Фандом: Ориджиналы. Он считал себя обычным парнем, не склонным к авантюрам. А в элитный отряд смерти попал, как ему казалось, по чистой случайности. Он мог отказаться от вступительных экзаменов, испытаний и даже посвящения в бойцы. Но он не сделал этого, в какой-то момент поддавшись честолюбию, жажде славы и престижа. А потом понял, что держит его не жадность, не пережитая боль и не упрямство. Влечение к напарнику, что был и опорой, и помощником, и любовником, и предателем… и искусно спрограммированной ложью.
221 мин, 53 сек 14424
— Нет, Стю, — он сердечно рассмеялся. — Отсюда вывод, что люди, которые потенциально могли бы нас выдать — работают на нас! И не люди они — оборотни. Чтобы не засветиться, мы используем группу зачистки. Она состоит из трех частей. Первая — бригада скорой помощи из шести человек, вторая — от четырех до восьми полицейских, и третья — следователь, судебно-медицинский эксперт и патологоанатом. Вместе они называются санитарными крысами. Профессиями врачей, судей и копов они владеют по-настоящему, а удостоверения каждый раз получают поддельные с именами подставных лиц, изменяющихся в зависимости от региона работы. Они приезжают на место, забирают тела, составляют протоколы и отвечают на вопросы свидетелей и уполномоченных лиц. Принимают в случае необходимости заявки на судебные разбирательства, «ловят» опаснейшего преступника, совершившего убийство, и, как правило, предоставляют его уже мёртвым, на радость всем. Они дежурят в ближайших полицейских отделениях и станциях скорой помощи, подключаются к телефонной линии, перехватывая звонок с точки, где мы выполняем задание, бодро отвечают и выезжают. Иногда они нужны нам в качестве пожарной бригады, иногда — в формате строительного подряда. Все действия согласовываются за день-два до предполагаемой даты, иногда репетируются. Труп преступника они обеспечивают наилучшим образом, забирая одного или двух местных молодчиков, недавно вышедших из колонии строгого режима, и убивая за полчаса до «поимки». Варианты смерти разнообразны. Преступник застрелился, не желая отдаваться в руки правосудия, принял яд, выбросился из окна, сломал шею вследствие несчастного случая, падая с лестницы, или взорвался на машине во время погони. Однажды на моем задании марионеточный злодей был раздавлен упавшим балконом. И грустно, и забавно. Ребята знают толк в извращениях.
— Постой… они все-таки убивают?
— Нет. Во главе крысиного отряда стоит наш старший командир. Он руководит каждой операцией по зачистке, лично или дистанционно. И он же тем или иным способом обеспечивает смерть преступнику — лично или дистанционно. Однако вне операций шеф не вмешивается в жизнь санитарных крыс, ни в подготовку, ни в тренировку. У них есть собственные начальники, я, правда, не в курсе, кто они.
— А который шеф? Командир D.?
— Да. Но далеко не все задания требуют зачистки и дополнительных трупов, только такие необычные, как твой экзамен. Ты меня понял? Работа была сложной. Я тобой горжусь.
— Мог бы и не говорить, — я ущипнул Бэла за ляжку. — Когда ты успел связаться с крысами, если я почти сразу вернулся в номер?
— Ты забыл, что лежал совершенно зеленый целый час, ничего не замечая вокруг. А до этого трепетно обнимал раковину. Вот пока ты оклемался, они «почистили» отель.
— Они рассказали тебе о кляпе во рту у Лодевика?
— И рассказали, и показали. Фотографии уже на Facebook.
— Ты шутишь?!
— Нет, — он ловко поддел меня, признаю. Я поднял голову, почти одураченный, и встретился с внимательным взглядом. Теплым и заботливым. — Конечно пошутил. Спи. Утром обратный рейс.
Я послушно уронил голову. Чувствую счастье и сонливость. И ещё немножко боль в шее, но она стихает. И ещё…
Душевное спокойствие поколебала одна крохотная деталь из пояснения Бальтазара.
Командир D. убивает людей на расстоянии.
— Постой… они все-таки убивают?
— Нет. Во главе крысиного отряда стоит наш старший командир. Он руководит каждой операцией по зачистке, лично или дистанционно. И он же тем или иным способом обеспечивает смерть преступнику — лично или дистанционно. Однако вне операций шеф не вмешивается в жизнь санитарных крыс, ни в подготовку, ни в тренировку. У них есть собственные начальники, я, правда, не в курсе, кто они.
— А который шеф? Командир D.?
— Да. Но далеко не все задания требуют зачистки и дополнительных трупов, только такие необычные, как твой экзамен. Ты меня понял? Работа была сложной. Я тобой горжусь.
— Мог бы и не говорить, — я ущипнул Бэла за ляжку. — Когда ты успел связаться с крысами, если я почти сразу вернулся в номер?
— Ты забыл, что лежал совершенно зеленый целый час, ничего не замечая вокруг. А до этого трепетно обнимал раковину. Вот пока ты оклемался, они «почистили» отель.
— Они рассказали тебе о кляпе во рту у Лодевика?
— И рассказали, и показали. Фотографии уже на Facebook.
— Ты шутишь?!
— Нет, — он ловко поддел меня, признаю. Я поднял голову, почти одураченный, и встретился с внимательным взглядом. Теплым и заботливым. — Конечно пошутил. Спи. Утром обратный рейс.
Я послушно уронил голову. Чувствую счастье и сонливость. И ещё немножко боль в шее, но она стихает. И ещё…
Душевное спокойствие поколебала одна крохотная деталь из пояснения Бальтазара.
Командир D. убивает людей на расстоянии.
14. Крик
Он занимается со мной сексом на сырой земле, только-только насыпанной на свежую могилу. На две свежие могилы. Надгробий нет, слишком незначительны были персоны: на деревянных крестах прибиты дешевые таблички. Фамке и Алехандро, любовники, похороненные рядом. Романтично. Даже смерть не разлучила их.
Страница 36 из 63
