Мама, торопясь, одевалась. Она собиралась уже уходить, но остановилась в дверях и спросила: — Не боишься остаться один? Майк немного помолчал, а затем улыбнулся и покачал головой в ответ…
17 мин, 6 сек 6537
«Да я смотрю, ты чуть не обделался от страха, — рассмеялся над ним его внутренний голос.»
— Иди и проверь, что это было!«.»
Майк продолжал сидеть. Он смотрел в проем двери, думая, что вот-вот сейчас что-то из него вылезет. Но ничего не происходило.
«Иди и проверь, что это было, трусишка!» — продолжал смеяться внутренний голос.
«Зачем же проверять, ведь мне это только послышалось, можно спокойно сидеть и…».
«А если Он притаился? Если Он ждет, что ты продолжишь свои дела, не обратив внимания на скрип?».
Господи! И почему в голову лезут именно такие мысли?!
«Может быть, это просто от ветра скрипнуло что-то в доме?».
«А может быть, это просто Он? Не будь ты тряпкой, иди!».
Да, лучше пойти и проверить, чем сидеть здесь в страхе и думать, что в доме кто-то есть.
Он медленно поднялся со стула, и далось это ему нелегко. Его ноги сильно дрожали. К ним как будто привязали пару гирь, и Майк не мог никак сдвинуться с места. Он потер о них свои вспотевшие ладони и заставил себя успокоиться. Сделав несколько вдохов и выдохов, Майк медленными и неуверенными шагами направился к двери. Уперевшись плечом в стену, он осторожно высунул свою голову из кухни и стал оглядывать темноту. Дверь в его комнату закрыта, коридор, ведущий к выходу из дома, пуст, мамина комната тоже закрыта. Нет никаких причин, чтобы волноваться.
«Тогда что же это было? Ведь я четко слышал, как что-то скрипнуло. Может быть, это просто ветер? Да, точно! Что же ещё?».
Это была первая обнадеживающая мысль, объясняющая все. Он стоял в дверях, чувствуя, как страх медленно его отпускает, и как напряженные мышцы расслабляются.
За спиной Майка с оглушительным свистом закипел чайник, да так, что от неожиданности он подскочил на месте и прикусил язык до крови. Этот громкий свист напугал его ещё больше, чем скрип половицы. Майк резко обернулся. Его сердце бешено заколотилось. Он двинулся к чайнику и локтем случайно задел подставку для ножей, и они с грохотом попадали на пол. Сердце ещё сильней заколотилось — казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди.
«О, Господи, и почему ему надо было именно в это момент закипеть! Чёрт, чёрт, чёрт!».
Майк выключил чайник и принялся собирать упавшие ножи. Свистящий звук медленно угасал. Дыхание постепенно возвращалась в нормальный ритм. В дверном проёме никто не появился, и скрипящих звуков больше не было. Поставив подставку с ножами на место, Майк налил себе чай, сел на стул и начал доедать второй бутерброд. Ему не очень хотелось сейчас есть, но мама постоянно ругалась, когда он оставлял что-то недоеденным. Горячий чай немного привел его в чувство. На лбу появились капли пота, и ему стало жарко.
Допив чай и дожевав бутерброд, Майк пошёл в мамину комнату. Он открыл дверь, и в темноте ему на мгновенье показалось, что кто-то сидит в дальнем углу её комнаты. Майк стал нервно шарить по стене, чтобы включить свет. Cтрах развеялся, как только небольшую комнату залил яркий желтый свет, и он увидел, что это всего-навсего мамин пиджак, висящий на стуле. В нос ударил приятный аромат духов, и ему сразу захотелось, чтоб сейчас мама была рядом. Они бы поиграли в карты или посмотрели бы вместе телевизор. Но он один. За окном сейчас самые темные ночи в году. Из-за усиливавшегося ветра старый дом начинал все сильней скрипеть, создавая страшные звуки, от которых Майк сходил сума. Он закрыл дверь и лёг на кровать, которая стояла под окном, закинув руки за голову.
«Вот и всё. Все позади. Двери закрыты, свет везде погашен, никто тебя не куда не утащил. Всё отлично!».
Он приподнялся и подвинулся к краю кровати. Взяв часы, на которых сейчас было 21:25, Майк завел будильник на шесть часов.
«Время, конечно, детское, можно было бы посмотреть телевизор или почитать книгу, но лучше уж спать».
Ему хотелось поскорее заснуть и забыть этот кошмарный вечер, хотелось, чтобы мама поскорее пришла. Он снял с себя рубашку и штаны, выключил свет и запрыгнул в холодную, ещё не разогревшуюся кровать. Майк закрыл глаза, и сон быстро укутал его в свои теплые и сладкие объятья. Последняя его мысль была о том, что было бы здорово, если у него в комнате тоже был бы телевизор.
Скреб, скреб…
Где-то в глубине сна Майк слышал, как кто-то шарил по замочной скважине, или…
«Пришла мама? Но она обещала вернуться под утро (скрежет все продолжался), тогда почему не прозвенел будильник?».
Мысли были мутные и тяжелые, глаза Майка никак не хотели открываться. Какой-то непонятный звук всё не давал ему продолжить спать. Майк хотел ухватиться за улетающий от него сон, но было уже поздно. Он нехотя и медленно открыл глаза. Кругом была полная темнота — значит, это точно была не мама, которая обещала вернуться не раньше утра.
Скрипящий звук снова повторился, и Майк с ужасом понял, что разбудила его не мама, ковыряющаяся своим ключом в замке, а звук скрежета по стеклу. Его всего затрясло от страха. Он зажмурил глаза и снова открыл их, в надежде, что это всего лишь сон. Но звук вновь повторился.
