Фандом: Гарри Поттер. Еще одна моя попытка воскресить любимого героя.
107 мин, 16 сек 19502
— Не думаю, что за четыре месяца в зоопарке полностью поменялся штат.
Я вынуждена была признать, что он прав. Черт возьми, он всегда прав!
Наутро Роман объявил мне, что мы идем в гости к его учителю.
— Он — светило психиатрии, самый лучший! Я давно хотел посоветоваться с ним по поводу ваших проблем.
Мне стало немного боязно, я так привыкла к Роману, что встреча с другим врачом меня пугала. По дороге я все расспрашивала Романа об этом человеке.
— Не надо бояться, профессор Латер очень милый добродушный старик, правда, немного чудаковатый. Это немудрено, все-таки ему под сто лет!
— Ну да! — удивилась я. — Столько не живут!
— Я бы тоже так сказал, если бы лично не поздравлял его с девяностолетием три года назад.
— А он в своем уме? — засомневалась я.
— Абсолютно! К нему постоянно обращаются за консультациями. Думаю, он вам понравится.
Профессор Латер действительно оказался милым старичком. Седая бородка клинышком и очки в форме полумесяцев на крючковатом носу делали его похожим на волшебника из сказки. Сначала он внимательно прочитал все, что было в папке, которую Роман принес с собой, потом начал задавать вопросы. Мой доктор пытался отвечать на них сам, но мистер Латер остановил его.
— Позвольте мне, коллега, побеседовать с юной леди лично, — он заговорщицки подмигнул мне.
Сначала вопросы его были обычными, но потом они стали все более неожиданными, иногда они меня смешили. Он показывал мне какие-то непонятные картинки и просил рассказать, что я там увидела, стучал крохотным молоточком мне по коленям, просил закрыть глаза и коснуться носа пальцем. Когда все эти игры закончились, он предложил мне полистать в уголочке журналы, а сам пригласил Романа к себе за стол. Мне было дико интересно, о чем они будут говорить, и я постаралась сесть так, чтобы было слышно.
— Ну, что ж, мой юный друг, я вам скажу, — кряхтя, начал старый профессор, — случай непростой, но излечимый. Если бы не галлюцинации, я бы уже сейчас со стопроцентной уверенностью сказал, что она здорова.
Какая на гхыр галлюцинация?
— Вы имеете в виду замок в горах? — спросил Роман.
— Да, — кивнул мистер Латер.
— А может, дело в ее богатом воображении? — пытался защитить меня доктор. — Она увидела развалины и приняла их за замок?
— Жаль, что я не присутствовал при этой сцене, тогда бы мог говорить наверняка. Больше подобных случаев не было?
— Ни одного.
Старик сосредоточенно почесал подбородок.
— А может, она романтичная девица, начитавшаяся книжек о волшебных замках и прекрасных принцах? Вас она, случайно, не назначила на роль принца? — мистер Латер засмеялся.
— Господь с вами, профессор, скажете еще, — на щеках Романа появился румянец. — Поверьте, моя пациентка менее всего похожа на романтичную девицу, уж скорее — на юную ведьмочку.
Это сравнение, как ни странно, мне понравилось.
— Тогда, поздравляю вас, коллега, — торжественно произнес старичок. — Ваша пациентка абсолютно здорова.
Браво, профессор! Я в вас верила! Верно говорил Роман, дедушка что надо!
— Небольшой провал в памяти — это временно, — продолжал мистер Латер, — все восстановится.
Он снова задумался.
— Интересный случай, однако. Я знаете, к какому выводу пришел: мы имеем дело с девушкой-маугли.
Как? Маугли? А это что за зверь?
— Маугли? — как будто прочитал мои мысли Роман. — Я не ослышался, профессор?
— Не ослышались. Конечно, не в буквальном смысле, но посудите сами: она совершенно не знакома с современными достижениями науки, не знает, как пользоваться телефоном, компьютером, телевизором. И потом, вы сами рассказывали, как она шарахалась от самолета.
— Я знаю многих людей, которые боятся летать, — вступился меня Роман. — Боязнь самолетов не дает повода называть ее «маугли».
Умные какие, да скажите вы, наконец, что означает это слово!
— Милый мой мальчик, одно дело бояться летать, а другое — кричать от ужаса, когда узнаешь, что самолет движется по небу. А если добавить сюда трепетное отношение к волкам, какой вывод напрашивается?
Роман сосредоточенно поиграл ручкой.
— Может, она жила в какой-то забитой деревушке?
— Возможно, но более вероятно — в семье лесника или даже отшельника. Не знаете, есть ли в вашей местности такие?
— Не думаю. Даже в самых отдаленных селениях люди успешно пользуются сотовой сетью и интернетом.
Старик задумчиво поглядел на меня. Я старательно делала вид, что сильно интересуюсь картинками в каком-то научном журнале.
— Говорите, она замужем и имеет ребенка?
— Думаю, да, — подтвердил Роман. — На пальце у нее было обручальное кольцо. И осмотр гинеколога показал… — он запнулся.
Профессор постучал пальцами по столу.
— Интересно… Такое богатое прошлое, а на вид обычный английский подросток, каких сотнями можно встретить на рок-концертах… — произнес он, не сводя с меня взгляда.
— Подросток? — переспросил Роман.
— Да, мой мальчик, я всех, кто моложе сорока считаю подростками. А вы по-прежнему бегаете на рок-концерты? — с ласковой улыбкой спросил он своего ученика.
