Фандом: Дом, в котором. Судорожный вздох опалил лёгкие. Захлебнувшись стоном, он рывком сел на кровати и в тот же миг согнулся пополам от выкручивающей все нервы боли: правую руку прошивало короткими частыми импульсами. Длинные нечесаные волосы занавесили узкое лицо, спрятав незрячие глаза. Обычно он был равнодушен к физической боли, попросту не замечая ее, а уж на Изнанке-то и подавно, но не в этом случае. От этой боли отрешиться не удавалось никогда.
33 мин, 5 сек 4810
Эпилог
Сфинкс торопился домой, перемахивая через самые глубокие лужи, как заправский олимпийский бегун: дождь зарядил внезапно и очень сильно, Сфинкс уже промок до самого белья. Погода вообще чудила в последнее время: после нескольких дней настоящей засухи, когда город почти превратился в выжженную пустыню, небо будто решило пролить весь накопившийся запас жидкости на грязную пыльную Наружность. Залетев в тёмную сырую прихожую и чуть не снеся полку для обуви, он услышал разрывающийся телефон. Сфинкс медленно снял куртку и тупо уставился на чуть ли не подпрыгивающий на пыльном журнальном столике аппарат, трезвонящий словно на пожар. Всё так же медленно он сделал шаг и, протянув «граблю», подцепил трубку.— Они очнулись. Все, — приглушенный помехами голос Рыжего не выражал радости, только усталость и немного удивление.
Сфинкс сполз по стене, выронив издающую короткие гудки трубку. Его потерянный взгляд блуждал по захламленной прихожей, пытаясь зацепиться за что угодно, пока не наткнулся на плетёную жилетку Русалки. В узелках ниток, среди бусин и серебристых цепочек, запуталось белое длинное перо.
Большой грязно-белый волк сосредоточенно выслеживал песьеголового, посмевшего зайти на его территорию. Запах азарта, крови и страха был разлит в ночном воздухе Леса. Принюхавшись к ветру, волк коротко взвыл и, моргнув серебряным глазом, отправился дальше по следу. Он был свободен.
Страница 10 из 10