— Впусти меня, — прохрипел голос за окном.
— Впусти меня-я-я…
— Иди и проверь, что это было!«.»
Майк продолжал сидеть. Он смотрел в проем двери, думая, что вот-вот сейчас что-то из него вылезет. Но ничего не происходило.
«Иди и проверь, что это было, трусишка!» — продолжал смеяться внутренний голос.
«Зачем же проверять, ведь мне это только послышалось, можно спокойно сидеть и…».
«А если Он притаился? Если Он ждет, что ты продолжишь свои дела, не обратив внимания на скрип?».
Господи! И почему в голову лезут именно такие мысли?!
«Может быть, это просто от ветра скрипнуло что-то в доме?».
«А может быть, это просто Он? Не будь ты тряпкой, иди!».
Да, лучше пойти и проверить, чем сидеть здесь в страхе и думать, что в доме кто-то есть.
Он медленно поднялся со стула, и далось это ему нелегко. Его ноги сильно дрожали. К ним как будто привязали пару гирь, и Майк не мог никак сдвинуться с места. Он потер о них свои вспотевшие ладони и заставил себя успокоиться. Сделав несколько вдохов и выдохов, Майк медленными и неуверенными шагами направился к двери. Уперевшись плечом в стену, он осторожно высунул свою голову из кухни и стал оглядывать темноту. Дверь в его комнату закрыта, коридор, ведущий к выходу из дома, пуст, мамина комната тоже закрыта. Нет никаких причин, чтобы волноваться.
«Тогда что же это было? Ведь я четко слышал, как что-то скрипнуло. Может быть, это просто ветер? Да, точно! Что же ещё?».
Это была первая обнадеживающая мысль, объясняющая все. Он стоял в дверях, чувствуя, как страх медленно его отпускает, и как напряженные мышцы расслабляются.
За спиной Майка с оглушительным свистом закипел чайник, да так, что от неожиданности он подскочил на месте и прикусил язык до крови. Этот громкий свист напугал его ещё больше, чем скрип половицы. Майк резко обернулся. Его сердце бешено заколотилось. Он двинулся к чайнику и локтем случайно задел подставку для ножей, и они с грохотом попадали на пол. Сердце ещё сильней заколотилось — казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди.
«О, Господи, и почему ему надо было именно в это момент закипеть! Чёрт, чёрт, чёрт!».
Майк выключил чайник и принялся собирать упавшие ножи. Свистящий звук медленно угасал. Дыхание постепенно возвращалась в нормальный ритм. В дверном проёме никто не появился, и скрипящих звуков больше не было. Поставив подставку с ножами на место, Майк налил себе чай, сел на стул и начал доедать второй бутерброд. Ему не очень хотелось сейчас есть, но мама постоянно ругалась, когда он оставлял что-то недоеденным. Горячий чай немного привел его в чувство. На лбу появились капли пота, и ему стало жарко.
Допив чай и дожевав бутерброд, Майк пошёл в мамину комнату. Он открыл дверь, и в темноте ему на мгновенье показалось, что кто-то сидит в дальнем углу её комнаты. Майк стал нервно шарить по стене, чтобы включить свет. Cтрах развеялся, как только небольшую комнату залил яркий желтый свет, и он увидел, что это всего-навсего мамин пиджак, висящий на стуле. В нос ударил приятный аромат духов, и ему сразу захотелось, чтоб сейчас мама была рядом. Они бы поиграли в карты или посмотрели бы вместе телевизор. Но он один. За окном сейчас самые темные ночи в году. Из-за усиливавшегося ветра старый дом начинал все сильней скрипеть, создавая страшные звуки, от которых Майк сходил сума. Он закрыл дверь и лёг на кровать, которая стояла под окном, закинув руки за голову.
«Вот и всё. Все позади. Двери закрыты, свет везде погашен, никто тебя не куда не утащил. Всё отлично!».
Он приподнялся и подвинулся к краю кровати. Взяв часы, на которых сейчас было 21:25, Майк завел будильник на шесть часов.
«Время, конечно, детское, можно было бы посмотреть телевизор или почитать книгу, но лучше уж спать».
Ему хотелось поскорее заснуть и забыть этот кошмарный вечер, хотелось, чтобы мама поскорее пришла. Он снял с себя рубашку и штаны, выключил свет и запрыгнул в холодную, ещё не разогревшуюся кровать. Майк закрыл глаза, и сон быстро укутал его в свои теплые и сладкие объятья. Последняя его мысль была о том, что было бы здорово, если у него в комнате тоже был бы телевизор.
Скреб, скреб…
Где-то в глубине сна Майк слышал, как кто-то шарил по замочной скважине, или…
«Пришла мама? Но она обещала вернуться под утро (скрежет все продолжался), тогда почему не прозвенел будильник?».
Мысли были мутные и тяжелые, глаза Майка никак не хотели открываться. Какой-то непонятный звук всё не давал ему продолжить спать. Майк хотел ухватиться за улетающий от него сон, но было уже поздно. Он нехотя и медленно открыл глаза. Кругом была полная темнота — значит, это точно была не мама, которая обещала вернуться не раньше утра.
Скрипящий звук снова повторился, и Майк с ужасом понял, что разбудила его не мама, ковыряющаяся своим ключом в замке, а звук скрежета по стеклу. Его всего затрясло от страха. Он зажмурил глаза и снова открыл их, в надежде, что это всего лишь сон. Но звук вновь повторился.
— Впусти меня, — прохрипел голос за окном.
— Впусти меня-я-я…
Страница 3 из 5
