Фандом: Шерлок BBC. После взрыва в басейне у Шерлока обнаруживается очень специфическая амнезия. Кейс с благодарностью взят у АКД и любое сходство не случайно.
67 мин, 44 сек 16875
С этой мыслью я засыпаю.
Вода. Речной запах. Майкрофт.
«Вы действительно хотите удалить выделенные файлы?»
«Да»
Просыпаясь, я слышу чужие незнакомые шаги. Кто-то бесцеремонно, не скрываясь, ходит по моей квартире.
Человек Мориарти? Просто грабитель?
Соскакиваю с кровати, хватаю пистолет и осторожно приоткрываю дверь. Выглянув в щель, оцениваю опасность.
Невысокий мужчина в джинсах и свитере — вот наглец, даже снял уличную одежду! Незнакомец перекладывает вещи на столике. Он не выглядит напряженным, такое ощущение, что уверен: квартира пуста и неожиданностей не будет. Что ж, развею его заблуждение и застану врасплох.
— Стоять, руки за голову!
Мужчина дергается, роняет газеты, которые держал в руках, и поворачивается ко мне.
— Шерлок, что за идиотские шуточки? — поразительная фамильярность и восхитительно возмущенный тон.
— Руки за голову, — слегка отвожу руку с пистолетом, стреляю в стену, и снова нацеливаюсь на незнакомца. — Я не шучу, ясно? Сейчас я вызову полицию, а вы немедленно говорите мне, кто вы такой и что здесь делаете.
Мужчина наконец слушается приказа, осторожно поднимает руки и говорит:
— Меня зовут Джон Уотсон… Чёрт, не могу поверить, что я должен тебе представляться в третий раз! Шерлок, я тут живу! Мы снимаем квартиру пополам. Неужели не помнишь: высокая рента, слишком хорошее место, ты искал соседа?!
— Я отлично всё помню. Включая то, что соседа я не нашел. Странная идея — выдавать себя за него!
— Боже! Позови миссис Хадсон, Лестрейда, Майкрофта — да кто угодно подтвердит тебе, что мы уже четыре месяца как соседи.
Пока я пытаюсь осознать сказанное, он продолжает:
— Я знаю, что ты отлично стреляешь, и не буду дёргаться, но позволь хотя бы присесть в кресло. Думаю, разбираться мы будем долго.
«Диссациативная амнезия, удивительно — но ретроградная», «скотомизация памяти», «вегетативное расстройство».
Транквилизаторы, антидепрессанты и нейролептики. Покой, режим, психотерапия. Целесообразен стационар.
За последнее предложение спасибо, конечно, но я уже наслаждался подобным гостеприимством, больше не имею желания. Предпочитаю быть дома, пока это возможно.
Забираю все бумаги, выхожу и не обнаруживаю Уотсона. Его выставили из кабинета ещё час назад, после того, как он рассказал всё, что нужно врачу, о времени, которого я не помню. Мне, разумеется, нужно гораздо больше информации. Это ведь выпавший кусок моей жизни! И я хочу узнать всё, как можно подробнее.
Где же он? Пошел за кофе или газетой? Сорвался и уехал куда-то, хотя обещал подождать?
Набираю смс — о да, номер телефона Уотсона у меня есть:
«Где вы?»
Ш. Х.
Ответ приходит быстро:
«У Майкрофта. Сегодня не жди».
Интересно, а брат тут при чем? Чёрт, какие выводы можно сделать в отсутствие информации? Я не знаю, не помню, какие у них отношения, ни черта не помню…
Раздается звонок — и, разумеется, это он, мой «злейший враг». Знает, что я предпочитаю смс, но сам больше любит звонки.
— Здравствуй, Шерлок. Ты уже знаешь, что твой доктор у меня. Не волнуйся, это ненадолго. Я похитил его лишь до выяснения волнующих меня обстоятельств.
— Я исключительно спокоен, Майкрофт. И мне, знаешь ли, трудно считать своим доктора Уотсона, которого я не помню.
— Гм, да, действительно. К такому трудно привыкнуть.
Растерянность Майкрофта не доставляет злорадного удовольствия, как могла бы в других обстоятельствах. Я молчу, и он продолжает:
— Шерлок, будь добр, на этот раз придерживайся врачебных предписаний. Иначе я буду вынужден предпринять соответствующие меры.
— Благодарю за заботу, — как бы от моего ядовитого тона телефон не расплавился.
— Всегда пожалуйста. И помни — если тебе нужно стационарное лечение, семья оплатит…
— Я никогда не сомневался в желании запереть меня в сумасшедшем доме, но пока не доставлю тебе такого удовольствия, — даю отбой. На сегодня с меня достаточно.
Дома меня охватывает непривычное чувство неприкаянности. Тут пусто и тоскливо. Вспоминаю рекомендацию побольше гулять и, опустив в карман томик Гёте, иду в парк. Буду надеяться, что длительные прогулки действительно помогут справиться с головокружениями.
Весенний парк ожидаемо люден. Мне, как обычно, нет до этого дела. Чем бесцельно глазеть по сторонам — я лучше буду разбираться со своей памятью. Зачастую ходьба стимулирует мыслительный процесс.
Ищу нестыковки в воспоминаниях — они находятся легко, слишком легко. Последние дни лишь местами ясны, остальное смутно, как воспоминания десятилетней давности. Приходится восстанавливать последовательность событий своего дня, словно картину преступления. Хорошо помню дело Катбуша. Берем это за основу. Началось оно с прихода Лестрейда. Отлично, тогда чем я занимался, когда инспектор пришел? Читал новости. Замечательно. А раньше? Вот так проснулся, с утра сел в кресло и принялся серфить сеть? Мозг спохватывается и восстанавливает события дня в реалистично-скучных подробностях. Что из них правда, и где лакуны, в которых потерялся Уотсон — не разобрать.
