Выбирая врага, или заговор вслепую

— Вставай, — повторил Родольфус, безжалостно стаскивая одеяло. — В кои-то веки там, наконец, солнце. И Мерлин знает, когда оно вновь появится на рассвете в выходной день. Поднимайся, в обед поспишь.

— Изверг, — Рабастан растянулся на спине, с неудовольствием потёр ладонями заспанное лицо и сел. — Я стал здесь нормально спать. Странно, да? Впервые после Азкабана.

— Устаёшь, — пожал плечами Родольфус. — И усталость правильная, не то что раньше. Я и сам здесь хорошо сплю. Давай, приходи в себя, умойся, а я сделаю завтрак.

— За эльфа сегодня ты? — ухмыльнулся Рабастан, набрасывая халат.

— Поговори мне, — хмыкнул Родольфус, выходя в гостиную. — Остряк.

Невилл сидел ни жив, ни мёртв — сквозь неплотно прикрытую дверцу разговор братьев был слышен отменно, и даже кое-какое движение можно было разглядеть свозь щель, но он больше всего боялся выдать себя, поэтому не приглядывался. Острая досада и разочарование от собственной нерешительности не давали покоя — он был так близок и ухитрился прохлопать этот редкостный шанс. Как он мог так бездарно его упустить… Но, несмотря на волнение, всё равно ловил каждое слово.

— Я поставлю тебе напоминание, — тем временем выговаривал брату Родольфус. — У тебя входная дверь была открыта. Клуб клубом, усталость усталостью, но, Басти, нельзя же так плевать на элементарные правила. Я тебе тысячу раз говорил, и всё без толку. Сколько можно, а?

— Вот именно — сколько можно? — подхватил Рабастан. Голоса звучали невнятнее, но всё ещё были слышны. — Это школа, Руди. Школа! Что здесь случится?

Судя по звяканью посуды и запаху зажаренного бекона, они и впрямь сели завтракать. Невилл невольно сглотнул слюну и вдруг ужаснулся — а если Лестрейнджи сегодня вообще никуда не пойдут? Суббота, уроков нет, а Большой зал и прочие людные места новые профессора не жаловали.

А сидеть становилось всё неудобнее и неудобнее.

Пользуясь тем, что хозяева сместились в гостиную, Невилл попытался распрямить быстро затёкшие ноги: сперва правую — осторожно, по сантиметру, морщась от боли и обжигающих мурашек, а потом и левую. К счастью, шкаф оказался достаточно вместительным. Теперь поза стала более сносной, и он опять прислушался к беседе.

— Послушай, — заговорил Рабастан после паузы. — Мне кажется, или ты готовишь этих детей к обороне Хогвартса? Именно Хогвартса, а не замка вообще? Зачем?

— Потому что считаю, что однажды им придётся это делать, — помолчав, ответил Родольфус.

Невилл буквально окаменел, весь обратившись в слух.

— Ты думаешь, — теперь Рабастан тоже говорил медленно, — что он пойдёт на такое? Но для чего?

— Он всё рушит, — ответил Родольфус, и Невиллу внезапно послышалась в этом голосе странная горечь. И, пожалуй, злость — но тщательно скрываемая. — Басти, ты слепой, что ли? Ты не видишь, что он делает с нашим миром? Впрочем, — он перебил сам себя, — я и сам был таким же слепцом много лет. Я, как и ты, пришёл к нему потому, что хотел защитить наш мир от тех перемен, что тащил в него Дамблдор с компанией. Я хотел сохранить мир таким, как тот, в котором мы родились, понимаешь? Без влияния магглорождённых, без всех этих маггловских разговоров о равенстве — я просто хотел сохранить тот наш мир.

— Ну, ты совсем дурака-то из меня не делай, — раздражённо отозвался младший брат. — Одними разговорами о прекрасных идеях дело никогда не ограничивалось. Но мы считали, что дело того стоит. Что изменилось?

— Верно. Я тоже считал, что ради такой цели все средства хороши — по крайней мере, до поры до времени. Да, я был готов очень на многое — ты прав, не только на разговоры. Но посмотри, что он сотворил с нашим миром!

— Ну как что, — саркастически протянул Рабастан. — Никаких магглорождённых и…

— Прекрати, Басти, я серьёзно! — раздражённо рыкнул Родольфус. — Если ты настроен шутить — давай заканчивать завтрак и лучше займёмся делом.

— А ты всегда был слишком серьёзным, — не сдавался Рабастан, хотя в голосе и мелькнули примирительные нотки. — Я не понимаю, почему ты завёлся. Он же убрал из нашего мира магглорождённых.

— Он вор, — отчеканил Родольфус, и Невилл невольно открыл рот от такого неожиданного заявления. — Да нет — он хуже, потому что хочет нас всех сделать ворами с этой дикой идеей о краже магии. И если ты до сих пор не понял, к чему я затеял этот разговор — изволь, я объясню. Пожалуй, сейчас самое время.

Глава 10

Субботнее утро грозило начаться с неприятностей — если стычку профессора и семикурсника можно назвать таким нейтральным словом. Снейп стучал в дверь Рабастана Лестрейнджа, отчаянно надеясь, что успел вовремя.

— Войдите!

Открывшаяся картина была на удивление мирной — ни следа того, что тут что-то случилось. Братья Лестрейндж изволили завтракать — и Снейп тут же вспомнил, что сам ещё не удосужился проглотить ни куска.

— Северус! — приветствовал его старший брат, иронично салютуя чашкой чая. — Утро доброе, господин директор. Чем обязаны?