Фандом: Средиземье Толкина. Аля уже собралась тихо-мирно побродить по Средиземью, но не тут-то было… Женечка решила по-другому, да и Трандуил внес свою лепту.
291 мин, 5 сек 16190
Сегодня праздник замер, собираясь с силами для последнего торжественного аккорда. Планировалась большая охота и заключительный пир. Радости почему-то не ощущалось, зато накатила такая глухая тоска, что хоть волком вой. Вот закончатся праздники и что мне делать? Чем здесь заняться? Я вдруг поняла, что уже несколько минут стою посередине парка и смотрю в одну точку. Вокруг раскинулись пышные клумбы, привольно разросшиеся флоксы, щедро распространяя вокруг себя сладкий ореховый аромат, сгибались под тяжестью обильно распустившихся соцветий-шаров, тут же неподалеку толпились высокие ромашки, а маленькие цветные гвоздики приветливо мигали из яркой сочной травы. Все дышало таким мирным знойным покоем, что чувства внутри меня казались яростным штормом, грозящим смести все вокруг, дай им волю. Я рассеянно посмотрела на свои руки, неосознанно комкающие подол платья, и осторожно разжала их. Беспомощно оглянувшись, я попыталась понять, куда же идти дальше. Ноги сами повели вперед, туда, где дорожки заканчивались, превращаясь в одинокую тропинку, петляющую между стволов. Я не знаю, что влекло меня туда, возможно, желание спрятаться куда-то, где меня никто никогда не найдет…
Я наткнулась на Глиннаэля внезапно. Только что я шла по заброшенному парку одна, и вот он — сидит прямо передо мной под деревом. Он вскинул голову на шорох, и искорки неподдельной радости заплясали в его глазах. Я вымученно улыбнулась, присаживаясь рядом на ствол, по которому эльф приглашающе похлопал рукой.
— Как вчера прошел праздник? — он пытался заглянуть мне в глаза, но я упорно отводила взгляд. — Кажется, ты обиделась на то, что меня вчера не было? Мне надо было отлучиться.
— Все хорошо, правда, — я тонко вздохнула, пытаясь не зареветь от жалости к самой себе. — Устала уже от этих праздников.
— Понимаю, — серьезно произнес Глиннаэль. Тяжелая капля не смогла удержаться и упала мне на руку, рассыпаясь крошечными брызгами. Эльф встревоженно протянул свою руку, поворачивая меня за подбородок и заставляя наконец посмотреть в его глаза. Тревога, отражавшаяся в них, искренняя тревога за меня сломала все так тщательно выстраиваемые плотины самоконтроля, и я не выдержала, кривя рот в горьком рыдании и тут же закрывая его руками, пытаясь отвернуться, вырваться. Но Глиннаэль не отпускал меня, положив обе руки на плечи и крепко прижав к себе. Я спряталась на его груди, разом почувствовав себя маленькой девочкой, которую пришел спасать кто-то большой и сильный. И сейчас все тревоги казались пустыми и надуманными, а вот это: его руки, которые гладили мою спину, его голос, шептавший что-то успокаивающее, его запах, заполнивший легкие, — вот это все было настоящим. И мне хотелось, чтобы это мгновение не кончалось как можно дольше.
Но истерика постепенно сошла на нет, оставляя после себя легкую головную боль и полное опустошение в придачу к стыду от того, как я себя только что вела. Я смущенно попыталась отодвинуться, и Глиннаэль мягко отстранился, продолжая, однако, держать одну руку на моем плече. Прерывистое икающее дыхание постепенно выравнивалось. Эльф молча протянул мне фляжку, из которой я отпила воды, стуча по горлышку зубами. Наконец мне удалось полностью взять себя в руки, но начать разговор пока не получалось.
— Может, расскажешь, что все-таки тебя так расстроило? — осторожно подал голос мужчина. Я прерывисто вздохнула, неопределенно пожав плечами. — Это действительно что-то серьезное, — утвердительно продолжил он. — Если поделишься, станет легче.
— Я очень сильно обидела Леголаса, — решилась наконец ответить. — Боюсь, он меня теперь не простит.
— Если дело только в этом, то и переживать не стоило! — облегченно воскликнул Глиннаэль, разворачивая меня к себе и слегка сжимая плечи. — Принц — самое отходчивое и незлопамятное существо из всех, кого я когда-либо встречал! Если он меня простил, то на тебя и подавно обижаться не будет!
— Едва ли ты натворил то же, что и я, — скептически хмыкнула я, немного приободрившись после слов бывшего возницы.
— Что ж, могу сказать тебе то же самое, — ухмыльнулся в ответ эльф. — Я женился на его избраннице.
