Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. Битва титанов — император против своего шефа СБ, или история про то, как Иллиан проходил по делу о государственной измене.
59 мин, 43 сек 5851
Иллиан очнулся от раздумий и увидел, что император смотрит на него пристально, не окликая; склонность шефа СБ то и дело ускользать в глубины чипа за нужной информацией была для него уже привычной, и рассеянную задумчивость Иллиана он сейчас, наверное, принял за поиск в памяти искомого чудо-доказательства.
Да, там есть кое-что, что Грегору знать рано или просто не нужно. Там оно и останется.
Иллиан покачал головой.
— Нет, Грегор, — сказал он просто. — Сожалею. У меня не спрятана в рукаве козырная карта, способная волшебным образом вернуть отнятое доверие. Нам обоим придется подождать, пока это недоразумение не разрешится естественным путем.
— Точно? — тихо переспросил Грегор. Для искусителя ему, пожалуй, сейчас недоставало опыта, но задатки явно прослеживались.
— Точно, — кивнул Иллиан. — Подавляющее большинство тех, кто вам верен, не держит в запасе подобного алиби; а с теми, у кого оно найдется, я бы сам советовал держаться настороже.
— Вы меня еще будете учить? — слабо возмутился молодой император.
— Да, — кивнул Иллиан. — Это единственное, чем я сейчас могу вам послужить.
На лицо Грегора набежала почти зримая тень. Разочарование, раздражение, обида — разве поймешь?
— Мне очень жаль, Иллиан, — произнес он сухо, — я так надеялся на эту встречу и на вашу… изобретательность. — Здесь явно должно было стоять другое слово, замененное на ходу. — Простите, я должен идти.
Охрана распахнула перед императором дверь, и он покинул камеру, не оглядываясь.
Иллиан мысленно поаплодировал драматичности сцены и, ссутулившись, опустился на койку. «Лучше бы ты мне руки выкручивал, парень», пожаловался он закрытой двери, впрочем, без излишнего трагизма.
Кольнуло сомнение: не променял ли он помилование Майлза на воспитание Грегора? А впрочем — нет. Если император полагает сейчас своим фетишем правосудие, пойти с ним на сделку было бы ошибкой. Была в Грегоре еще с детства эта жилка, ошибочно принимаемая за пассивную созерцательность: запустить ситуацию и устраниться, терпеливо наблюдая за развитием событий. Желающим выкопать себе яму предоставлялась лопата, снисходительное императорское разрешение и много свободного времени. Как правило, детские провокации Грегора бывали довольно прозрачны, но чему-то он должен учиться с возрастом?
Вот чертова работа! Принимая столько лет назад должность шефа СБ, Иллиан на многое рассчитывал, но как-то не думал, что ему придется считаться с комплексами неполноценности одного вчерашнего подростка, шилом в заднице — другого и безалаберностью — третьего… или что придется проверять сомнительный уют тюремного блока собственной шкурой.
Иллиан смерил раздраженным взглядом крохотное пространство камеры и биотуалет в углу и мысленно пообещал себе, что, если выйдет отсюда оправданным, закроет эту зону к чертовой матери, переделав ее в склад для хранения веников и половых тряпок.
Только до этого надо было еще дожить.
Эпилог
Разборчивый и нервный голос караульного офицера Иллиан услышал еще с лестницы, по которой хотел бы взлететь к свободе, но вместо этого поднимался осмотрительно, крепко придерживаясь за перила:
— Не имею права, сэр. Приказ об освобождении, так точно, сэр. Но доступ в сектор содержания заключенных только по прямому приказу Его Величества или начальника СБ…
Ответом ему было угрожающее рокотание, слишком тихое, чтобы можно было разобрать слова. На сердце у Иллиана потеплело, когда он услышал знакомый баритон. Выходит, Эйрел сам примчался его освобождать. Неплохой симптом — следовательно, ситуация не столь критическая, чтобы требовать присутствия премьер-министра во дворце.
— Мог бы проявить тактичность, и не заставлять меня показываться в тюремной пижаме, — окликнул он Форкосигана из проема дверей. Так себе шутка, но облегчение пополам с эйфорией еще не отпустило Иллиана.
Эйрел обернулся резко, впился в него глазами, словно сканируя возможные повреждения или пытаясь доказать, что телепатия существует. Но произнес только лаконичное:
— Выглядишь не лучшим образом, капитан. Оранжевое тебе определенно не к лицу.
— Предпочитаю зеленое. — Иллиан церемонно и четко кивнул — временная замена обычному салюту. — Приказ о моем восстановлении в должности ты привез?
— Разумеется, — Форкосиган сверкнул глазами в сторону лейтенанта, на всякий случай вытянувшимся перед высоким начальством по стойке «смирно». — Можете получить приказ непосредственно от вашего руководства, офицер. Лично я рекомендую вам проявить инициативу и срочно вызывать секретаря капитана Иллиана, дежурного ординарца и медика. И побыстрей.