Я вынуждена была признать, что он прав. Черт возьми, он всегда прав!
Наутро Роман объявил мне, что мы идем в гости к его учителю.
— Он — светило психиатрии, самый лучший! Я давно хотел посоветоваться с ним по поводу ваших проблем.
Мне стало немного боязно, я так привыкла к Роману, что встреча с другим врачом меня пугала. По дороге я все расспрашивала Романа об этом человеке.
— Не надо бояться, профессор Латер очень милый добродушный старик, правда, немного чудаковатый. Это немудрено, все-таки ему под сто лет!
— Ну да! — удивилась я. — Столько не живут!
— Я бы тоже так сказал, если бы лично не поздравлял его с девяностолетием три года назад.
— А он в своем уме? — засомневалась я.
— Абсолютно! К нему постоянно обращаются за консультациями. Думаю, он вам понравится.
Профессор Латер действительно оказался милым старичком. Седая бородка клинышком и очки в форме полумесяцев на крючковатом носу делали его похожим на волшебника из сказки. Сначала он внимательно прочитал все, что было в папке, которую Роман принес с собой, потом начал задавать вопросы. Мой доктор пытался отвечать на них сам, но мистер Латер остановил его.
— Позвольте мне, коллега, побеседовать с юной леди лично, — он заговорщицки подмигнул мне.
Сначала вопросы его были обычными, но потом они стали все более неожиданными, иногда они меня смешили. Он показывал мне какие-то непонятные картинки и просил рассказать, что я там увидела, стучал крохотным молоточком мне по коленям, просил закрыть глаза и коснуться носа пальцем. Когда все эти игры закончились, он предложил мне полистать в уголочке журналы, а сам пригласил Романа к себе за стол. Мне было дико интересно, о чем они будут говорить, и я постаралась сесть так, чтобы было слышно.
— Ну, что ж, мой юный друг, я вам скажу, — кряхтя, начал старый профессор, — случай непростой, но излечимый. Если бы не галлюцинации, я бы уже сейчас со стопроцентной уверенностью сказал, что она здорова.
Какая на гхыр галлюцинация?
— Вы имеете в виду замок в горах? — спросил Роман.
— Да, — кивнул мистер Латер.
— А может, дело в ее богатом воображении? — пытался защитить меня доктор. — Она увидела развалины и приняла их за замок?
— Жаль, что я не присутствовал при этой сцене, тогда бы мог говорить наверняка. Больше подобных случаев не было?
— Ни одного.
Старик сосредоточенно почесал подбородок.
— А может, она романтичная девица, начитавшаяся книжек о волшебных замках и прекрасных принцах? Вас она, случайно, не назначила на роль принца? — мистер Латер засмеялся.
— Господь с вами, профессор, скажете еще, — на щеках Романа появился румянец. — Поверьте, моя пациентка менее всего похожа на романтичную девицу, уж скорее — на юную ведьмочку.
Это сравнение, как ни странно, мне понравилось.
— Тогда, поздравляю вас, коллега, — торжественно произнес старичок. — Ваша пациентка абсолютно здорова.
Браво, профессор! Я в вас верила! Верно говорил Роман, дедушка что надо!
— Небольшой провал в памяти — это временно, — продолжал мистер Латер, — все восстановится.
Он снова задумался.
— Интересный случай, однако. Я знаете, к какому выводу пришел: мы имеем дело с девушкой-маугли.
Как? Маугли? А это что за зверь?
— Маугли? — как будто прочитал мои мысли Роман. — Я не ослышался, профессор?
— Не ослышались. Конечно, не в буквальном смысле, но посудите сами: она совершенно не знакома с современными достижениями науки, не знает, как пользоваться телефоном, компьютером, телевизором. И потом, вы сами рассказывали, как она шарахалась от самолета.
— Я знаю многих людей, которые боятся летать, — вступился меня Роман. — Боязнь самолетов не дает повода называть ее «маугли».
Умные какие, да скажите вы, наконец, что означает это слово!
— Милый мой мальчик, одно дело бояться летать, а другое — кричать от ужаса, когда узнаешь, что самолет движется по небу. А если добавить сюда трепетное отношение к волкам, какой вывод напрашивается?
Роман сосредоточенно поиграл ручкой.
— Может, она жила в какой-то забитой деревушке?
— Возможно, но более вероятно — в семье лесника или даже отшельника. Не знаете, есть ли в вашей местности такие?
— Не думаю. Даже в самых отдаленных селениях люди успешно пользуются сотовой сетью и интернетом.
Старик задумчиво поглядел на меня. Я старательно делала вид, что сильно интересуюсь картинками в каком-то научном журнале.
— Говорите, она замужем и имеет ребенка?
— Думаю, да, — подтвердил Роман. — На пальце у нее было обручальное кольцо. И осмотр гинеколога показал… — он запнулся.
Профессор постучал пальцами по столу.
— Интересно… Такое богатое прошлое, а на вид обычный английский подросток, каких сотнями можно встретить на рок-концертах… — произнес он, не сводя с меня взгляда.
— Подросток? — переспросил Роман.
— Да, мой мальчик, я всех, кто моложе сорока считаю подростками. А вы по-прежнему бегаете на рок-концерты? — с ласковой улыбкой спросил он своего ученика.
Страница 11 из 29