Вновь вечер, в квартире полумрак. По телевизору идёт шоу, в котором сейчас пухлая женщина рассказывала как правильно мариновать огурцы. Мама как всегда сидела в кресле, укрывшись клетчатым пледом и попивая чёрный чай с плавающим в нём кусочком лимона, рассказывала какую-то историю из своей юности по второму кругу, наивно полагая, что дочь её внимательно слушает.
Добавить в моё избранное
6 мин, 41 сек 20048
— Марина быстро впрыгнула в кроссовки, пользуясь тем, что мама была занята просмотром нового сериала, который всего несколько минут назад начала смотреть.
Марина проворно прыгала со ступеньки па ступеньку, проигнорировал лифт. Алла жила недалеко, можно дойти пешком. Она сегодня дома сама, родители, как Алла вчера говорила, едут в гости, вернутся только на следующий день, утром, часов в 9-10. Так что времени было даже больше, чем надо.
«Теперь я ей за всё отплачу. — думала Марина, когда подходила к дому своей бывшей» подруги«.»
— Такие как она жить не должны«.»
Вот уже девушка звонила в звонок, ожидая у оббитой чёрным, местами поцарапанным местными хулиганами дерматином. Послышались шаги и музыка, что вопила в квартире, умолкла.
— Кто там? — спросила Алла.
— Это я. Нам надо поговорить. — ответила Марина, пряча пакет за спину, чтобы не вызвать лишних подозрений.
— О чём нам говорить? Мы больше не подруги! — хмыкнула-хихикнула девушка по ту сторону двери.
— Это очень важно. Открой, пожалуйста.
— Марина изобразила слабую и грустную улыбку, внутри радуясь своему артистизму.
— Ну ладно… — протянула раздраженно Алла после длительного молчания, открывая дверь.
— У меня нет времени говорить тут с тобой.
— Не бойся, наш разговор будет недолгим. — ухмыльнулась Марина, оттолкнув Аллу в глубину коридора и притворив за собой дверь, чтобы лишить свою жертву последнего способа бегства.
— Ты что себе позволяешь! — девушка попыталась встать на ноги, но Марина не дала ей этого сделать, толкнув её ногой так, что она снова упала на мягкий ковёр прихожей, что спасоло её от синяков.
На чёрных волосах были бигуди, она крутила кучери, таки собиралась завтра пойти куда-то на вечеринку. На ногах — тапочки-собачки, такие не редкость, к тому же уже стоптанные и поношенные. Ещё на ней была длинная, спортивная кофта на молнии в стразах, на которой поетками были вышиты две вишни. И короткая джинсовая юбка в складку.
— Много чего. — вытащив нож из пакета, сказала Рябиникова, на шаг приближаясь к ней.
— Так что ты там про меня говорила?
— Нии… Ничего…
— Алла начала заикаться и пятиться в сторону ванны.
А Марина в четыре секунды подошла туда и захлопнув дверь, встала возле неё. Так же она закрыла кухню и туалет, пока Алла безрезультатно пыталась открыть входную дверь и убежать.
— Я закрыла её на все замки и походу один заклинило. Какая досада… — натачивая нож до остроты, подметила девушка.
— Давай сначала я отрежу тебе волосы с бигуди, а только потом начну наносить царапины?
— Глупо. Она думала, что я её простила и пожалею… — вытерев нож от крови об кофту, которая была на Алле, хмыкнула Марина.
— Ошиблась.
После этого она переступив труп самой Аллы, что лежал прямо возле выхода, открыла дверь и вышла на лестничную площадку. Тело было изуродовано до неузнаваемости. Марина не жалела Аллу, избивала её и вырезала на коже смайлики, жутко смеясь при этом. А под конец била её головой об стенку, что лицо было в крови и превратилось в месиво. Чтобы девушка мучилась дольше, она взяла с кухни соль и всю высыпала ей на лицо, наслаждаясь предсмертными стонами Аллы. А затем ушла, вытерев ручку двери спиртом. Нож она выкинула в контейнер для мусора, перед этим завернув его назад в пакет. Никто больше ей на пути домой не встретился, кроме пожилой женщины, с которой столкнулась в самом подъезде.
— У подруги была, что ли? — спросила она, улыбнувшись.
— Да, у подруги. Мы с ней поговорили. — ответила Марина, помогая старушке донести сумки до самой двери её квартиры.
