Время толерантности

— Текст будет такой: «Обязуешься ли ты, Лили, не пытаться причинить вред своей кузине Розе? Обязуешься ли ты не создавать предметов, предназначенных навредить ей? И обязуешься ли ты не просить, не требовать и не склонять других людей устно, письменно или мысленно к тому, чтобы они ей вредили?» — Альбус с неудовольствием заметил, что в глазах Цинты зажглось любопытство. Но он нашёл в себе силы, чтобы ободряюще ей улыбнуться. — Вот видишь, Цинта, ничего криминального. Только… — он с заговорческим видом приложил палец забинтованной руки к губам, — это должно остаться нашим секретом.

Цинта с отчаянным видом кивнула и приготовилась. «Видимо, девчонка первый раз призывает формулу Обета», — мелькнуло в голове Альбуса. Брат и сестра сцепили руки… Когда последнее «Обязуюсь» прозвучало под сводами гриффиндорской гостиной, их запястья на секунду опутала серебристая спираль — и пропала. Альбус выпустил руку Лили.

— Цинта, я никогда не забуду, что ты согласилась это для меня сделать, — он положил руку на плечо девушки, а та зарделась густым румянцем, едва различимым в отблесках камина, но всё же заметным, если знать, какой реакции ожидать. Альбус говорил правду. Ведь подружка сестры вполне могла отказаться, а где бы он искал других гриффиндорцев? Наверное, следовало ещё как-то её поддержать, но у Альбуса вряд ли хватило бы на это душевных сил. Проходя мимо сестры, он тихо прошептал: «Теперь я спокоен. Не обижайся, сестрёнка. А захочешь заавадить Скорпиуса, я тебе только помогу».

Из дневника Лили Поттер:

… не думаю, что могу ошибаться. В конце концов, С. волновался за меня и относился всегда так внимательно. Просто люди слишком часто врут себе. Как А., который едва не убедил и меня, и себя, что Роза ему безразлична. А. потом даже попросил с меня Обет. Цинта до сих пор на меня глаза таращит. Наверное, решила, что я маньячка или одержимая, если брат так меня «защищает».

… С. теперь делает вид, что я пустое место. Моргана, как же сложно. Он уже начинает мне сниться, лезет в мысли. Мы должны быть вместе. Я ведь знаю, что он такой же, как я. Это в его глазах. Думаю, что встречи со мной его просто пугают, заставляют думать о том, о чём он боится. А Роза… Роза его друг, с ней легко. Но я найду способ разгадать его тайну.

… я помирилась с Розой. Вернее, она со мной. Мысли о С. вроде бы больше не мучают. Но всё равно: никак не могу понять, что он в ней нашёл? Может, она и моя кузина, но она такая… правильная. А. в неё влюбился всерьёз, но только потому, что она к нему равнодушна, ему просто нравятся сложности. Да уж, как и мне… Наверное, Малфои посчитали Розу удачной партией, не иначе: ведь между ними абсолютно не заметно никакой страсти. Друзья и друзья.

Глава №10: Победы и поражения. Часть первая

Скорпиус ждал Розу в кафе напротив неизбежного «Флориш и Блоттс». По-летнему тёплый ветер, мягко овевающий столики на полуоткрытой веранде, заставлял его щуриться от удовольствия. Книжный магазин был как на ладони, и Роза должна была вот-вот подойти, но почему-то задерживалась. Скорпиус нервно принялся крутить цветы из подвернувшихся листков бумаги. Разумеется, это были розы. Его жертвой уже пал список литературы, расписание на будущий год, три салфетки и лист упаковочного пергамента, когда он наконец-то заметил знакомую фигурку, заходящую в магазин.

На Розе была длинная, почти до пят туника, широкий пояс и сандалии: типичная летняя одежда волшебницы. Скорпиус с удивлением отметил, что гораздо охотнее предпочёл бы увидеть её в магловском сарафане. Хотя бы в том салатовом, с тонкими бретельками и короткой летящей юбкой… Да уж, у магловской одежды есть свои преимущества. Он с трудом подавил в себе хулиганское желание трансфигурировать одежду прямо на Розе. «Заканчивай читать учебники по трансфигурации на каникулах, — мысленно одернул себя он. — Душа начинает жаждать практики, несовместимой со званием приличного человека». Малфой усмехнулся. Начав изучать Трансфигурацию, исключительно чтобы произвести хорошее впечатление на МакГонагалл, он совершенно неожиданно втянулся и даже подписался на «Трансфигурацию сегодня». Вряд ли бы отец удивился больше, если бы застал его с «Ведьминым досугом». Драко скривился и то ли в шутку, то ли всерьёз спросил:

— В тебя случайно не вселился дух Дамблдора?

Но Скорпиус шутить на тему бывшего директора был не расположен.

— Что, прости? — такой тон могла бы выбрать английская леди, которой в чашку случайно попала дохлая мышь. — Я, кажется, учу заклинания, а не обгрызаю сахарные перья…