Вторжение Тартара

За деревьями мелькали какие-то тени с пылающими глазами, раздавалось свирепое рычание и протяжный вой. Над головой Нисы металась целая стая летучих мышей. Лена дрожала, сжавшись в комочек, единственным ее желанием было упасть на землю, чтобы не видеть этих ужасов. Заметив это Ниса развернулась к ней и бедная Лена невольно вскрикнула заметив каким безумным светом полыхают расширенные глаза Нисы, в какой злобной гримасе искривлено ее лицо. Лене даже показалось, что ее зубы, блеснувшие меж приоткрытых губ стали вдруг тоньше, длиннее и острее.

— Проклятая сучка — процедила жрица — ну-ка, быстро достала головы из сумки и поставила на край могилы! Пошевеливайся, дрянь, если ты не хочешь чтобы твоя голова оказалась рядом!

Лена бегом кинулась исполнять приказание. Дрожащими руками она рвала неподдающуюся молнию на сумке, доставал оттуда головы убитых армян и поспешно снимала с них пакеты. Затем она поставила их на краю могилы, чуть не уронив одну из голов вниз. Случайно она бросила взгляд в зияющую яму и тут же в ужасе отшатнулась — там копошилось что-то мерзкое слизкое, с сотнями поблескивающих глаз. В полуобморочном состоянии она отползла в сторону. Только страх перед Нисой не давал ей потерять сейчас сознание. К счастью, та уже не особенно обращала на нее внимание. Встав на краю могилы она выкрикивала слова очередного заклинания. Летучие мыши над нею спустились так низко, что уже почти задевали ее своими крыльями.

Что-то черное внезапно выпрыгнуло на аллею из ближайших кустов. Лена почувствовала, что сердце вот-вот выпрыгнет у нее из груди, но присмотревшись не могла сдержать облегченного вздоха — это была всего лишь большая собака. Псина подбежала к могиле и села возле нее, закинув вверх голову. Ниса достала из кулька большой нож и полоснула им по подставленному горлу животного. Кровь алой струей хлынула в могилу, попутно оросив и головы убитых. Ниса вновь воздела вверх руки.

— О, ты Геката, Невыразимая, Трехликая, Ужасающая! О, Ключница Вселенной, тремя мирами владеющая. Я Ниса Горгиппская, твоя жрица взываю к тебе! О ты, великий Аид, бог обитающий в доме подземном, покрытый густой непроглядною тенью, я обращаюсь к тебе. О, Прозерпина, властительница страны теней, о Тифон и Ехидна, я прошу вас о помощи! Призовите из мрака души тех, чьи головы я приношу вам в жертву! Заставьте их сказать то, что мне нужно, вырвите из них ту тайну которую они хранили при жизни и я клянусь, что принесу вам богатые жертвы.

С этими словами, она достала еще две бутыли с зельями и окропила каждую из голов, обязательно позаботившись о том, чтобы окропить глаза и губы умерших. Лена с изумлением и страхом, увидела, как мертвые ничего не выражающие глаза, вдруг открылись, полные ужасной муки. Дрогнули бледные губы, словно силясь что-то сказать.

Ниса повернулась и поманила к себе перепуганную Лену.

— Ну-ка, спрашивай у них, что нам нужно.

На ватных ногах Лена подошла к мертвым и превозмогая себя заглянула в бесцветные, мертвые глаза, того, кого при жизни называли Суреном. Она очень боялась оживших мертвецов, но той, кто стояла рядом с ней она боялась намного больше.

— Какой пин-код у твоей карточки?— через силу выдавила она. Глухим, невыразительным голосом мертвец назвал ей несколько цифр. Тот же самый вопрос она задала и мертвому Вартану. Полученные ответы она записала на каком-то клочке бумаги, захваченной по требованию Нисы ручкой. Этот же клочок она передала Нисе, сказав, что здесь все.

— Молодец — похвалила ее жрица — Ты все сделала правильно.

Лена словно ждала этих слов, чтобы, наконец, провалиться в глубокий обморок.

Очнулась она уже дома у себя в кровати. Судя по вливающимся в окно лучам солнца, уже давно расцвело. На стуле напротив кровати сидела Ниса и внимательно смотрела на нее.

— Очнулась? — дружелюбно произнесла она.

— Долго я спала? — спросила Лена, исподлобья глядя на эллинку. О том, как она попала домой, Лена решила не спрашивать, — почему-то она была уверена, что ей не понравится ответ.

— Спишь сколько? Да уже прилично — ответила Ниса. — Надеюсь, хоть выспалась?

— Да вроде бы, — кивнула Лена.

— Вот и прекрасно, — обрадовалась Ниса. — Пойдем тогда за деньгами.

Ближайший, известный Лене, банкомат находился на главной улице города, до которой было в принципе недалеко. Они с Нисой быстро собрались и вышли на трамвайную остановку. Народу теперь там было гораздо меньше и Ниса на этот раз не отказалась сесть в трамвай, хотя и неизменно морщилась, оглядывая обшарпанный вагон, одышливых бабок заходящих на каждой остановке, толстую кондукторшу визгливым голосом спрашивающую, что у всех на проезд. Вообще, брезгливое выражение теперь проступало на лице у Нисы, гораздо чаще чем удивленное, — было похоже, что она все больше осваивалась в этом времени. Это тревожило Лену, понимая, что если так пойдет и дальше, она может просто больше не понадобиться жрице.