Вышград

— Может быть, это я пьян! — разгневался каноник.

— Я только что пришел с мессы.

Пономарь сказал, что пойдет к другому канонику, потому что люди в костеле ждут. Пана каноника внезапно осенила прекрасная мысль.

— Подождите, негодник! Посмотрим на следы на склоне горы, и вы увидите, как мы шли наверх.

Пан каноник снова быстро оделся и пошел с пономарем к тропинке на склоне горы, а пономарь светил фонарем. Следы были видны от самого порога каноника, но почему-то одни!

Каноник поразился: следы одни, а шли они вдвоем. Пан каноник качал головой и шел дальше по тропинке. Вот, видно, где он упал, а пономарь помогал ему встать, но все-равно одни следы — только его собственные. Так они дошли до костела, следы вели до самой ризницы, в которой был нанесенный им снег. Каноник был очень удивлен. Также вино и вода были израсходованы. Было ясно, что пан каноник уже сегодня в полночь служил мессу, а вторую не может. Оставалось позвать другого священника, а пан каноник признал, что служил мессу для умерших, а пономарь, который его привел, был дух.

В апсиде часовни св. Мартина, освященной при Иосифе II, был устроен очаг. Жители часовни часто видели старого деда, сидящего там. Сидел он на голой земле, иногда в полдень, иногда ночью.

Однажды ночью мужчина не мог уснуть, все ворочался. Вдруг он увидел, что пол в часовне зашевелился, из-под него начали вылезать человеческие кости и наполнять помещение. Потом кости сложились в скелеты. Мужчина был в ужасе. Глядя на кости и скелеты, он подумал: «Как же мы все теперь здесь поместимся?». В часовне всегда жило много людей. Едва у него пронеслись эти мысли, кости посыпались обратно под пол, в очаге появился старый дед и сказал: «Еще не пришло время!».

Рассказывают, что кости в крипте «шевелились» очень часто. Жители часовни привыкли к этому и не обращали внимания. Когда же в часовне возобновилось богослужение, выкопанные кости сложили в большие«шахты» к северу у стены возле дороги. Итак, давние жители Вышеграда покоятся в своем последнем посмертном сне, отделенные от живых пешеходов только этой стеной.

Одно время жили в старом доме викария муж с женой. Муж, вероятно, был сторожем костела. Они жили в одной комнате, а вторая — бывшая костница (помещение для хранения костей из старых могил) — была пустой. К жене сторожа пришла знакомая с мужем и сыном, с плачем умоляя о ночлеге, хотя бы и в кладовке.

— Матушка, с радостью бы, места здесь достаточно, но не отдохнете вы здесь, — отвечала хозяйка.

— Слава Богу, если будем под крышей!

— Матушка, не благодарите раньше времени. Не знаю, как оно будет, но думаю, что отдохнуть вам не удастся, — беспокоилась сторожиха.

Однако бедная женщина не обратила внимания на слова хозяйки и была рада, что есть где выспаться ночью. Она постелила себе и мужу на полу, а мальчика положили между собой. Им было хорошо до самой полночи. В полночь женщина чувствует: гоп, гоп — по ней кто-то скачет. Думала, что это козлик. Но откуда он тут взялся? Вечером они не видели никакого козлика.

Как только он снова запрыгал по женщине — гоп, гоп — она махнула рукой по его ножкам, чтобы прогнать, но рука махала в пустом месте. Женщину охватил ужас, холодный пот выступил у нее на лбу. Уже никого не гоняла, думала только об охране мальчика, чтобы «это» по нему не прыгало. Она будила мужа, трясла его, но тот спал как убитый. Звала сторожа, но никто не откликался.

Женщине не оставалось ничего, как накрыться юбкой и вытерпеть танец этих странных ножек, скачущих по ее телу. И все это было совершенно бесшумно, даже без дыхания. Женщина распознала топот ножек, но не получалась пара, постоянно было «нечетно». По прошествии мучительного часа она узнала в топоте падение костей без мяса — такой же звук, как их вынимают из могилы. У нее волосы встали дыбом, хотела встать — не может, кричать — не может.

Внезапно она услышала, как ночной сторож трубит 1 час ночи, и прыжки внезапно оборвались. Она уснула, а утром проснулась, будто вся побитая.

— Душа моя, вот это я отдохнула! Все тело болит. Звала, звала вас, а вы ни звука, и мужа разбудить не смогла, — сетовала она хозяйке.

— Я вас, матушка, предупреждала, что не сможете отдохнуть. Но не хотела говорить вам, в чем дело — подумали бы, что я негостеприимна и говорю это просто так, чтобы вы не остались у меня на ночлег. Потом подумала, что может быть, и выспитесь спокойно — не к каждому оно приходит. Ведь я слышала, как вы зовете, и знаю, что тут было, но ночью не вылезу из постели, хоть бы и пожар был. А на постель оно не идет.

Видит Бог, как тут неспокойно. Если бы здесь не было средств к жизни, ни на час бы здесь не задержалась. Но бедный человек ради куска хлеба и под виселицей будет жить.

Кроме того, эта пляска костей, если человек не лежит на земле, никак ему не вредит. А вы пришли как раз в их день — кто знает, какие у них дела в загробном мире.