— Отставить медика, — Саймон невольно усмехнулся — Эйрел, кажется, переоценил ужасы СБшных застенков. — Чего не отнимешь у наших тюрем — прекрасный надзор за состоянием заключенных. Ты начнешь меня вводить меня в курс дела сразу, пока я буду переодеваться? — Форкосиган кивнул.
Да, там есть кое-что, что Грегору знать рано или просто не нужно. Там оно и останется.
Иллиан покачал головой.
— Нет, Грегор, — сказал он просто. — Сожалею. У меня не спрятана в рукаве козырная карта, способная волшебным образом вернуть отнятое доверие. Нам обоим придется подождать, пока это недоразумение не разрешится естественным путем.
— Точно? — тихо переспросил Грегор. Для искусителя ему, пожалуй, сейчас недоставало опыта, но задатки явно прослеживались.
— Точно, — кивнул Иллиан. — Подавляющее большинство тех, кто вам верен, не держит в запасе подобного алиби; а с теми, у кого оно найдется, я бы сам советовал держаться настороже.
— Вы меня еще будете учить? — слабо возмутился молодой император.
— Да, — кивнул Иллиан. — Это единственное, чем я сейчас могу вам послужить.
На лицо Грегора набежала почти зримая тень. Разочарование, раздражение, обида — разве поймешь?
— Мне очень жаль, Иллиан, — произнес он сухо, — я так надеялся на эту встречу и на вашу… изобретательность. — Здесь явно должно было стоять другое слово, замененное на ходу. — Простите, я должен идти.
Охрана распахнула перед императором дверь, и он покинул камеру, не оглядываясь.
Иллиан мысленно поаплодировал драматичности сцены и, ссутулившись, опустился на койку. «Лучше бы ты мне руки выкручивал, парень», пожаловался он закрытой двери, впрочем, без излишнего трагизма.
Кольнуло сомнение: не променял ли он помилование Майлза на воспитание Грегора? А впрочем — нет. Если император полагает сейчас своим фетишем правосудие, пойти с ним на сделку было бы ошибкой. Была в Грегоре еще с детства эта жилка, ошибочно принимаемая за пассивную созерцательность: запустить ситуацию и устраниться, терпеливо наблюдая за развитием событий. Желающим выкопать себе яму предоставлялась лопата, снисходительное императорское разрешение и много свободного времени. Как правило, детские провокации Грегора бывали довольно прозрачны, но чему-то он должен учиться с возрастом?
Вот чертова работа! Принимая столько лет назад должность шефа СБ, Иллиан на многое рассчитывал, но как-то не думал, что ему придется считаться с комплексами неполноценности одного вчерашнего подростка, шилом в заднице — другого и безалаберностью — третьего… или что придется проверять сомнительный уют тюремного блока собственной шкурой.
Иллиан смерил раздраженным взглядом крохотное пространство камеры и биотуалет в углу и мысленно пообещал себе, что, если выйдет отсюда оправданным, закроет эту зону к чертовой матери, переделав ее в склад для хранения веников и половых тряпок.
Только до этого надо было еще дожить.
Эпилог
Разборчивый и нервный голос караульного офицера Иллиан услышал еще с лестницы, по которой хотел бы взлететь к свободе, но вместо этого поднимался осмотрительно, крепко придерживаясь за перила:
— Не имею права, сэр. Приказ об освобождении, так точно, сэр. Но доступ в сектор содержания заключенных только по прямому приказу Его Величества или начальника СБ…
Ответом ему было угрожающее рокотание, слишком тихое, чтобы можно было разобрать слова. На сердце у Иллиана потеплело, когда он услышал знакомый баритон. Выходит, Эйрел сам примчался его освобождать. Неплохой симптом — следовательно, ситуация не столь критическая, чтобы требовать присутствия премьер-министра во дворце.
— Мог бы проявить тактичность, и не заставлять меня показываться в тюремной пижаме, — окликнул он Форкосигана из проема дверей. Так себе шутка, но облегчение пополам с эйфорией еще не отпустило Иллиана.
Эйрел обернулся резко, впился в него глазами, словно сканируя возможные повреждения или пытаясь доказать, что телепатия существует. Но произнес только лаконичное:
— Выглядишь не лучшим образом, капитан. Оранжевое тебе определенно не к лицу.
— Предпочитаю зеленое. — Иллиан церемонно и четко кивнул — временная замена обычному салюту. — Приказ о моем восстановлении в должности ты привез?
— Разумеется, — Форкосиган сверкнул глазами в сторону лейтенанта, на всякий случай вытянувшимся перед высоким начальством по стойке «смирно». — Можете получить приказ непосредственно от вашего руководства, офицер. Лично я рекомендую вам проявить инициативу и срочно вызывать секретаря капитана Иллиана, дежурного ординарца и медика. И побыстрей.
— Отставить медика, — Саймон невольно усмехнулся — Эйрел, кажется, переоценил ужасы СБшных застенков. — Чего не отнимешь у наших тюрем — прекрасный надзор за состоянием заключенных. Ты начнешь меня вводить меня в курс дела сразу, пока я буду переодеваться? — Форкосиган кивнул.
Страница 16 из 18
