Фандом: Гарри Поттер. Волдеморт побеждён, дети главных героев растут и учатся в Хогвартсе. Но после победы всё поменялось местами: Уизли стали богатой и влиятельной семьёй, на чистокровок смотрят с подозрением, а подчёркивать свои волшебные таланты «не толерантно». Роза Уизли считает это несправедливым и решает взбунтоваться. Она поступит на другой факультет, подружится с чистокровкой и доставит ещё много хлопот — например, использует Выручай-комнату для выявления всех несправедливостей, произошедших в Хогвартсе со дня его основания.
368 мин, 15 сек 19724
И вот он появился перед ней. Даже безупречный костюм и знание причудливого островного права не могли скрыть эту пиратскую сущность, проскальзывавшую в уверенной пружинистой походке, опасной белозубой усмешке и звериной быстроте реакции. Возможности узнать юридического флибустьера поближе Мари была обязана его же хамству: метко кинутое в перепалке перед началом заседания замечание Даниэля заставило адвокатессу побледнеть от душивших её слёз и удалиться в дамскую комнату. Десять минут, оставшихся до заседания, она вдохновенно прорыдала, а когда вернулась в зал, в голове не осталось ни аргументов, ни возражений — ничего. Мари ещё никогда не была так близка к позорному провалу, не в силах собрать себя и приготовиться защищать свою клиентку. Она взглянула на скамью, на которой сидел уже почти бывший муж её подзащитной и его адвокат. Её глаза встретились с зелёноватыми глазами Мёрквуда, и Мари прочла в них удивление, сменившееся… тревогой? Сожалением? Раскаянием? Разобраться лучше ей не позволил вошедший судья. Заседание объявили открытым… и тут же перенесли на неделю! Потому что тот же самый негодяй и мерзавец Мёрквуд, который только что довёл её до слёз, теперь с невозмутимым видом, лениво растягивая слова, вещал судье о каком-то мифическом совершенно внезапно открывшемся основании, которое не позволит его стороне провести заседание немедленно.
Выходя, он снова встретился с ней взглядом и слегка подмигнул, а она коротко кивнула, благодаря Даниэля за появившуюся возможность прийти в себя. Гордая австралийка приняла его помощь. На всех других заседаниях он вёл себя так же, как до этого, но она больше не могла смотреть на него прежними глазами. Дошло до того, что когда процесс закончился её проигрышем, единственным, что тревожило Мари, была невозможность регулярно видеть Мёрквуда! Она скучала без него, открывая папку с новым делом, бессознательно надеялась увидеть в качестве «адвоката противной стороны» именно его… Но, несмотря на скромный штат Сиднейской коллегии адвокатов, их пути больше ни разу не пересеклись.
И вот, спустя полгода, когда она уже почти забыла об этой истории, капитан пиратского корабля возвратил своё судно из дальнего плаванья. Даниэль Мёрквуд возник перед её рабочим столом и изрёк: «Я хочу, чтобы ты работала в моей компании». Довершало эффектную картину предложение о работе, метко брошенное прямо перед удивлённой Мари. «Компанией» было мелкое торгово-охранное предприятие, переходить в которое с высокооплачиваемой работы частного юриста было как минимум безумием.
— Почему ты думаешь, что я соглашусь? — с вызовом спросила она.
— Потому что мне нужен лучший юрист на этом континенте, а это ты, — не задумываясь, ответил Даниэль. — Никто не мог так хорошо держать удар в прениях со мной.
— Но это фирма-однодневка! — возмутилась Мари, польщённая вниманием, оскорблённая наглостью и самодовольством, ошарашенная внезапным появлением.
— Думай, что хочешь, — отчеканил Мёрквуд. — Предложение остаётся в силе до конца месяца, — с этими словами он резко развернулся и вышел вон из комнаты: только лёгкая летняя мантия сверкнула.
Она не верила в эту фирму. Она не верила в честность Даниэля. Она не хотела терять престижную работу… Она написала заявление об уходе и до конца месяца пришла к нему. Потому что на пиратском корабле Мари Лэфей согласна была быть даже пленником в трюме. А сейчас её приглашали стать штурманом. Так она стала его подчинённой, а значит, всё, что было дальше, можно было бы классифицировать, как sexual harassment …, правда, совершённый с полного и безоговорочного согласия. О переходе в «Мёрквуд Индастриез» она не пожалела ни разу — после того, как привыкла, что ощущение«американских горок», рискованные комбинации, контракты, заключаемые и расторгаемые с космической скоростью — это нормально. Её пират как-то сказал: «Единственное, что я могу обещать, Мари — тебе не будет скучно», — и он сдержал обещание.
Выходя, он снова встретился с ней взглядом и слегка подмигнул, а она коротко кивнула, благодаря Даниэля за появившуюся возможность прийти в себя. Гордая австралийка приняла его помощь. На всех других заседаниях он вёл себя так же, как до этого, но она больше не могла смотреть на него прежними глазами. Дошло до того, что когда процесс закончился её проигрышем, единственным, что тревожило Мари, была невозможность регулярно видеть Мёрквуда! Она скучала без него, открывая папку с новым делом, бессознательно надеялась увидеть в качестве «адвоката противной стороны» именно его… Но, несмотря на скромный штат Сиднейской коллегии адвокатов, их пути больше ни разу не пересеклись.
И вот, спустя полгода, когда она уже почти забыла об этой истории, капитан пиратского корабля возвратил своё судно из дальнего плаванья. Даниэль Мёрквуд возник перед её рабочим столом и изрёк: «Я хочу, чтобы ты работала в моей компании». Довершало эффектную картину предложение о работе, метко брошенное прямо перед удивлённой Мари. «Компанией» было мелкое торгово-охранное предприятие, переходить в которое с высокооплачиваемой работы частного юриста было как минимум безумием.
— Почему ты думаешь, что я соглашусь? — с вызовом спросила она.
— Потому что мне нужен лучший юрист на этом континенте, а это ты, — не задумываясь, ответил Даниэль. — Никто не мог так хорошо держать удар в прениях со мной.
— Но это фирма-однодневка! — возмутилась Мари, польщённая вниманием, оскорблённая наглостью и самодовольством, ошарашенная внезапным появлением.
— Думай, что хочешь, — отчеканил Мёрквуд. — Предложение остаётся в силе до конца месяца, — с этими словами он резко развернулся и вышел вон из комнаты: только лёгкая летняя мантия сверкнула.
Она не верила в эту фирму. Она не верила в честность Даниэля. Она не хотела терять престижную работу… Она написала заявление об уходе и до конца месяца пришла к нему. Потому что на пиратском корабле Мари Лэфей согласна была быть даже пленником в трюме. А сейчас её приглашали стать штурманом. Так она стала его подчинённой, а значит, всё, что было дальше, можно было бы классифицировать, как sexual harassment …, правда, совершённый с полного и безоговорочного согласия. О переходе в «Мёрквуд Индастриез» она не пожалела ни разу — после того, как привыкла, что ощущение«американских горок», рискованные комбинации, контракты, заключаемые и расторгаемые с космической скоростью — это нормально. Её пират как-то сказал: «Единственное, что я могу обещать, Мари — тебе не будет скучно», — и он сдержал обещание.
Страница 94 из 106
