Корабль из метрополии, прибывший в славный город Кроувэн, выглядел изрядно потрепанным в битве с бушующей стихией. По крайней мере, майстер Энтони Вальде, старший секретарь и незаменимый помощник выходящего в отставку бургмистра, именно так и предполагал…
86 мин, 34 сек 13787
Да и дела на границе изрядно настораживали, уж больно Цезаре не нравились перестановки заклятых соседей. Лангэ давно точит зуб на земли Льявисе в колониях — еще бы, одни серебряные рудники да медные копи чего стоили. Сейчас в Лидевьядо буквально в роскоши утопают, а ведь почти четверть века назад приходилось государственные земли янцианским банкирам закладывать.
Только вот странно, что вместо того, чтобы укреплять границы колонии да продвигать вглубь, к Катаюге, нести свет истины безбожникам, в Льявисе предпочитают тратить свалившееся на них богатство. Да даже пополнение приходится набирать самостоятельно, из местных, что уж говорить про финансирование.
От привычного раздражения рука дернулась — и на идеально выбритом подбородке появился порез. Незнакомый слуга, почтительно стоявший сзади с чистым полотенцем, аж вздрогнул от отборной брани, которую выдал по сему поводу Цезаре. С силой швырнув бритву в мыльную воду, он взмахом руки велел прислужнику убираться. Тот, нескладный веснушчатый парень лет шестнадцати, с силой вцепился в таз, так что вода чуть не выплеснулась на пол. Кадык судорожно ходил вверх-вниз. Вечно наберут всякое сельское отребье из окрестных поселений!
— А-а… Как же завтрак, сеньо? — выдавил слуга. — Мне распорядиться?
И тут же заткнулся, натолкнувшись на явно не добрые выражение лица Цезаре, попятился и, как-то неловко, спиной вперед сбежал из комнаты, так и не отпустив из рук таз. И как ему, такому малохольному, удалось наняться-то?
Нет, все же жаль, что его бывший прислужник, Пабло, так не вовремя собрался жениться. Тот уж точно знал, что от него требуется. Не то, что этот, племянничек… Цезаре забыл его имя.
Отражение в мутном зеркале ответило мрачным, недовольно-настороженным взглядом. Цезаре аккуратно поправил ярко-алый шейный платок и решительно приступил к своим обязанностям. Недочитанная вчера корреспонденция ждала, да еще и каптернамус уже который день зудит, надо бы выдать ему из гарнизонной казны на закупку продовольствия. Конечно, стоило бы еще и проверить, что такого собирается прикупить майстер Леонардо… Хотя, в его честности и дотошности Цезаре уже который год убеждался, так что это ждет. В крайнем случае, просмотрит списки постфактум, как говорится. А вот взглянуть на тренировки новобранцев надо бы, чтоб не обольщаться.
Цезаре привычным жестом нацепил пояс с любимой — ганатская сталь — шпагой, и, сделав уступку своим опасениям и тревогам, прицепил еще и кинжал.
Выделенный капитану дом, с типичной для колоний каменными стенами и большими окнами, стоял в отдалении от остальных построек. Оно и правильно, казармы надо стоить подальше от месторасположения начальства, иначе и вовсе никакой радости от службы не будет.
По обыкновению было жарко и безветренно, не сравнить с холодными эсколандскими пустошами, где Цезаре довелось начинать свою воинскую карьеру и потерять старшего брата. Это сейчас у него служба не пыльная, а ранее где только побывать не довелось. Будет что вспомнить в старости, за стаканчиком крепкого виски.
На плацу всем ходом шла утренняя тренировка. Доносилась отборная брань капрала, пытающегося кулаком и крепким словцом вбить в строевые премудрости. Цезаре чуть прищурившись — сегодня, на удивление, было солнечно — смотрел на тренировки солдат. Увы, кое-кому из новобранцев нелегкая наука войны не давалась — тяжелые пики выскальзывали из рук, строй не держался. Хотя, после реформы шаецкого конунга Дольфа, пики и так укоротили, да и часть защитной амуниции убрали. М-да, вояки из местных, как из коровы иноходец, зря только набирал.
Сам-то Цезаре начинал в отряде риттеров, ему тогда и пятнадцати не было, и ничего, выжил. А там было куда сложнее — один пластинчатый доспех, даром что облегченный, столько весил, что страшно вспоминать. И, слава фьятто и любезнейшему Дольфу Завоевателю, что времена тяжелой конницы ушли в не такое далекое прошлое.
— Да шевелитесь вы, отродья беременной черепахи, — орал капрал Бьянко дэ Ладдо, негодующе сверкая единственным глазом. Глаз свой, как рассказывал старик, он потерял в одной из бесчисленных стычек с индо, когда их жрецы затеяли очередной бунт, закончившийся лишь десять лет назад. Это сейчас эти недобитки засели в Калайтемшие, их новой столице, а тогда они почти до Эскобарро дошли. Знатно тогда губернатор перетрусил: ходили слухи, что он даже тайком корабль нанял и часть ценностей успел загрузить, на случай если индо прорвутся. Уберегли фьятто.
