Фандом: Гарри Поттер. В бескрайнем море ненависти и разочарования выжить почти невозможно — и каждый цепляется за какой-то кусочек души, который ещё не тронут этой ржавчиной. У кого-то таким спасительным якорем становится долг, у кого-то преданность друзьям, у кого-то попытка исправить собственные ошибки. И за этот последний осколок не жаль и погибнуть — на войне как на войне. Однако на любой войне нужны союзники — а жизнь, как завзятый шулер, порой выбрасывает такие комбинации, что разобраться, кто оказался рядом, совсем непросто. Даже если ты сам вполне опытный игрок. Братья Лестрейндж и Северус Снейп, семикурсник Невилл Лонгботтом и его друзья и недруги — и один Хогвартс на всех, ставший внезапно слишком тесным.
244 мин, 1 сек 17653
— Нет, и я не жалуюсь — за всё надо платить, если нет оправдания. Да даже если и есть — всё равно надо, — отчеканил Снейп, одним глотком допивая кальвадос — острый кадык дёрнулся под тугим воротником, и он раздражённо потёр ладонью красную полосу на шее. — В качестве объяснения замечу, что не люблю бессмысленных действий — никаких. Тебе это должно быть известно.
— Известно, — чуть помолчав, отозвался Родольфус. — Поэтому я и пытаюсь найти смысл — прежде чем начать на них реагировать.
Он говорил почти не таясь, и Снейп отчётливо понимал, что балансирует на грани открытого обвинения. Нет, так не годится. Придётся пускать в ход козыри.
— Я тебя понимаю и стараюсь действовать так же. Ты ведь прекрасный стратег, Родольфус, — вот скажи, зачем, по-твоему, заставлять изрядную группу людей, ничего не смыслящих в строительстве и фортификации, рисовать подробный план здания?
Лёгкая усмешка тронула губы Лестрейнджа, и он чуть заметно кивнул — так и есть, встречный выпад был оценен. Снейпу казалось, что их обоюдные подозрения трутся друг об друга как тугие мельничные жернова, готовые лопнуть от натуги. Разве что претензия Родольфуса была более личностной — хотя кто сказал, что для Снейпа может быть что-то более личное, чем Хогвартс со всеми его обитателями?
Ставки вровень, всё честно. Насколько это вообще возможно в таких обстоятельствах. Оставалось дождаться, кто первым сделает шаг навстречу. И Снейп рискнул немного раскрыться.
— Ни ты, ни твой брат не нуждаетесь в няньках. Но темперамент никуда не денешь — недаром идея насчёт дуэльного клуба принадлежит ему, — он сделал упор на слове «ему». — Не думаю, что Рабастану впредь понадобится моя помощь в формулировании своих мыслей — он быстро освоится в наших школьных реалиях. Да и Флитвик поможет — я намерен назначить его вторым капитаном клуба.
— Да, я полагаю, что с этим всё выйдет удачно, — подчёркнуто равнодушно кивнул Родольфус. — И твои непрошенная, хоть и щедрая помощь больше не потребуется — ни мне, ни ему.
— Я в этом уверен, — спокойно согласился Снейп. — Впрочем, тебе, Родольфус, я не рискнул бы даже советовать без твоей специальной просьбы. Так что там с моим вопросом насчёт плана? Мне не приходит в голову никакой иной цели, кроме как массированная подготовка этих людей к спланированной и чёткой обороне вверенного им здания. Но это слишком банально, я знаю. Может, ты видишь глубже?
— Может, и вижу, но к чему тебе лишние домыслы, — пожал плечами Родольфус. По его виду невозможно было понять, удовлетворён ли он словами Снейпа насчёт брата — но ладонь, стискивавшая деревянный подлокотник кресла, немного расслабилась. — Твоё объяснение звучит недурно — простовато, конечно, но перемудрить не всегда благо. Простота иногда сильнее любых сложносочинённых конструкций. Как и с трудом обретённое доверие.
Снейп неслышно выдохнул — вот оно. Настоящий вопрос сегодняшней беседы — именно в балансе доверия и недомолвок, спутанных в единый клубок и направляющих их дальше. Если доверия станет больше, то и идти будет легче. Им обоим — и не только им. И Родольфус тоже это понимает как нельзя лучше, поэтому и не накинулся на него с порога. Кроме того, он ведь фактически признал истинную цель этого странного задания с планами Хогвартса — он намерен оборонять школу. От кого — это уже вопрос следующий, но доискиваться пока рано.
— Да, ты прав, — твёрдо согласился Снейп, взглянув своему собеседнику прямо в глаза — прямо, но безо всякого намёка на легиллименцию. — Домыслы мне ни к чему. Дело именно в доверии. Его дьявольски трудно вырастить, если не привык — но иногда это единственный выход.
— Я, знаешь ли, не боюсь трудностей. Да и ты, насколько мне известно, любитель сложных задачек. Попробуем их решить — каждый свою, — Родольфус склонил голову и отсалютовал директору своим бокалом. — Только ты же понимаешь — ошибки в нашем случае бывают фатальны.
— Бывают, — мрачновато усмехнулся Снейп. — Мне ли не знать.
Лестрейндж кивнул, залпом допил кальвадос и не торопясь покинул кабинет. Снейп несколько мгновений сидел неподвижно, а потом откинулся в кресле и с наслаждением распрямил затёкшие от напряжения ноги.
