Фандом: Ориджиналы. Теперь-то он сообразил, что ему напомнили необычные глаза Серхи: именно такой расцветки была добываемая на землях людей яшма — невзрачный полудрагоценный камень, который, однако же, обладал сильными свойствами, связанными с магией и магическими существами. У людей яшма являлась одним из основных камней для защиты любимых и слабых, а также для подпитки и равновесия энергии магов земли. А вот у демонов… Для демона из Песков Огненных Мантикор яшма была… погибелью.
232 мин, 1 сек 18261
— Как скажешь, — помолчав, произнёс парень. Скривившись, он отодвинул почти пустую тарелку и поднялся из-за стола, а завалившись на постель и повернувшись спиной к мужчине, пробурчал: — Передай, пусть принесут мне кувшин вина. А лучше два. И, Шан, — так тихо добавил чародей, что Шандир не услышал бы, если б с горечью не оглянулся на него с порога, — пожалуйста, сделай мне одолжение. Не приводи этого… сюда, хорошо? Хоть где его кувыркай, но…
— Хорошо, — прервал его демон и вышел из комнаты.
Интересно, знал ли Яспе, что он долго ещё стоял под дверью, сомневаясь в своём решении? Стоило оказаться за порогом, как принца потянуло назад, к явно расстроенному человеку, и перспектива получить облегчение с Ани уже совсем не привлекала.
Зачем всё это? Зачем обманывать себя и других? Никому не под силу справиться с мороком, насланным Серхой, кроме него самого. Зачем идти к другому, когда тот, к кому стремятся и тело, и душа, остался в этой комнате, подавленный из-за его, Сатори, грубости? Может, стоит вернуться, и… пусть оттолкнёт!
И только возможное согласие удерживало охотника от обратного шага — к нему он всё ещё не был готов, всё ещё боролся с собой, отчаянно взывая к задремавшей неприязни.
Лишь спустившись вниз, Шандир почувствовал некоторое облегчение — Аней'лин был уже здесь и, естественно, сразу увидел его, а значит, назад дороги нет.
При появлении мужчины в белоснежном одеянии движения стройного юноши в полупрозрачной тунике и шароварах, танцующего на двух сдвинутых столах, мгновенно стали томными, зазывающими и тягучими, будто патока. Ани следил за демоном из-под длинных светлых ресниц, ведя тонкими ладонями по бёдрам, белая гладкая кожа которых виднелась через прорези в ткани штанишек. На его изящных запястьях и лодыжках переливчато позвякивали браслеты с крошечными бубенчиками, а длинные серьги в острых ушках вторили им перезвоном монеток, их украшающих. Ласково улыбнувшись, эльф поднял руки и медленно повернулся вокруг своей оси, заманивая гибкими движениями бёдер и круглой попкой под плащом роскошных золотистых волос.
Конечно, танцовщик прекрасно знал, как это действует на принца из Песков Огненных Мантикор — обычно тот набрасывался на юношу, едва он слезал со своего импровизированного помоста, но… в этот раз что-то было не так с Сатори.
Вместо точёной фигурки Аней'лина, охотник, облокотившийся на стойку, видел иной силуэт, широкоплечий и крепкий, с вытянутым, точно у кошки, телом. Не светло-зелёные глаза звали, а тёмные, яркие, колдовские… И губы, и руки… и даже мысли были другими в голове Шандира: умеет ли Яспе танцевать так же плавно, или его движения были бы порывистыми, страстными, дурманящими, словно благовония жрецов?
Даже в глазах потемнело. Демон развернулся к Морану, пританцовывающему за стойкой с влюблённо-глупым выражением лица, и прорычал, стукнув кулаком по отполированной поверхности:
— Налей мне чего-нибудь покрепче!
— Как ты распалился, — протянул тавернщик, наградив его неодобрительным взглядом. — И чего тебе не сиделось в комнате?
— Ты нальёшь мне или нет? И, кстати, — принц махнул рукой в сторону лестницы наверх, — пошли кого-нибудь, пусть отнесут ему два кувшина вина.
Человек хмыкнул, подавая нетерпеливому Сатори стакан с тягучим багровым питьём.
— Тоже покрепче? Ну так и пили бы вместе, в чём проблема? Ладно-ладно, — торопливо пробормотал он, когда охотник сдёрнул с лица конец полотна карны и наклонился, гневно оскалившись. — Было бы из-за чего так кипятиться…
Да вроде бы и не из-за чего, но Шандира просто-таки трясло от ярости. Хотелось разбить или сломать что-нибудь, лишь бы дать выход тягостному напряжению, однако этому мешало уважение к хозяину и остатки природной сдержанности. Так что единственным выходом из этой ситуации оставалось залиться хмелем по глотку и наконец отрешиться от всего хотя бы на несколько часов.
Он опрокинул в себя вино и прижал ладонь тыльной стороной ко рту — напиток был чересчур крепким, но как раз таким, каким нужно. Хмель обжёг пустой желудок и хлынул в вены, разливая по сознанию демона муть и, как ни странно, отчётливое понимание — зря он спустился сюда. Ему не стало лучше, наоборот — к чувству безысходности и отчаяния прибавилось ещё и отвращение к самому себе. Лгун и, что хуже всего, трус, а ведь был всегда честен и смел в своих поступках…
Поморщившись от невозможности навалять некоему хвостатому тупице, Шандир жестом потребовал повторную порцию, за которой, одна за другой, последовали не меньше десятка её ядрёных сестриц. А может, и больше, он не вёл им счёт.
