Я — человек

— Использование себе подобных, в условиях быстрого износа не рационально. В последующем будущем будет проще и эффективнее использовать человеческий труд.

Мне не хотелось продолжать этот разговор, с тяжёлыми мыслями я лёг спать. Сейчас даже кошмары не могли меня напугать. Я всего лишь подопытная крыса, небольшой кирпичик в плане по производству рабов. Надо что-то делать. Это надо прекратить. Но что я могу. Даже моя смерть не прекратит этот процесс. Ненавижу себя, беспомощный человечишко.

Этой ночью мне не суждено было сомкнуть глаз, мысли о моей беспомощности не покидали меня. Да и не устраивало меня положение подопытного. А что будет, когда моё обследование закончиться, меня убьют? В попытках уснуть, в моей голове родился безумный план, наверно практически невыполнимый, нужно сделать то, чего они никак не ожидают.

Утро. Мне удалось снять перила поддержки с кровати. Я подкрался к запретной двери, наверное, меня уже заметили. Дождавшись пока дверь открылась, я накинулся и начал молотить душкой от кровати своего «врача». Робот явно не ожидал, от меня такой прыти. Постепенно все механические внутренности оголились, робот перестал шевелиться, но сохранил способность говорить.

В лифте не было никакого интерфейса, только пара разъёмов.

— Спускай лифт вниз, к другим людям! — приказал я.

— Вам не стоит этого делать.

— Опускай лифт тварь, — с этими словами нанёс ещё пару ударов по машине.

Из еле живого робота вылетело щупальце и воткнулось в один из разъёмов. Дверь закрылась и лифт тронулся вниз.

— Тебе страшно, ты боишься умереть, ты прекрасно понимаешь, что я могу уничтожить тебя, и ты не сможешь восстановиться, ты хочешь жить. Значит ты всё-таки чувствуешь.

Лифт остановился, двери распахнулись, моему взгляду предстала огромный зал, с бесчисленным количеством огромных колб, наполненных странной жидкостью. В каждой такой колбе был человек.

— Что это?

— Ферма, другие люди — металлическим голосом произнёс искрящий робот.

Вытащив и заклинив двери роботом, вошёл внутрь, в каждой такой колбе человек. Не было видно конца и края этим колбам. Сколько же здесь людей. Приглядевшись, меня сотрясло в ужасе, в одной из колб я увидел себя. Оглядев ещё пару колб, понял, что во всех колбах лежит один и тот же человек и это я. Целая армия подопытных клонов. Теперь понятно, почему мой номер — двести шестьдесят четыре. Надо с этим кончать и, кажется, я знаю как.

Вернувшись к лифту, затащил робота во внутрь кабины и приказал опуститься к энергетическим блокам.

— Чего вы пытаетесь добиться? Вы будете ликвидированы за своё неповиновение.

— Ты думаешь я боюсь смерти?

— Инстинкт самосохранения неотъемлемая часть всех существ.

— Опускай лифт!

Лифт тронулся и через некоторое время остановился. Двери вновь распахнулись. Волоча за собой робота, прошёл вглубь к огромному шлюзу реактора. По сторонам как саранча меня обступали роботы, больше походившие на жуков и осьминогов. Множество щупалец и конечностей. Не знаю почему, но они не нападали на меня, как будто ждали и смотрели, что же будет дальше. Они даже представить не могли, что я собираюсь сделать. Подойдя вплотную к шлюзу приказал роботу:

— Открывай люк! — прокричал сквозь шум и скрежет металла. Вокруг меня сжималось кольцо из машин, видимо они как-то общались с друг другом: издавали какие-то звуки и перемигивались огнями.

— Открыв люк вы погибнете, всё здесь будет заражено.

— Мне не нужны твои отговорки, консервная банка, открывай.

Немного поколебавших робот отключился. Окружившие меня, начали медленно приближаться. Думать нужно быстрее. Посмотрев на затвор, увидел аварийное вскрытие шлюза. Скорее всего оно осталось ещё с тех времён, когда здесь были людьми. В мгновенье подлетев, со всей силы опустил огромный рубильник. Шлюз издал громкий шипящий звук, испарина повалила из-под крышки люка. Раздался звук сирены, начали светиться красные фонари. Шлюз открылся, урановые стержни питания начали выходить из своих гнёзд. Через секунду после открытия, моё тело обдало обжигающим жаром. Роботы вокруг меня остановились. Они продолжали ждать. Мне удалось дотянутся до одного из стержней. Кожа плавилась прямо на мне. Ещё никогда я не чувствовал боль так остро. Во рту, отчётливо ощущался вкус горячей крови. Навалившись всем своим телом, превозмогая боль, мне удалось вынуть стержень. Пальцы рук практически не слушались, сквозь расплавленное мясо проглядывали кости. Последняя вспышка света и я ослеп окончательно. Где-то у себя в голове, я представлял себя со стороны, и вот сейчас в этот самый момент истины выглядел как демон из снов — обожжённый, живой скелет в предсмертной агонии.