Фандом: Ориджиналы. Теперь-то он сообразил, что ему напомнили необычные глаза Серхи: именно такой расцветки была добываемая на землях людей яшма — невзрачный полудрагоценный камень, который, однако же, обладал сильными свойствами, связанными с магией и магическими существами. У людей яшма являлась одним из основных камней для защиты любимых и слабых, а также для подпитки и равновесия энергии магов земли. А вот у демонов… Для демона из Песков Огненных Мантикор яшма была… погибелью.
232 мин, 1 сек 18267
Парень закатил глаза и с досадливым вздохом полез в седло, и вот тут охотник, не выдержав, рассмеялся — ну а что, у них неплохо получалось перенимать забавные привычки друг друга. По крайней мере, Шандир теперь хорошо знал, как выглядит он сам, то и дело возводя очи горé.
— Да ладно тебе, — со смешком сказал он, когда они шагом выехали на коварную, разбитую вчерашним ливнем дорогу. — Ну хочешь, я его прокипячу вечером?
— Дело не в этом, — покачал головой маг, а демон не без удовольствия заметил, что лицо спутника чуть просветлело. — Я просто не хочу ехать к этому мастеру Тамур'тину. Если б я был один, то уже повернул бы в какую-нибудь другую сторону. Мне необязательно видеться с ним, чтобы знать, что он мне не поможет.
Принц взглянул на него украдкой с огорчением. Ему очень хотелось разобраться, узнать всё о терзающем чародея недуге, как-то помочь, ведь должно быть хоть что-то, что бы подействовало, но, к сожалению, эта тема по-прежнему оставалась под запретом. То есть они лишь вскользь касались её, как сейчас, но Сатори не сомневался — стоит ему спросить лишнее, попытаться нажать, и человек вывернется, словно скользкая речная рыба, а потом долго ещё будет отмалчиваться. Это охотник уже прошёл. А потому не задавал вопросов, надеясь, что со временем, когда между ними будет чуть больше доверия, Серха откроется сам. Впрочем, это была не единственная запретная тема: прошлое, как Яспе, так и самого Шандира, почти не затрагивалось… вдобавок к этому, демон ни разу не заговорил о той ночи в Амарнуме, событий которой так до сих пор и не вспомнил, к своему стыду.
— В другую сторону? Не назад?
Парень покривился.
— Ну нет уж. Ненавижу Школу. Само собой, потом бы вернулся, по-другому никак, но сначала поездил бы по королевству, насладился бы свободой… А ты что собираешься делать, когда привезёшь меня обратно?
Принц помрачнел и отвернулся, избегая внимательного взгляда мага. О том, что будет после, он не хотел задумываться ни на секунду, от души желая, чтобы их путешествие длилось как можно дольше. Быть рядом с этим человеком, сидеть в одном седле или у костра, вдыхать терпкий запах тёмных волос и наблюдать за бликами в яшмовых глазах, да просто дышать Ясом — стало какой-то ненормальной жаждой, жизненной необходимостью. Неужели… влюбился?
Сатори направил жеребца в обход огромной лужи, задумчиво покачивая головой. Да откуда ему знать о любви? Ничего подобного своим чувствам к Яспе он никогда не испытывал. Или… просто и не любил никогда… так? В общем-то, какая разница? Любовь или симпатия, или вообще что-то иное… это не имеет абсолютно никакого значения, пока охотник не начнёт доверять чародею хотя бы чуть меньше, чем полностью, а для этого нужно знать не в пример больше теперешнего.
Однако подобное положение вещей нисколько не умаляло того факта, что Серха день ото дня становился всё более желанным. Шандир всё чаще ловил себя на мысли, что подолгу то нежным, то страстным взглядом чертит резковатый и мужественный профиль его лица, уделяя большее внимание бледным губам и почему-то ресницам, недлинным, но таким густым и смешно рыжим на солнце; что глупо затаивает дыхание, следя за красноватыми всполохами во вьющихся каштановых волосах, и наоборот — неистово принюхивается, когда ветерок шевелит непокорные буйные прядки; что жадно ловит даже мимолётный взгляд и… зачем-то отводит свой, всё-таки поймав его. Демона бешено манили эти плавные линии умеренно тренированного тела, поджарого, но крепкого, ширококостного, как и разворот отнюдь не покатых плеч, и узкий гибкий стан. Ко всему прочему, Яспе восхищал его начитанностью и знаниями, а также навыками боя — чародей, оказавшийся вполне себе боевым, мог повергнуть противника даже простой палкой, уж это принц прекрасно испытал на собственной шкуре, вызвав как-то спутника на шутливый бой. Вот только Сатори ни разу не видел его в действии как мага — это безмерно интриговало и несколько расстраивало, но не потому, что ему действительно хотелось этих демонстраций, а оттого, что парня явно беспокоило что-то связанное с магией. Он вообще очень щепетильно относился ко всем этим вещам — чарам, Школе и чародеям, и жутко заинтересованный охотник заставлял себя деликатно обходить их в разговорах, чтобы лишний раз не тревожить человека. В конце концов, он уже отлично понял, что не один тут такой, страшащийся доверять…
— Да ладно тебе, — со смешком сказал он, когда они шагом выехали на коварную, разбитую вчерашним ливнем дорогу. — Ну хочешь, я его прокипячу вечером?
