В 2006 я наконец съехал от родителей и снял квартиру на Беговой, старая 6-этажная сталинка. Потрясающая двухкомнатная квартирка, которая располагалась так, что проходила сквозь весь дом, то есть у меня было два балкона, которые выходили на разные стороны дома. Первое время я жил без особых приключений. Приходил домой с работы, мылся, садился за комп. К часу ночи я ложился и засыпал.
Добавить в моё избранное
7 мин, 29 сек 16614
Я оцепенел и продолжил слушать. Крики были достаточно громкими, но из-за шума их было трудно разобрать. За первым громким криком последовало еще 9 криков, которые становили все тише и тише, словно кричащий привыкал к той боли из-за которой он и кричал. Затем послышался грохот, словно кто-то рухнул на паркетный пол, а затем тут же раздался довольно громкий всхлип и вой.
Тут мне стало дьявольски страшно. Я не знал, что мне делать. Точнее я точно знал, что мне нужно сделать, но чудовищно боялся этого. Мне так не хотелось лезть к нему в квартиру, но я точно знал, что я сделаю это. Ведь я доктор, я должен помогать. Это словно безусловный рефлекс. За стеной крики и стенания, значит надо лезть туда. Но все это казалось страшным.
Короче говоря, я собрался и вылез на балкон, на всякий случай прихватив нож. Еще были сумерки и я решил поспешить. Перепрыгнул расстояние между балконами и залез на соседский балкон. Я попытался присмотреться через стекло, что же там в комнате, но освещение и занавески не позволили. Должен сказать, что вид занавесок сам по себе заставил меня бояться. Она вся была в ожогах и царапинах. Я постоял немного на балконе и собрав в кулак смелость толкнул дверь перед собой. Она поддалась с большим трудом, было видно, что ее никто не открывал уже много лет. Из створки на меня дунул невероятно вонючий, затхлый воздух, словно я залез в какой-то сортир. Протолкнув дверь, я пролез мимо занавесок в комнату, оставив дверь за собой открытой — для воздуха и освещения. Я поднял взгляд с ручки двери, чтобы осмотреть комнату.
Это была самая настоящая дикость. Я увидел нечто неописуемое, мое сердце сжалось, а по телу прошла дрожь. Все, абсолютно все в комнате было расцарапано надписями, от паркетного пола до потолка, измазано старой и не очень старой кровью, замазано различными испражнениями, все воняет, все затухло, повсюду пыль и паутины! Мебель, стены, все было расцарапано надписями со словами «Я НЕ Я», «ОИ ЗАЕЕ ИИУМЕНЯ НЕЯЯ ЯНЕ».
В дальнем углу лежало абсолютно бледное, чуть ли не синее, полностью раздетое и невероятно худое тело. Оно тихо сопело и стонало. Тело все было в царапинах, которые повторяли надписи на стене. Он был весь измазан кровью разной степени старости, от коричневого до алого цвета. Одна рука была на голове, поэтому я мог видеть изуродованные пальцы, которые все были в крови. От тела шло два кровавых шлейфа, кровь была свежей. Увидев все это я замер, я просто не мог пошевелиться. Это был не столько страх самосохранения, а страх от невероятности этого. Я просто не мог поверить. В двадцати сантиметрах от моей комнаты находится ЭТО!
Придя в себя, я сделал неуверенный шаг в сторону тела. Тут раздался странный хруст и я ощутил, что на что-то наступил. От звука шага и хруста тело резко повернулось на спину и взглянуло на меня бешеными красными глазами. Все его лицо было расцарапано и измазано кровью, словно на меня смотрела жертва жестоких пыток. Его глаза, полные безумия уткнулись в меня, но я не ощутил никакой тяжести взгляда. Словно я не существую в мире, словно я его галлюцинация. Я медленно двинул ногу, чтобы посмотреть, на что я наступил. И моему взору предстал человеческий палец. Палец ноги в луже свежей крови. Я медленно поднял взгляд и посмотрел на ноги жильца этой квартиры, а потом на его лицо и мне стало понятно, что это были за 10 криков. Просто он откусил себе пальцы ног. Каждый по очереди.