Level II, глава 1
Снова тот же сон.Вода. Речной запах. Майкрофт.
«Вы действительно хотите удалить выделенные файлы?»
«Да»
Просыпаясь, я слышу чужие незнакомые шаги. Кто-то бесцеремонно, не скрываясь, ходит по моей квартире.
Человек Мориарти? Просто грабитель?
Соскакиваю с кровати, хватаю пистолет и осторожно приоткрываю дверь. Выглянув в щель, оцениваю опасность.
Невысокий мужчина в джинсах и свитере — вот наглец, даже снял уличную одежду! Незнакомец перекладывает вещи на столике. Он не выглядит напряженным, такое ощущение, что уверен: квартира пуста и неожиданностей не будет. Что ж, развею его заблуждение и застану врасплох.
— Стоять, руки за голову!
Мужчина дергается, роняет газеты, которые держал в руках, и поворачивается ко мне.
— Шерлок, что за идиотские шуточки? — поразительная фамильярность и восхитительно возмущенный тон.
— Руки за голову, — слегка отвожу руку с пистолетом, стреляю в стену, и снова нацеливаюсь на незнакомца. — Я не шучу, ясно? Сейчас я вызову полицию, а вы немедленно говорите мне, кто вы такой и что здесь делаете.
Мужчина наконец слушается приказа, осторожно поднимает руки и говорит:
— Меня зовут Джон Уотсон… Чёрт, не могу поверить, что я должен тебе представляться в третий раз! Шерлок, я тут живу! Мы снимаем квартиру пополам. Неужели не помнишь: высокая рента, слишком хорошее место, ты искал соседа?!
— Я отлично всё помню. Включая то, что соседа я не нашел. Странная идея — выдавать себя за него!
— Боже! Позови миссис Хадсон, Лестрейда, Майкрофта — да кто угодно подтвердит тебе, что мы уже четыре месяца как соседи.
Пока я пытаюсь осознать сказанное, он продолжает:
— Я знаю, что ты отлично стреляешь, и не буду дёргаться, но позволь хотя бы присесть в кресло. Думаю, разбираться мы будем долго.
«Диссациативная амнезия, удивительно — но ретроградная», «скотомизация памяти», «вегетативное расстройство».
Транквилизаторы, антидепрессанты и нейролептики. Покой, режим, психотерапия. Целесообразен стационар.
За последнее предложение спасибо, конечно, но я уже наслаждался подобным гостеприимством, больше не имею желания. Предпочитаю быть дома, пока это возможно.
Забираю все бумаги, выхожу и не обнаруживаю Уотсона. Его выставили из кабинета ещё час назад, после того, как он рассказал всё, что нужно врачу, о времени, которого я не помню. Мне, разумеется, нужно гораздо больше информации. Это ведь выпавший кусок моей жизни! И я хочу узнать всё, как можно подробнее.
Где же он? Пошел за кофе или газетой? Сорвался и уехал куда-то, хотя обещал подождать?
Набираю смс — о да, номер телефона Уотсона у меня есть:
«Где вы?»
Ш. Х.
Ответ приходит быстро:
«У Майкрофта. Сегодня не жди».
Интересно, а брат тут при чем? Чёрт, какие выводы можно сделать в отсутствие информации? Я не знаю, не помню, какие у них отношения, ни черта не помню…
Раздается звонок — и, разумеется, это он, мой «злейший враг». Знает, что я предпочитаю смс, но сам больше любит звонки.
— Здравствуй, Шерлок. Ты уже знаешь, что твой доктор у меня. Не волнуйся, это ненадолго. Я похитил его лишь до выяснения волнующих меня обстоятельств.
— Я исключительно спокоен, Майкрофт. И мне, знаешь ли, трудно считать своим доктора Уотсона, которого я не помню.
— Гм, да, действительно. К такому трудно привыкнуть.
Растерянность Майкрофта не доставляет злорадного удовольствия, как могла бы в других обстоятельствах. Я молчу, и он продолжает:
— Шерлок, будь добр, на этот раз придерживайся врачебных предписаний. Иначе я буду вынужден предпринять соответствующие меры.
— Благодарю за заботу, — как бы от моего ядовитого тона телефон не расплавился.
— Всегда пожалуйста. И помни — если тебе нужно стационарное лечение, семья оплатит…
— Я никогда не сомневался в желании запереть меня в сумасшедшем доме, но пока не доставлю тебе такого удовольствия, — даю отбой. На сегодня с меня достаточно.
Дома меня охватывает непривычное чувство неприкаянности. Тут пусто и тоскливо. Вспоминаю рекомендацию побольше гулять и, опустив в карман томик Гёте, иду в парк. Буду надеяться, что длительные прогулки действительно помогут справиться с головокружениями.
Весенний парк ожидаемо люден. Мне, как обычно, нет до этого дела. Чем бесцельно глазеть по сторонам — я лучше буду разбираться со своей памятью. Зачастую ходьба стимулирует мыслительный процесс.
Ищу нестыковки в воспоминаниях — они находятся легко, слишком легко. Последние дни лишь местами ясны, остальное смутно, как воспоминания десятилетней давности. Приходится восстанавливать последовательность событий своего дня, словно картину преступления. Хорошо помню дело Катбуша. Берем это за основу. Началось оно с прихода Лестрейда. Отлично, тогда чем я занимался, когда инспектор пришел? Читал новости. Замечательно. А раньше? Вот так проснулся, с утра сел в кресло и принялся серфить сеть? Мозг спохватывается и восстанавливает события дня в реалистично-скучных подробностях. Что из них правда, и где лакуны, в которых потерялся Уотсон — не разобрать.
Страница 11 из 19