— Дело не в этом, — покачал головой маг, а демон не без удовольствия заметил, что лицо спутника чуть просветлело. — Я просто не хочу ехать к этому мастеру Тамур'тину. Если б я был один, то уже повернул бы в какую-нибудь другую сторону. Мне необязательно видеться с ним, чтобы знать, что он мне не поможет.
Принц взглянул на него украдкой с огорчением. Ему очень хотелось разобраться, узнать всё о терзающем чародея недуге, как-то помочь, ведь должно быть хоть что-то, что бы подействовало, но, к сожалению, эта тема по-прежнему оставалась под запретом. То есть они лишь вскользь касались её, как сейчас, но Сатори не сомневался — стоит ему спросить лишнее, попытаться нажать, и человек вывернется, словно скользкая речная рыба, а потом долго ещё будет отмалчиваться. Это охотник уже прошёл. А потому не задавал вопросов, надеясь, что со временем, когда между ними будет чуть больше доверия, Серха откроется сам. Впрочем, это была не единственная запретная тема: прошлое, как Яспе, так и самого Шандира, почти не затрагивалось… вдобавок к этому, демон ни разу не заговорил о той ночи в Амарнуме, событий которой так до сих пор и не вспомнил, к своему стыду.
— В другую сторону? Не назад?
Парень покривился.
— Ну нет уж. Ненавижу Школу. Само собой, потом бы вернулся, по-другому никак, но сначала поездил бы по королевству, насладился бы свободой… А ты что собираешься делать, когда привезёшь меня обратно?
Принц помрачнел и отвернулся, избегая внимательного взгляда мага. О том, что будет после, он не хотел задумываться ни на секунду, от души желая, чтобы их путешествие длилось как можно дольше. Быть рядом с этим человеком, сидеть в одном седле или у костра, вдыхать терпкий запах тёмных волос и наблюдать за бликами в яшмовых глазах, да просто дышать Ясом — стало какой-то ненормальной жаждой, жизненной необходимостью. Неужели… влюбился?
Сатори направил жеребца в обход огромной лужи, задумчиво покачивая головой. Да откуда ему знать о любви? Ничего подобного своим чувствам к Яспе он никогда не испытывал. Или… просто и не любил никогда… так? В общем-то, какая разница? Любовь или симпатия, или вообще что-то иное… это не имеет абсолютно никакого значения, пока охотник не начнёт доверять чародею хотя бы чуть меньше, чем полностью, а для этого нужно знать не в пример больше теперешнего.
Однако подобное положение вещей нисколько не умаляло того факта, что Серха день ото дня становился всё более желанным. Шандир всё чаще ловил себя на мысли, что подолгу то нежным, то страстным взглядом чертит резковатый и мужественный профиль его лица, уделяя большее внимание бледным губам и почему-то ресницам, недлинным, но таким густым и смешно рыжим на солнце; что глупо затаивает дыхание, следя за красноватыми всполохами во вьющихся каштановых волосах, и наоборот — неистово принюхивается, когда ветерок шевелит непокорные буйные прядки; что жадно ловит даже мимолётный взгляд и… зачем-то отводит свой, всё-таки поймав его. Демона бешено манили эти плавные линии умеренно тренированного тела, поджарого, но крепкого, ширококостного, как и разворот отнюдь не покатых плеч, и узкий гибкий стан. Ко всему прочему, Яспе восхищал его начитанностью и знаниями, а также навыками боя — чародей, оказавшийся вполне себе боевым, мог повергнуть противника даже простой палкой, уж это принц прекрасно испытал на собственной шкуре, вызвав как-то спутника на шутливый бой. Вот только Сатори ни разу не видел его в действии как мага — это безмерно интриговало и несколько расстраивало, но не потому, что ему действительно хотелось этих демонстраций, а оттого, что парня явно беспокоило что-то связанное с магией. Он вообще очень щепетильно относился ко всем этим вещам — чарам, Школе и чародеям, и жутко заинтересованный охотник заставлял себя деликатно обходить их в разговорах, чтобы лишний раз не тревожить человека. В конце концов, он уже отлично понял, что не один тут такой, страшащийся доверять…
Страница 24 из 65
