-за недосыпа.
— Да ты не переживай. Сегодня все будто из могилы вылезли и даже чаю не попили. Далеко тут идти не надо, хоть на меня посмотри, — я посмотрел.
Он и вправду выглядел совсем небодрым. Но не только. Я конечно ударился немного головой, когда корабль толкнуло при отделении третьей ступени, но, чтобы не узнавать Королёва, это что-то дрянное. Лицо его, конечно его, но не то. Это он, но, нет. Ладно. Просто спешу всё на усталость.
— Чего ты на меня так смотришь? Ладно, я схитрил, ты меня поймал. Я не спал, да ещё и чай успел попить. Всю ночь осматривал остатки корабля. Только под утро вырвался домой, попил чаю и сразу сюда. Зато знаешь, как светофор красный показывает, я так, глазки прикрываю, подремлю, а как сзади гудеть начинают так сразу еду.
— Но это вы зря…
— Да, да, знаю. Не стоило садиться за руль в таком состоянии. Но раз уж ты смог, прости меня, на развалюхе сесть на землю без единой царапинки, то что я не справлюсь с обычным автомобилем? Заболтались мы. Дуй к полковнику, раз-раз-раз, отчёт сдал и сразу к нам. Будем осматривать твой корабль.
Наверное, стоило мне всё-таки поспать. Лучше бодрым, ну или полубодрым, стоять и выслушивать за то как я плох, как ужасен мой отчёт и что я виновен чуть ли не в болезнях Ленина. Но нет, я решил не спать, под землю провалиться лишь бы настряпать им отчёт, а в итоге буду выслушивать всё тоже, только валясь при этом с ног.
Секретарша при полковнике попросила обождать. Сказала он занят, но скоро освободиться. Его занятия были слышны сквозь закрытую дверь. То ли он кричал, то ли дверь настолько тонкая, но я буквально слышал каждое его слово. Вот только понять всё равно ничего не мог. Может от усталости. А может просто он так говорит. Ни слова не понимаю. Он вообще на русском говорит? Телефон прозвенел будто на него кинули трубку.
— Войдите! — прокричали сквозь закрытую дверь.
— Пройдите, — пригласила секретарша.
Страница 3 из 9
