Около 5 часов утра 30 октября 1975 г. 9-летняя Соня МакКенн, проживавшая в районе Скотт-Холл роад, в городе Лидсе, Великобритания, обратилась к соседям за помощью, сообщив, что ее мама не явилась ночью домой. Соседи были прекрасно осведомлены о том, что мама Сони — 28-летняя Виломена МакКенн — занималась проституцией и периодически не являлась ночевать, но они также знали, что в таких случаях она непременно предупреждала об этом детей (которых у нее было четверо). Тот факт, что Виломена без предупреждения не пришла домой показался соседям достаточным основанием для беспокойства и они позвонили в полицию.
Идея эта, неплохая сама по себе, имела один (но очень существенный) недостаток: она заваливала оперативных работников горами информации, реальную ценность которой невозможно было оценить. В течение первого полугодия 1980 г. в архиве оперативного штаба, занятого поисками «Потрошителя», оказались списки с более чем 200 тысячами номеров легковых и грузовых автомашин, водители которых по тем или иным причинам привлекли к себе внимание полиции. Было совершенно непонятно, что делать с таким массивом информации.
Положение еще более усугублялось большим объемом информации, поступавшей по оперативным каналам из среды профессиональных проституток, работавших полицейскими осведомителями. К этому надо добавить настоящий шквал анонимных писем и телефонных звонков, который обрушился на полицию Западного Йоркшира после начала общенациональной «пропагандистской компании» в конце лета 1979 г. Встревоженные жители Великобритании спешили сообщить в правоохранительные органы о своих соседях, коллегах по работе, друзьях и родственниках, казавшихся им в силу тех или иных причин подозрительными. В течение 1980 г. было получено более 8 тысяч таких письменных доносов, из них более 7 тыс. оказались анонимными. Этот поток информации тоже требовал тщательной проверки. Несмотря на то, что в подчинении оперативного штаба находились весьма значительные полицейские силы (около 150 детективов), он не успевал обрабатывать поступавшие данные и должным образом реагировать на меняющуюся обстановку.
Официально считалось, что на протяжении весны, лета и осени 1980 г. «Йоркширский Потрошитель» не совершал новых нападений. Его последней жертвой считалась Барбара Лич, погибшая в ночь на 2 сентября 1979 г.
Поздним вечером 17 ноября 1980 г. Амир Хуссейн, иранский студент, обучавшийся в университете Лидса, направлялся в общежитие, расположенное в Хиденгли позади большого торгового центра «Арндейл». В темной аллее он поднял с земли дамскую сумочку, которую принес в свою комнату. Там как раз шла веселая студенческая попойка, в которой участвовали пятеро человек. Хуссейн продемонстрировал друзьям странную находку. Оказалось, что в сумочке лежат косметичка, ключи, кошелек с деньгами и пр., сама же сумочка перепачкана чем-то, похожим на кровь. Присутствовавший на студенческой вечеринке Энтони Госден, в прошлом инспектор полиции Гонконга, рекомендовал Хуссейну вызвать полицию и сделать заявление о подозрительной находке.
Амир так и поступил. Прибывшему полицейскому наряду он вручил сумочку и описал место, где ее подобрал. Полицейские вышли из общежития и несколько раз прошли по темной алллее, посвечивая фонариками. Не заметив ничего подозрительного, они в конце-концов убыли. На следующее утро — около 10.10 — менеджер торгового центра «Арндейл» Дональд Курт в кустах рядом с аллеей обнаружил женский труп, принадлежавший студентке третьего курса местного университета 20-летней Жаклин Хилл.
Убийца действовал с чрезвычайной жестокостью. Девушка сначала была оглушена по крайней мере двумя ударами молотка, затем преступник перетащил ее подальше от дорожки, где принялся срывать и разбрасывать в разные стороны одежду жертвы. На теле Жаклин Хилл были найдены многочисленные раны, нанесенные отверткой, правый глаз погибшей был выколот.
На дорожке остались очки Жаклин и правая перчатка, которые она уронила вместе с сумочкий в момент нападения. Лишь невниманием полицейских, осматривавших дорожку накануне вечером, можно объяснить тот факт, что они не увидели этих очевидных свидетельств нападения. Из-за формального отношения патрульных к своему долгу были бездарно потеряны более 12 часов. Ночной дождь смыл следы, которые мог оставить на месте преступления убийца.