Возвращён

Только теперь на другом берегу озера кто-то стоял.

Тёмная фигура возле деревьев.

Из-за расстояния она казалась маленькой, но это точно был человек.

Когда фотографировали, там никого не было. Я помнил пустой берег. Помнил, как мы шутили, что озеро целиком наше.

Я поднял пакет.

Лица различить было невозможно.

И всё же я почему-то знал: тот человек смотрит прямо в объектив.

У самого моего правого уха щёлкнули пальцами.

Я развернулся так резко, что едва не упал.

Никого.

Примерно через минуту загорелся основной свет.

Фотографию я забрал домой.

Да, понимаю. Глупо. Надо было оставить её там. Сжечь. Бросить под поезд.

Но к тому моменту это была единственная вещь, доказывавшая, что я не схожу с ума. Без неё я был просто уставшим мужиком с ночной смены, который рассказывает людям, будто его зажигалка приехала из будущего.

На следующий день я встретился с Костей в кафе и положил фотографию перед ним.

Он долго смотрел на тёмную фигуру.

— А это кто?

— Ты его видишь?

— Конечно вижу. Рыбак какой-нибудь.

— На том берегу никого не было.

Костя устало улыбнулся.

— Восемь лет прошло. Ты не можешь помнить каждое дерево.

Я перевернул фотографию.

Сзади моей рукой была написана дата поездки.

Под ней, более тёмными чернилами, появились три слова, которых я не писал:

ВЕРНУЛИСЬ ТРОЕ.

Костя перестал улыбаться.

На снимке нас было четверо.

Я позвонил Антону прямо из кафе.

Номер оказался отключён.

Написал в мессенджере. Приложение сообщило, что такого аккаунта не существует.

Тогда я набрал Лёшу.

— Когда ты последний раз разговаривал с Антоном?

На том конце помолчали.

— С каким Антоном?

Я засмеялся, решив, что он прикалывается.

Лёша не смеялся.

Я назвал фамилию. Напомнил про рыбалку. Рассказал, как Антон утопил телефон и потом двое суток держал его в пакете с рисом.

Лёша сказал, что на озеро ездили втроём.

Втроём.

Я отправил ему фотографию.

Он перезвонил почти сразу.

— Откуда у тебя этот снимок?

— Из моего шкафчика. Кто держит рыбу?

— Я как раз хотел спросить тебя.

Руки затряслись так сильно, что пришлось положить телефон на стол.

— Это Антон.

— Я никогда его не видел.

Вечером я поехал к Антону домой.

Мы не общались почти год, но я помнил дом. Этаж. Помнил дурацкую латунную цифру на двери, которая всегда висела криво.

Номер квартиры был другим.

Открыл пожилой мужчина. Сказал, что владеет этой квартирой с девяностых и ни о каком Антоне никогда не слышал.

Я стоял на лестничной площадке и проверял телефон.

Антона не было в контактах.

Исчезли все сообщения. Все фотографии. Все общие чаты.

Кроме одного снимка с рыбалки.

На нём Антон всё ещё стоял рядом со мной, улыбался и держал щуку.

А на обратной стороне по-прежнему было написано:

ВЕРНУЛИСЬ ТРОЕ.

Той ночью я позвонил на работу и сказал, что заболел.

Начальник поворчал, но мне было всё равно. Весь вечер я копался в старых дисках и облачных папках, пытаясь найти хоть что-то, что подтверждало бы существование Антона.

Ничего.

Первая свободная ночь прошла спокойно.

Во вторую, ровно в 03:10, рабочее приложение прислало уведомление.

Зарегистрирована новая находка.

Предмет: мобильный телефон.

Описание: чёрный смартфон, трещина в правом нижнем углу, тёмно-зелёный чехол.

Найдено: багажный тоннель № 3.

Время: 04:26.

Дата: завтра.

В руках у меня был именно такой телефон.

Та же модель. Тот же чехол. Та же трещина.

О багажном тоннеле № 3 я никогда не слышал.

Я позвонил Ирине.

— Под вокзалом есть старый багажный тоннель?

Она ответила не сразу.

— Кто тебе про него сказал?

— Значит, есть.

— Был. Его замуровали ещё до того, как я устроилась.

— Где вход?

— Кажется, за секцией крупногабаритных вещей. А что?

Я рассказал про запись. Не всё. Только то, что в базе появилась странная карточка.

Ирина попросила прислать скриншот.

Я отправил.

Через несколько секунд пришёл ответ: «На картинке ничего нет».

Я открыл отправленный файл.

Белый пустой экран.

Но в приложении запись всё ещё была.

Тогда я решил, что хватит.

Написал заявление об увольнении. Собирался утром отнести его, забрать вещи из шкафчика и больше никогда не спускаться под этот вокзал.

Около полуночи телефон выключился.

Заряд был процентов шестьдесят.

Подключил зарядку — ничего. Зажал кнопки — ничего.

В конце концов бросил его на тумбочку и лёг спать.

В 04:26 я проснулся от света.

Экран телефона горел.

На нём шло видео.

Изображение было почти чёрным. Камера двигалась по узкому бетонному коридору. Вдоль стен тянулись ржавые трубы.

За кадром кто-то тяжело дышал.

Я узнал этот звук раньше, чем понял почему.

Дышал я.

Камера повернулась к проржавевшей металлической табличке.

БАГАЖНЫЙ ТОННЕЛЬ № 3.

Я попытался остановить запись. Экран не реагировал.

На видео я продолжал идти.

В конце тоннеля стояла стальная дверь. С другой стороны кто-то постучал.

Три тихих удара.

Пауза.

Ещё три.

Тот я, который держал телефон, подошёл ближе.

К дверной ручке была привязана стандартная бирка нашего бюро находок.

Видео было зернистым, но текст я прочитал.