Ярость настойчивого человека

Сам Ангерштейн на эту тему ничего не говорил, а те люди, которые могли бы что-то знать, оказались убиты. Поэтому Фриц играл в суде роль любящего мужа и пытался объяснить произошедшую трагедию несчастливым стечением обстоятельств и собственным аффектом. Подобная линия защиты, в отличие от признания умысла, сулила хотя бы призрачную надежду на сохранение жизни. В своём последнем слове обвиняемый сказал, что вину свою признаёт и испытывает раскаяние, заявил, что готов к смерти и примет без ропота на Судьбу любой приговор, но все эти трюизмы не казались искренними. То, как Ангерштейн защищался в суде, свидетельствует о его желании остаться в живых. Чуда, однако, не произошло и в понедельник 13 июля 1925 г. Фриц Ангерштейн был приговорён в восьми смертным казням. Его признали виновным и по остальным пунктам обвинения, но поскольку в Веймарской республике действовал принцип поглощения менее тяжного приговора более тяжким, наказания по менее тяжким статьям обвинения назначать не требовалось. Фриц Ангерштейн отказался от попытки отклонить приговор, видимо, понимая, что придётся заявить 8 апелляций. Даже в случае успеха одной или двух из них, избежать смертной казни убийце всё равно не удалось бы. А надеяться на успех всех восьми ему не приходилось.

Смертный приговор в Германии тех лет осуществлялся в форме декапитации (т. е. отсечения головы) посредством гильотины. Почти через год со времени совершения убийства — в лучах утренней зари 17 ноября 1925 г. — Фриц Ангерштейн был казнён во дворе тюремного замка Фрайдиц в городке Диц, расположенном по соседству с Лимбург-ан-дер-Ланом.

Преступление, совершенное Фрицем Ангерштейном, является классическим примером массового убийства. Преступник продемонстрировал весь набор признаков, характерных для деяний такого рода. В течение долгого времени он жил в состоянии копившейся фрустрации, источником которой служила крайне нездоровая и конфликтная обстановка в семье. Здесь уместно задуматься над тем, почему Ангерштейн мирился с совершенно ненормальными отношениями и порядками, заведенными его женой и тёщей. Безусловно, его долготерпение явилялось следствием глубоко личностных предпочтений. Другими словами, он жил так, как по его мнению, ему надлежало жить. Поскольку его брачный союз был благославлен в церкви, Фриц мог считать, что неудачный брак — это своего рода его земной крест, который ему надлежит нести пожизненно. Трудно сказать, какие именно он находил этому объяснения, но не подлежит сомнению, что долгие годы будущий убийца стоически тянул лямку, пребывая в уверенности, будто живёт по-христиански. Наверное, он верил в силу своего характера, закаленного тяжёлыми испытаниями детства, считал, что если не умер в детстве от смертельной болезни, то значит, у Бога имеется для него особый план. Вера в своё особое мистическое предназначение могла укреплять Ангершейтна долгие годы, он умел сдерживать растущую фрустрацию, не подавать вида, что тяжело страдает внутри.

Людей внутренне сильных, но сдержанных в проявлении эмоций, окружающие часто считают слабыми, никчёмными и неспособными на яркий поступок. Но английский поэт Джон Драйден не зря написал в одном из стихотворений: «бойтесь ярости настойчивого человека!» Когда терпение Ангерштейна лопнуло, точно натянутая струна, и подавляемая долгие годы ярость подчинила его себе случилось страшное…

Спусковым крючком, запустившим цепочку фатальных событий, явился, безусловно, внезпный аудит. Точнее, его результаты, убедительно доказашие ведение Ангерштейном двойной бухгалтерии и многочисленные финансовые злоупотребления. Фриц понял, что мир, в котором он жил, рушится и притом рушится безвозвратно. Впереди его ждёт с большой веротяностью тюрьма… И вот тут ярость вырвалась наружу — это была ненависть к жене, тёще, кухарке… всем тем людям, которым Ангерштейн принёс в жертву свою жизнь. Теперь ему предстояло опозориться на весь белый свет и отправиться за решётку, а виновницам его падения… ничего не грозило!

Дальнейшее нам уже известно. Кинжал, топор, канистра с бензином…