Выбирая врага, или заговор вслепую

— Я сдал чистый лист, — вдруг произнёс Невилл. — Ты, наверное, всё правильно говоришь, Лайза, — но только я точно знаю, зачем хожу на эти уроки. И никакое понимание мою цель не отменит.

Глава 8

Снейп мог бы поставить что угодно на то, что напряжённого разговора с Лестрейнджем-старшим не избежать, — собственно, он был почти рад возможности сделать ещё несколько ходов в той странной игре, что они затеяли. На откровенность рассчитывать не приходилось, но прежнее шаткое равновесие он решил раскачать — и сделал это умышленно. Скорее всего, Родольфус уже понял, что идея с дуэльным клубом пришла в голову Рабастана не сама собой, а значит — разговор предстоит непростой.

Да, лезть в чужую голову без спросу — бестактно, никто не спорит. Но Лестрейндж-младший так откровенно скучал, что на уроке царила полная анархия: это было больше похоже не на урок, а на необязательные посиделки в гостиной. Конечно, всё равно лучше, чем Кэрроу, но толку от таких занятий не было почти никакого. А детям только дай перессориться — общая нервозность плюс безделье провоцировали стычки на ровном месте. И Снейп оказался в странном положении: для того, чтобы дети перестали развлекаться всякими хулиганскими выходками, надо найти развлечение для самого учителя.

Вот ведь задачка — придумать увеселение для неопытного профессора в рамках школьной программы. Чем ты занят, господин директор… какая-то очередная стотысячная нелепость. Но вышло даже лучше, чем ожидалось: среди нескольких рассеянных мыслей, что Снейпу удалось уловить, у Рабастана имелась одна вполне подходящая — дуэльный клуб. Осталось только вытолкнуть её на поверхность, дать озвучить — и согласиться с «неожиданным» предложением нового профессора.

А с общепринятой этикой и резонным неудовольствием Родольфуса разберёмся позже.

Дуэльный клуб имел свои плюсы, и немало, хотя и подводных камней было предостаточно. Обойти их было возможно, но необходим ещё один капитан — и им лучше всего назначить Флитвика. Конечно, Рабастан будет против, но Родольфус скорее обрадуется. Да, Флитвик наилучшее решение. А вот Родольфус… м-да. Впрочем, к нему есть один встречный вопрос, который должен уравнять их позиции.

Требовательный стук в дверь не оставлял сомнений в том, кто стоит за нею; Снейп вышел из-за стола, погасил весь свет, оставив лишь один канделябр на три свечи на маленьком столике, и устроился в одном из кресел возле камина. Обстановка должна быть неформальной, иначе намечающийся конфликт погасить будет сложнее.

Возникшая на пороге фигура выглядела решительно, но не враждебно. Родольфус молча пересёк кабинет и со стуком опустил на столик тёмную пузатую бутылку — разглядывать марку Снейп не стал.

Однако. Оппонент, видимо, тоже решил разрядить напряжение; в голове мелькнуло ироничное «у дураков мысли сходятся». Впрочем, кто здесь дурак, сейчас будет ясно.

Меж тем Родольфус окинул взглядом погружённую в полумрак комнату и суховато усмехнулся:

— Как удачно — я тоже хотел поговорить накоротке. Ты прямо мысли читаешь, Северус.

И острый, пронзительный взгляд серых глаз — да, сомнений нет, он догадался. И напал первым — хоть вроде и в шутку. Изволь, Родольфус, — так даже проще.

— Терпеть не могу, если честно, — ответная ухмылка машинально вышла зеркальной копией гримасы гостя — словно они и впрямь сидели за карточной партией. — Дело утомительное, плюс я тактичен до невозможности — читать чужие мысли дурной тон.

— Но иногда так соблазнительно, верно? — Родольфус прищурился и откупорил бутылку. Снейп, изображая вежливого хозяина, немного поколебался и выбрал бокалы для коньяка. — Неплохо бы ещё помнить, что соблазны чреваты.

— Чреваты, — кивнул Снейп, принимая бокал из рук гостя. — Но бессмысленные соблазны — это для новичков, ты же знаешь. Если уж на что-то такое решаешься — то хоть на что-то осмысленное и значимое. В конечном счёте, важен размер ставки. Можно приобрести, а можно враз растерять всё наработанное. Если вовремя не отыграть назад, конечно.

Родольфус нарочито лениво поболтал в бокале напиток, любуясь на просвет — кальвадос горел словно смоляное солнце — и поинтересовался:

— А ты часто отыгрываешь назад, Северус? Может, даже извиняться приходилось?

Снейп хмыкнул — да, его визави умел держать лицо. Судя по тому, что Родольфус почти не прибегал к метафорам, он был почти в бешенстве — но голос был такой же ровный, как и обычно.

— У меня нет привычки пакостить из праздного любопытства — я вообще нелюбопытен. Что же до извинений, то с этим хуже.

— Разве что перед Тёмным Лордом? — перебил Родольфус, резко ставя на стол бокал и наклоняясь вперёд. Его жёсткое лицо стало совсем каменным в контрастном отблеске каминного пламени. — И что — тебе даровали прощение без наказания?