Я вернусь

— Слушайте, а откуда штукатурка-то на обоях? — серьезно поинтересовался Тоби. — Мы же вроде сначала штукатурили, а потом уже клеили. Или нет?

Мы вскочили и побежали в зал.

— Бля… — вырвалось у меня.

— Пиздец. — заключил Тим.

К обоям комьями пристала штукатурка.

— А вы в курсе, что эта хрень не отдирается? — добила нас проснувшаяся Клоки.

Обои пришлось снова обдирать.

— Ребят, а клеить-то нечего, — сказал Худи, роясь в куче материалов. — У нас только краска.

— Какая?

— Всякой полно.

Значит, будем красить. Но все валики Тоби использовал, так как кидался ими с балкона в нелюбимых им бабулек.

Ребята придумали, как сделать зал ярким и красивым за несколько часов. Они тупо выливали краску на стены.

— Зато, оригинально, — улыбнулась Клоки, смотря на разноцветные стены, а потом шепнула мне. — Я бы убила за такую работу.

Не знаю, где этот придурок снова взял конфеты, но когда мы с Клоки вернулись из магазина, черный паркет для пола был прибит к потолку, а черная краска для потолка покрывала пол.

— Вы идиоты, нет? — недовольно поинтересовалась Клоки, проходя в зал.

— А что не так? — с укуреными рожами не понимали парни.

— Придурки, — вздохнула я.

Клоки прошлась по комнате.

— Вы и ковер постелили? — удивилась она, глядя на небольшой белый коврик.

— Ага…

А куда они дели дыру? Спохватилась я слишком поздно. Девушка наступила на ковер и провалилась в дыру.

— Клоки, милая, ты жива? — мигом «протрезвел» Тоби, кидаясь к отверстию.

Цензурными в ответе девушки были только предлоги. Клоки сломала ногу, но удручало ее больше то, что провалилась она к тете Люсе.

Краску и паркет поменяли местами, пол забетонировали. Натыбзили новой белой мебели, поставили в зал. Интерьер получился шикарный.

— Я и не ожидала, что получится так красиво, — улыбнулась я, провожая ребят. — Спасибо.

— Да ладно, — махнул рукой Худи. — Обращайся!

Клоки, сидящая на руках Тоби, помахала мне рукой и они стали спускаться по лестнице.

— Мне тоже пора, — сказал стоящий у двери Маски.

— Но ты вернешься?

— Непременно. Жди и запасайся конфетами. До встречи!

Палево

Когда я шла домой, было уже темно. Ни луны, ни звезд, даже фонари горели как-то тускло. Мне было страшно. По большей части от того, что я чувствовала, что за мной кто-то идет. Тихо, осторожно, чтобы не спугнуть. Соблазн проверить был велик, но страх больше. Сердце то и дело екало. Я не выдержала и побежала.

— Стой, куда же ты! — кто-то дернул меня за шиворот и притянул к себе.

Горло кольнул нож. Я задрожала. Парень с белой кожей, разрезанной улыбкой и черными волосами криво усмехнулся.

— Джефф?

— Откуда ты знаешь?! — опешил он.

— Тим рассказывал.

— Какой?

— Твой… союзник. Маски…

Убийца на мгновение задумался.

— Ага, конечно! — не поверил он. — Попизди мне тут, мерзавка!

Джефф сгреб меня в охапку и куда-то потащил.

— Да правда, говорил! — забрыкалась я. — Он — мой друг! Правда-правда!

— Угу.

— Да честное слово, не трогай меня! А то он тебе мало не покажется! Правда! Помогите! Убива-а-а-ают!

— Заткнись!

Он ударил меня по голове рукоятью ножа.

Очнувшись, я поняла, что привязана к стулу и нахожусь в какой-то серой пустой комнате. Джефф стоял у противоположной стены и поигрывал ножом.

— Да я, правда, знаю Тима! — снова завелась я.

— Угу, — усмехнулся он. — Из новостей.

— Да нет, мы с ним коньяк вместе пили. И дом у меня разгромили! И ремонт он у меня делал!

— Угу, и спали вы раз пять.

— Ну не пять, — смутилась я. — Но…

Джефф подошел и поднял меня за волосы, заставив смотреть ему в лицо.

— Девочка, кому ты рассказываешь сказки? — жестко спросил он. — У нашего Тима роман с Энни, уже месяц, наверное, как целуются-милуются. Он не ходок.

— Как с Энни? — я побледнела.

— Хреновая из тебя актриса, — Джефф отпустил волосы и положил руку на спинку стула. — Ну, что ты можешь, предложить, чтобы сохранить себе жизнь?

— Чтобы я не предлагала — ты меня все равно убьешь. — обреченно сказала я. Как с Энни? Неужели он все это время дурил мне голову?

— Что-то рано ты смерилась. — поник он, но я не ответила. — Эй?

Я мигом очнулась. Меня тут вообще-то убить хотят, а я о каком-то наркомане думаю!

— Подонок ты. — бесстрашно сказала я. К нему можно даже не пытаться искать подход. — Мерзавец. Ничего я тебе предлагать не буду, все равно изнасилуешь, а потом убьешь. — Маски, как ты мог?! Козел!

Джефф опешил.

— Да ты что себе позволяешь, паршивка?!

Он легко разрезал веревки и, схватив меня за шиворот, поставил на ноги. Начал раздевать. А я молчала. И думала о Маски (совсем немного… Единственная тактика — делать вид, что тебе пофиг. Проблема в том, что мне пиздец, как не пофиг!

Но, Маски… Останусь в живых — саморучно придушу! Я, как дура, переживаю, жду, выходки его терплю…

Убийца уже снял с меня платье.

— И тебя это не клепет? — офигевал он.

— Чего? — переспросила я. — Да пошел ты в жопу, мне тут Тим изменил!