Цезаре восстания нелюди не застал, он тогда как раз воевал инсейском княжестве, в составе отряда ландскнехтов. Славное было времячко! Но в том, что наместник Сантьяго мог сбежать, бросив колонию на милость судьбы, вполне верил. Этого хлыща и назначили-то из-за того, что он состоял в дальнем родстве с королевской фамилией, а не из-за каких-то особых достоинств.
Только вот странно, что вместо того, чтобы укреплять границы колонии да продвигать вглубь, к Катаюге, нести свет истины безбожникам, в Льявисе предпочитают тратить свалившееся на них богатство. Да даже пополнение приходится набирать самостоятельно, из местных, что уж говорить про финансирование.
От привычного раздражения рука дернулась — и на идеально выбритом подбородке появился порез. Незнакомый слуга, почтительно стоявший сзади с чистым полотенцем, аж вздрогнул от отборной брани, которую выдал по сему поводу Цезаре. С силой швырнув бритву в мыльную воду, он взмахом руки велел прислужнику убираться. Тот, нескладный веснушчатый парень лет шестнадцати, с силой вцепился в таз, так что вода чуть не выплеснулась на пол. Кадык судорожно ходил вверх-вниз. Вечно наберут всякое сельское отребье из окрестных поселений!
— А-а… Как же завтрак, сеньо? — выдавил слуга. — Мне распорядиться?
И тут же заткнулся, натолкнувшись на явно не добрые выражение лица Цезаре, попятился и, как-то неловко, спиной вперед сбежал из комнаты, так и не отпустив из рук таз. И как ему, такому малохольному, удалось наняться-то?
Нет, все же жаль, что его бывший прислужник, Пабло, так не вовремя собрался жениться. Тот уж точно знал, что от него требуется. Не то, что этот, племянничек… Цезаре забыл его имя.
Отражение в мутном зеркале ответило мрачным, недовольно-настороженным взглядом. Цезаре аккуратно поправил ярко-алый шейный платок и решительно приступил к своим обязанностям. Недочитанная вчера корреспонденция ждала, да еще и каптернамус уже который день зудит, надо бы выдать ему из гарнизонной казны на закупку продовольствия. Конечно, стоило бы еще и проверить, что такого собирается прикупить майстер Леонардо… Хотя, в его честности и дотошности Цезаре уже который год убеждался, так что это ждет. В крайнем случае, просмотрит списки постфактум, как говорится. А вот взглянуть на тренировки новобранцев надо бы, чтоб не обольщаться.
Цезаре привычным жестом нацепил пояс с любимой — ганатская сталь — шпагой, и, сделав уступку своим опасениям и тревогам, прицепил еще и кинжал.
Выделенный капитану дом, с типичной для колоний каменными стенами и большими окнами, стоял в отдалении от остальных построек. Оно и правильно, казармы надо стоить подальше от месторасположения начальства, иначе и вовсе никакой радости от службы не будет.
По обыкновению было жарко и безветренно, не сравнить с холодными эсколандскими пустошами, где Цезаре довелось начинать свою воинскую карьеру и потерять старшего брата. Это сейчас у него служба не пыльная, а ранее где только побывать не довелось. Будет что вспомнить в старости, за стаканчиком крепкого виски.
На плацу всем ходом шла утренняя тренировка. Доносилась отборная брань капрала, пытающегося кулаком и крепким словцом вбить в строевые премудрости. Цезаре чуть прищурившись — сегодня, на удивление, было солнечно — смотрел на тренировки солдат. Увы, кое-кому из новобранцев нелегкая наука войны не давалась — тяжелые пики выскальзывали из рук, строй не держался. Хотя, после реформы шаецкого конунга Дольфа, пики и так укоротили, да и часть защитной амуниции убрали. М-да, вояки из местных, как из коровы иноходец, зря только набирал.
Сам-то Цезаре начинал в отряде риттеров, ему тогда и пятнадцати не было, и ничего, выжил. А там было куда сложнее — один пластинчатый доспех, даром что облегченный, столько весил, что страшно вспоминать. И, слава фьятто и любезнейшему Дольфу Завоевателю, что времена тяжелой конницы ушли в не такое далекое прошлое.
— Да шевелитесь вы, отродья беременной черепахи, — орал капрал Бьянко дэ Ладдо, негодующе сверкая единственным глазом. Глаз свой, как рассказывал старик, он потерял в одной из бесчисленных стычек с индо, когда их жрецы затеяли очередной бунт, закончившийся лишь десять лет назад. Это сейчас эти недобитки засели в Калайтемшие, их новой столице, а тогда они почти до Эскобарро дошли. Знатно тогда губернатор перетрусил: ходили слухи, что он даже тайком корабль нанял и часть ценностей успел загрузить, на случай если индо прорвутся. Уберегли фьятто.
Цезаре восстания нелюди не застал, он тогда как раз воевал инсейском княжестве, в составе отряда ландскнехтов. Славное было времячко! Но в том, что наместник Сантьяго мог сбежать, бросив колонию на милость судьбы, вполне верил. Этого хлыща и назначили-то из-за того, что он состоял в дальнем родстве с королевской фамилией, а не из-за каких-то особых достоинств.
Страница 18 из 25