В конце концов принц так увлёкся, что Морану пришлось постучать по стойке, но тот уже и сам почувствовал — за мгновение до того, как вокруг его шеи обвились тонкие нежные руки, обоняния коснулся знакомый сладковато-свежий запах.
— Здравствуй, мой любимый! — Ани повис на мужчине, радостно заглядывая ему в глаза. — Я так скучал… никак не мог дождаться, когда же увижу тебя.
— Хорошо, — прервал его демон и вышел из комнаты.
Интересно, знал ли Яспе, что он долго ещё стоял под дверью, сомневаясь в своём решении? Стоило оказаться за порогом, как принца потянуло назад, к явно расстроенному человеку, и перспектива получить облегчение с Ани уже совсем не привлекала.
Зачем всё это? Зачем обманывать себя и других? Никому не под силу справиться с мороком, насланным Серхой, кроме него самого. Зачем идти к другому, когда тот, к кому стремятся и тело, и душа, остался в этой комнате, подавленный из-за его, Сатори, грубости? Может, стоит вернуться, и… пусть оттолкнёт!
И только возможное согласие удерживало охотника от обратного шага — к нему он всё ещё не был готов, всё ещё боролся с собой, отчаянно взывая к задремавшей неприязни.
Лишь спустившись вниз, Шандир почувствовал некоторое облегчение — Аней'лин был уже здесь и, естественно, сразу увидел его, а значит, назад дороги нет.
При появлении мужчины в белоснежном одеянии движения стройного юноши в полупрозрачной тунике и шароварах, танцующего на двух сдвинутых столах, мгновенно стали томными, зазывающими и тягучими, будто патока. Ани следил за демоном из-под длинных светлых ресниц, ведя тонкими ладонями по бёдрам, белая гладкая кожа которых виднелась через прорези в ткани штанишек. На его изящных запястьях и лодыжках переливчато позвякивали браслеты с крошечными бубенчиками, а длинные серьги в острых ушках вторили им перезвоном монеток, их украшающих. Ласково улыбнувшись, эльф поднял руки и медленно повернулся вокруг своей оси, заманивая гибкими движениями бёдер и круглой попкой под плащом роскошных золотистых волос.
Конечно, танцовщик прекрасно знал, как это действует на принца из Песков Огненных Мантикор — обычно тот набрасывался на юношу, едва он слезал со своего импровизированного помоста, но… в этот раз что-то было не так с Сатори.
Вместо точёной фигурки Аней'лина, охотник, облокотившийся на стойку, видел иной силуэт, широкоплечий и крепкий, с вытянутым, точно у кошки, телом. Не светло-зелёные глаза звали, а тёмные, яркие, колдовские… И губы, и руки… и даже мысли были другими в голове Шандира: умеет ли Яспе танцевать так же плавно, или его движения были бы порывистыми, страстными, дурманящими, словно благовония жрецов?
Даже в глазах потемнело. Демон развернулся к Морану, пританцовывающему за стойкой с влюблённо-глупым выражением лица, и прорычал, стукнув кулаком по отполированной поверхности:
— Налей мне чего-нибудь покрепче!
— Как ты распалился, — протянул тавернщик, наградив его неодобрительным взглядом. — И чего тебе не сиделось в комнате?
— Ты нальёшь мне или нет? И, кстати, — принц махнул рукой в сторону лестницы наверх, — пошли кого-нибудь, пусть отнесут ему два кувшина вина.
Человек хмыкнул, подавая нетерпеливому Сатори стакан с тягучим багровым питьём.
— Тоже покрепче? Ну так и пили бы вместе, в чём проблема? Ладно-ладно, — торопливо пробормотал он, когда охотник сдёрнул с лица конец полотна карны и наклонился, гневно оскалившись. — Было бы из-за чего так кипятиться…
Да вроде бы и не из-за чего, но Шандира просто-таки трясло от ярости. Хотелось разбить или сломать что-нибудь, лишь бы дать выход тягостному напряжению, однако этому мешало уважение к хозяину и остатки природной сдержанности. Так что единственным выходом из этой ситуации оставалось залиться хмелем по глотку и наконец отрешиться от всего хотя бы на несколько часов.
Он опрокинул в себя вино и прижал ладонь тыльной стороной ко рту — напиток был чересчур крепким, но как раз таким, каким нужно. Хмель обжёг пустой желудок и хлынул в вены, разливая по сознанию демона муть и, как ни странно, отчётливое понимание — зря он спустился сюда. Ему не стало лучше, наоборот — к чувству безысходности и отчаяния прибавилось ещё и отвращение к самому себе. Лгун и, что хуже всего, трус, а ведь был всегда честен и смел в своих поступках…
Поморщившись от невозможности навалять некоему хвостатому тупице, Шандир жестом потребовал повторную порцию, за которой, одна за другой, последовали не меньше десятка её ядрёных сестриц. А может, и больше, он не вёл им счёт.
В конце концов принц так увлёкся, что Морану пришлось постучать по стойке, но тот уже и сам почувствовал — за мгновение до того, как вокруг его шеи обвились тонкие нежные руки, обоняния коснулся знакомый сладковато-свежий запах.
— Здравствуй, мой любимый! — Ани повис на мужчине, радостно заглядывая ему в глаза. — Я так скучал… никак не мог дождаться, когда же увижу тебя.
Страница 18 из 65