Открытие дуэльного клуба вызвало бурю эмоций — большинство радовалось, но некоторая часть старшекурсников восприняла новость с недоверием. Вероятно, недовольных было бы не в пример больше, если бы не было объявлено, что капитанов клуба два — и один из них профессор Флитвик. К Лестрейнджам всё же по-прежнему относились весьма осторожно — хотя Рабастану и удалось завоевать некоторое количество популярности у младших курсов. Узнав новость, Рабастан поначалу взъярился, но Снейп недвусмысленно заявил, что или так, или никак, и пришлось смириться — Родольфус, несмотря на громкое возмущение брата, устранился от препирательств.
— Известно, — чуть помолчав, отозвался Родольфус. — Поэтому я и пытаюсь найти смысл — прежде чем начать на них реагировать.
Он говорил почти не таясь, и Снейп отчётливо понимал, что балансирует на грани открытого обвинения. Нет, так не годится. Придётся пускать в ход козыри.
— Я тебя понимаю и стараюсь действовать так же. Ты ведь прекрасный стратег, Родольфус, — вот скажи, зачем, по-твоему, заставлять изрядную группу людей, ничего не смыслящих в строительстве и фортификации, рисовать подробный план здания?
Лёгкая усмешка тронула губы Лестрейнджа, и он чуть заметно кивнул — так и есть, встречный выпад был оценен. Снейпу казалось, что их обоюдные подозрения трутся друг об друга как тугие мельничные жернова, готовые лопнуть от натуги. Разве что претензия Родольфуса была более личностной — хотя кто сказал, что для Снейпа может быть что-то более личное, чем Хогвартс со всеми его обитателями?
Ставки вровень, всё честно. Насколько это вообще возможно в таких обстоятельствах. Оставалось дождаться, кто первым сделает шаг навстречу. И Снейп рискнул немного раскрыться.
— Ни ты, ни твой брат не нуждаетесь в няньках. Но темперамент никуда не денешь — недаром идея насчёт дуэльного клуба принадлежит ему, — он сделал упор на слове «ему». — Не думаю, что Рабастану впредь понадобится моя помощь в формулировании своих мыслей — он быстро освоится в наших школьных реалиях. Да и Флитвик поможет — я намерен назначить его вторым капитаном клуба.
— Да, я полагаю, что с этим всё выйдет удачно, — подчёркнуто равнодушно кивнул Родольфус. — И твои непрошенная, хоть и щедрая помощь больше не потребуется — ни мне, ни ему.
— Я в этом уверен, — спокойно согласился Снейп. — Впрочем, тебе, Родольфус, я не рискнул бы даже советовать без твоей специальной просьбы. Так что там с моим вопросом насчёт плана? Мне не приходит в голову никакой иной цели, кроме как массированная подготовка этих людей к спланированной и чёткой обороне вверенного им здания. Но это слишком банально, я знаю. Может, ты видишь глубже?
— Может, и вижу, но к чему тебе лишние домыслы, — пожал плечами Родольфус. По его виду невозможно было понять, удовлетворён ли он словами Снейпа насчёт брата — но ладонь, стискивавшая деревянный подлокотник кресла, немного расслабилась. — Твоё объяснение звучит недурно — простовато, конечно, но перемудрить не всегда благо. Простота иногда сильнее любых сложносочинённых конструкций. Как и с трудом обретённое доверие.
Снейп неслышно выдохнул — вот оно. Настоящий вопрос сегодняшней беседы — именно в балансе доверия и недомолвок, спутанных в единый клубок и направляющих их дальше. Если доверия станет больше, то и идти будет легче. Им обоим — и не только им. И Родольфус тоже это понимает как нельзя лучше, поэтому и не накинулся на него с порога. Кроме того, он ведь фактически признал истинную цель этого странного задания с планами Хогвартса — он намерен оборонять школу. От кого — это уже вопрос следующий, но доискиваться пока рано.
— Да, ты прав, — твёрдо согласился Снейп, взглянув своему собеседнику прямо в глаза — прямо, но безо всякого намёка на легиллименцию. — Домыслы мне ни к чему. Дело именно в доверии. Его дьявольски трудно вырастить, если не привык — но иногда это единственный выход.
— Я, знаешь ли, не боюсь трудностей. Да и ты, насколько мне известно, любитель сложных задачек. Попробуем их решить — каждый свою, — Родольфус склонил голову и отсалютовал директору своим бокалом. — Только ты же понимаешь — ошибки в нашем случае бывают фатальны.
— Бывают, — мрачновато усмехнулся Снейп. — Мне ли не знать.
Лестрейндж кивнул, залпом допил кальвадос и не торопясь покинул кабинет. Снейп несколько мгновений сидел неподвижно, а потом откинулся в кресле и с наслаждением распрямил затёкшие от напряжения ноги.
Открытие дуэльного клуба вызвало бурю эмоций — большинство радовалось, но некоторая часть старшекурсников восприняла новость с недоверием. Вероятно, недовольных было бы не в пример больше, если бы не было объявлено, что капитанов клуба два — и один из них профессор Флитвик. К Лестрейнджам всё же по-прежнему относились весьма осторожно — хотя Рабастану и удалось завоевать некоторое количество популярности у младших курсов. Узнав новость, Рабастан поначалу взъярился, но Снейп недвусмысленно заявил, что или так, или никак, и пришлось смириться — Родольфус, несмотря на громкое возмущение брата, устранился от препирательств.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 21 из 69