Что было со мной дальше я не помню. Я помню, как очнулся на лестнице в подъезде. Меня привели в чувство сотрудники скорой помощи. Оказалось, что я звонил в скорую и милицию. Они вывезли меня в подъезд, чтобы не стоять в той вони. Беднягу художника они забрали и увезли. Я мог бы узнать куда, мог бы даже заняться его делами, так как сам врач. Но мне ни за что не хотелось знать, что за ужас, что за боль заставили его прийти к такому образу жизни, к такому образу страданий. Что он видел и что чувствовал каждый день. Не знаю и совершенно не хочу знать.
Тут мне стало дьявольски страшно. Я не знал, что мне делать. Точнее я точно знал, что мне нужно сделать, но чудовищно боялся этого. Мне так не хотелось лезть к нему в квартиру, но я точно знал, что я сделаю это. Ведь я доктор, я должен помогать. Это словно безусловный рефлекс. За стеной крики и стенания, значит надо лезть туда. Но все это казалось страшным.
Короче говоря, я собрался и вылез на балкон, на всякий случай прихватив нож. Еще были сумерки и я решил поспешить. Перепрыгнул расстояние между балконами и залез на соседский балкон. Я попытался присмотреться через стекло, что же там в комнате, но освещение и занавески не позволили. Должен сказать, что вид занавесок сам по себе заставил меня бояться. Она вся была в ожогах и царапинах. Я постоял немного на балконе и собрав в кулак смелость толкнул дверь перед собой. Она поддалась с большим трудом, было видно, что ее никто не открывал уже много лет. Из створки на меня дунул невероятно вонючий, затхлый воздух, словно я залез в какой-то сортир. Протолкнув дверь, я пролез мимо занавесок в комнату, оставив дверь за собой открытой — для воздуха и освещения. Я поднял взгляд с ручки двери, чтобы осмотреть комнату.
Это была самая настоящая дикость. Я увидел нечто неописуемое, мое сердце сжалось, а по телу прошла дрожь. Все, абсолютно все в комнате было расцарапано надписями, от паркетного пола до потолка, измазано старой и не очень старой кровью, замазано различными испражнениями, все воняет, все затухло, повсюду пыль и паутины! Мебель, стены, все было расцарапано надписями со словами «Я НЕ Я», «ОИ ЗАЕЕ ИИУМЕНЯ НЕЯЯ ЯНЕ».
В дальнем углу лежало абсолютно бледное, чуть ли не синее, полностью раздетое и невероятно худое тело. Оно тихо сопело и стонало. Тело все было в царапинах, которые повторяли надписи на стене. Он был весь измазан кровью разной степени старости, от коричневого до алого цвета. Одна рука была на голове, поэтому я мог видеть изуродованные пальцы, которые все были в крови. От тела шло два кровавых шлейфа, кровь была свежей. Увидев все это я замер, я просто не мог пошевелиться. Это был не столько страх самосохранения, а страх от невероятности этого. Я просто не мог поверить. В двадцати сантиметрах от моей комнаты находится ЭТО!
Придя в себя, я сделал неуверенный шаг в сторону тела. Тут раздался странный хруст и я ощутил, что на что-то наступил. От звука шага и хруста тело резко повернулось на спину и взглянуло на меня бешеными красными глазами. Все его лицо было расцарапано и измазано кровью, словно на меня смотрела жертва жестоких пыток. Его глаза, полные безумия уткнулись в меня, но я не ощутил никакой тяжести взгляда. Словно я не существую в мире, словно я его галлюцинация. Я медленно двинул ногу, чтобы посмотреть, на что я наступил. И моему взору предстал человеческий палец. Палец ноги в луже свежей крови. Я медленно поднял взгляд и посмотрел на ноги жильца этой квартиры, а потом на его лицо и мне стало понятно, что это были за 10 криков. Просто он откусил себе пальцы ног. Каждый по очереди.
Что было со мной дальше я не помню. Я помню, как очнулся на лестнице в подъезде. Меня привели в чувство сотрудники скорой помощи. Оказалось, что я звонил в скорую и милицию. Они вывезли меня в подъезд, чтобы не стоять в той вони. Беднягу художника они забрали и увезли. Я мог бы узнать куда, мог бы даже заняться его делами, так как сам врач. Но мне ни за что не хотелось знать, что за ужас, что за боль заставили его прийти к такому образу жизни, к такому образу страданий. Что он видел и что чувствовал каждый день. Не знаю и совершенно не хочу знать.
Страница 2 из 2