— Ты что?! — я чуть не свалилась с бревна. — Ты как?! Нет, подожди, я не понимаю…
— Я женился на той, в кого влюбился мой лучший друг, — уже серьезно сказал Глиннаэль. Он отвернулся, но я успела заметить, как глаза его подернулись печалью. — Возможно, отступи я тогда, она была бы жива… — мужчина тяжело вздохнул, замолчав на несколько мгновений. — Так вот, принц не только простил меня и гулял на нашей свадьбе. Он смог просить мне и ее смерть, — эльф поднялся и отошел на несколько шагов, положив покалеченную руку на светлый гладкий ствол. Я молчала, не зная, что можно сказать в таком случае, кроме банального «мне очень жаль». Плечи Глиннаэля дернулись, будто он горько усмехнулся своим мыслям, но в следующую минуту он уже повернулся ко мне с безмятежным выражением лица.
Я наткнулась на Глиннаэля внезапно. Только что я шла по заброшенному парку одна, и вот он — сидит прямо передо мной под деревом. Он вскинул голову на шорох, и искорки неподдельной радости заплясали в его глазах. Я вымученно улыбнулась, присаживаясь рядом на ствол, по которому эльф приглашающе похлопал рукой.
— Как вчера прошел праздник? — он пытался заглянуть мне в глаза, но я упорно отводила взгляд. — Кажется, ты обиделась на то, что меня вчера не было? Мне надо было отлучиться.
— Все хорошо, правда, — я тонко вздохнула, пытаясь не зареветь от жалости к самой себе. — Устала уже от этих праздников.
— Понимаю, — серьезно произнес Глиннаэль. Тяжелая капля не смогла удержаться и упала мне на руку, рассыпаясь крошечными брызгами. Эльф встревоженно протянул свою руку, поворачивая меня за подбородок и заставляя наконец посмотреть в его глаза. Тревога, отражавшаяся в них, искренняя тревога за меня сломала все так тщательно выстраиваемые плотины самоконтроля, и я не выдержала, кривя рот в горьком рыдании и тут же закрывая его руками, пытаясь отвернуться, вырваться. Но Глиннаэль не отпускал меня, положив обе руки на плечи и крепко прижав к себе. Я спряталась на его груди, разом почувствовав себя маленькой девочкой, которую пришел спасать кто-то большой и сильный. И сейчас все тревоги казались пустыми и надуманными, а вот это: его руки, которые гладили мою спину, его голос, шептавший что-то успокаивающее, его запах, заполнивший легкие, — вот это все было настоящим. И мне хотелось, чтобы это мгновение не кончалось как можно дольше.
Но истерика постепенно сошла на нет, оставляя после себя легкую головную боль и полное опустошение в придачу к стыду от того, как я себя только что вела. Я смущенно попыталась отодвинуться, и Глиннаэль мягко отстранился, продолжая, однако, держать одну руку на моем плече. Прерывистое икающее дыхание постепенно выравнивалось. Эльф молча протянул мне фляжку, из которой я отпила воды, стуча по горлышку зубами. Наконец мне удалось полностью взять себя в руки, но начать разговор пока не получалось.
— Может, расскажешь, что все-таки тебя так расстроило? — осторожно подал голос мужчина. Я прерывисто вздохнула, неопределенно пожав плечами. — Это действительно что-то серьезное, — утвердительно продолжил он. — Если поделишься, станет легче.
— Я очень сильно обидела Леголаса, — решилась наконец ответить. — Боюсь, он меня теперь не простит.
— Если дело только в этом, то и переживать не стоило! — облегченно воскликнул Глиннаэль, разворачивая меня к себе и слегка сжимая плечи. — Принц — самое отходчивое и незлопамятное существо из всех, кого я когда-либо встречал! Если он меня простил, то на тебя и подавно обижаться не будет!
— Едва ли ты натворил то же, что и я, — скептически хмыкнула я, немного приободрившись после слов бывшего возницы.
— Что ж, могу сказать тебе то же самое, — ухмыльнулся в ответ эльф. — Я женился на его избраннице.
— Ты что?! — я чуть не свалилась с бревна. — Ты как?! Нет, подожди, я не понимаю…
— Я женился на той, в кого влюбился мой лучший друг, — уже серьезно сказал Глиннаэль. Он отвернулся, но я успела заметить, как глаза его подернулись печалью. — Возможно, отступи я тогда, она была бы жива… — мужчина тяжело вздохнул, замолчав на несколько мгновений. — Так вот, принц не только простил меня и гулял на нашей свадьбе. Он смог просить мне и ее смерть, — эльф поднялся и отошел на несколько шагов, положив покалеченную руку на светлый гладкий ствол. Я молчала, не зная, что можно сказать в таком случае, кроме банального «мне очень жаль». Плечи Глиннаэля дернулись, будто он горько усмехнулся своим мыслям, но в следующую минуту он уже повернулся ко мне с безмятежным выражением лица.
Страница 43 из 83