— Про мальчиков, небось? Спасибо, деточка, что сумки донести помогла… — старушка занесла сумки в квартиру, захлопнув за собой дверь.
— Нет. Кое о чём другом… — уже самой себе тихо сказала девушка, поднимаясь дальше по ступенькам, к себе домой.
Марина проворно прыгала со ступеньки па ступеньку, проигнорировал лифт. Алла жила недалеко, можно дойти пешком. Она сегодня дома сама, родители, как Алла вчера говорила, едут в гости, вернутся только на следующий день, утром, часов в 9-10. Так что времени было даже больше, чем надо.
«Теперь я ей за всё отплачу. — думала Марина, когда подходила к дому своей бывшей» подруги«.»
— Такие как она жить не должны«.»
Вот уже девушка звонила в звонок, ожидая у оббитой чёрным, местами поцарапанным местными хулиганами дерматином. Послышались шаги и музыка, что вопила в квартире, умолкла.
— Кто там? — спросила Алла.
— Это я. Нам надо поговорить. — ответила Марина, пряча пакет за спину, чтобы не вызвать лишних подозрений.
— О чём нам говорить? Мы больше не подруги! — хмыкнула-хихикнула девушка по ту сторону двери.
— Это очень важно. Открой, пожалуйста.
— Марина изобразила слабую и грустную улыбку, внутри радуясь своему артистизму.
— Ну ладно… — протянула раздраженно Алла после длительного молчания, открывая дверь.
— У меня нет времени говорить тут с тобой.
— Не бойся, наш разговор будет недолгим. — ухмыльнулась Марина, оттолкнув Аллу в глубину коридора и притворив за собой дверь, чтобы лишить свою жертву последнего способа бегства.
— Ты что себе позволяешь! — девушка попыталась встать на ноги, но Марина не дала ей этого сделать, толкнув её ногой так, что она снова упала на мягкий ковёр прихожей, что спасоло её от синяков.
На чёрных волосах были бигуди, она крутила кучери, таки собиралась завтра пойти куда-то на вечеринку. На ногах — тапочки-собачки, такие не редкость, к тому же уже стоптанные и поношенные. Ещё на ней была длинная, спортивная кофта на молнии в стразах, на которой поетками были вышиты две вишни. И короткая джинсовая юбка в складку.
— Много чего. — вытащив нож из пакета, сказала Рябиникова, на шаг приближаясь к ней.
— Так что ты там про меня говорила?
— Нии… Ничего…
— Алла начала заикаться и пятиться в сторону ванны.
А Марина в четыре секунды подошла туда и захлопнув дверь, встала возле неё. Так же она закрыла кухню и туалет, пока Алла безрезультатно пыталась открыть входную дверь и убежать.
— Я закрыла её на все замки и походу один заклинило. Какая досада… — натачивая нож до остроты, подметила девушка.
— Давай сначала я отрежу тебе волосы с бигуди, а только потом начну наносить царапины?
— Глупо. Она думала, что я её простила и пожалею… — вытерев нож от крови об кофту, которая была на Алле, хмыкнула Марина.
— Ошиблась.
После этого она переступив труп самой Аллы, что лежал прямо возле выхода, открыла дверь и вышла на лестничную площадку. Тело было изуродовано до неузнаваемости. Марина не жалела Аллу, избивала её и вырезала на коже смайлики, жутко смеясь при этом. А под конец била её головой об стенку, что лицо было в крови и превратилось в месиво. Чтобы девушка мучилась дольше, она взяла с кухни соль и всю высыпала ей на лицо, наслаждаясь предсмертными стонами Аллы. А затем ушла, вытерев ручку двери спиртом. Нож она выкинула в контейнер для мусора, перед этим завернув его назад в пакет. Никто больше ей на пути домой не встретился, кроме пожилой женщины, с которой столкнулась в самом подъезде.
— У подруги была, что ли? — спросила она, улыбнувшись.
— Да, у подруги. Мы с ней поговорили. — ответила Марина, помогая старушке донести сумки до самой двери её квартиры.
— Про мальчиков, небось? Спасибо, деточка, что сумки донести помогла… — старушка занесла сумки в квартиру, захлопнув за собой дверь.
— Нет. Кое о чём другом… — уже самой себе тихо сказала девушка, поднимаясь дальше по ступенькам, к себе домой.
Страница 2 из 2
