Порою наступают такие жизненные моменты, когда хочется уйти от реальности, абстрагироваться, стать иным человеком, поменять свое тело и разум. Проблемы наваливаются сразу скопом, ты пытаешься раздвоиться, растроиться, но ты лишь один человек, обладающий определенным набором качеств, возможностей, знаний и умений. Зрелый психологически человек, в конце концов, справляется с проблемами. Он чему-то учится, становится мудрее, приобретает опыт, нужный в подобных ситуациях.
65 мин, 57 сек 13486
Диагноз диссоциативного расстройства психиатры ввели на смену ранее используемого термина раздвоения личности. На сегодняшний день принято считать, что диссоциативное расстройство не стоит путать с шизофренией, ибо шизофрения — это психическое заболевание, часто вызванное наследственными причинами, а диссоциативное расстройство является именно расстройством психики, вызванным такими внешними факторами, как сексуальное и моральное насилие над человеком в раннем детстве. Просим Вас, уважаемый читатель, обратить внимание на термины. Мы используем фразу «принято считать» потому, что мозг наш — штука темная и неизученная. В психиатрии нет точных мерил, отсутствуют эталонные нормы, и диагнозы зачастую выносятся как некий субъективный вердикт. Разумеется, есть общепринятые мировые стандарты, однако и их ежедневно подвергают сомнению, вводя все новые понятия и отвергая предыдущие знания. Поэтому в темном деле познания глубин нашего мозга, стоит быть осторожным в высказываниях и гибким в понятиях.
Взять к примеру нашу тему. Понятие диссоциативного расстройства психиатры в обиход ввели, таким образом констатируя сам факт наличия проблемы. Однако диагноз этот в кругах эскулапов подвергается большим сомнениям и спорам. Его называют самым спорным психическим расстройством, в отношении которого нет четких понятий о его диагностировании и способах лечения.
Вот основные пункты разногласий специалистов:
1. невозможно доказать, является ли диссоциативное расстройство реальной проблемой психики или это симуляция.
2. если расстройство это реально, то действительно ли в человеке «зарождается» несколько личностей или это состояние бреда одной личности?
3. можно ли излечить человека от этого расстройства?
4. и стоит ли его лечить?
5. является ли данное состояние постоянным или это некий временный способ личности выживать в социуме?
Тема эта очень спорная, затрагивает многие нравственные аспекты жизни и душевного состояния как отдельно взятого человека, так и общества в целом. Уже многие десятки лет сторонники этого диагноза тщетно пытаются убедить скептиков в жизнестойкости своих утверждений, но воз и ныне там.
Приверженцы диагноза диссоциативного расстройства утверждают, что дети, подвергнувшиеся насилию (особенно сексуальному насилию), вырабатывают странный, почти мистический защитный механизм, расщепляя свою личность на части.
Не секрет, что дети, обладая ярким восприятием, часто «создают» себе воображаемых друзей. А в случае методичного, постоянного насилия, вполне вероятно, могут«создать в себе» и несколько таких«друзей»-личностей. По мнению сторонников реальности расстройства, человек с раздвоением личности, являясь в обычном понимании этого слова, нормальным (то есть по большей части адекватно осознающим окружающий мир и себя в нем), вырабатывает некие свои своды законов и правил поведения в социуме. Чаще всего его телом и разумом управляет одна главенствующая личность, только временами дающая волю остальным. Иногда только эта главная личность помнит все события и поступки, иногда память дробится и только каждая личность в отдельности помнит то, что происходило именно с нею. Часто люди с диагнозом диссоциативного расстройства страдают частичными амнезиями и выпадениями памяти на временные промежутки, что не может не отражаться неблагоприятно на нормальной жизни самого человека и окружающих его людей.
В противовес им скептики заявляют, что люди, которые действуют так, будто у них есть диссоциативное расстройство, научились проявлять симптомы этого состояния в обмен на известность и социальную поддержку медиков и общества в целом.
И впрямь, сторонники диагноза ратуют за особый статус людей с расстройством, причисляя их к разряду несчастных, подвергнувшихся насилию, и значит, заслуживающих особенного отношения априори. Призывают общество относиться к ним, как к людям с особенными потребностями, людям, которые не в состоянии себя контролировать. А так как расстройство это довольно редкое и необычное, то часто человек, демонстрирующий его симптомы, оказывается в центре всеобщего внимания, привлекая к себе взгляды прессы и толпы, жаждущей интриги и чудес. Как здесь понять, болен ли человек или попросту хочет быть в центре внимание?
Взять к примеру нашу тему. Понятие диссоциативного расстройства психиатры в обиход ввели, таким образом констатируя сам факт наличия проблемы. Однако диагноз этот в кругах эскулапов подвергается большим сомнениям и спорам. Его называют самым спорным психическим расстройством, в отношении которого нет четких понятий о его диагностировании и способах лечения.
Вот основные пункты разногласий специалистов:
1. невозможно доказать, является ли диссоциативное расстройство реальной проблемой психики или это симуляция.
2. если расстройство это реально, то действительно ли в человеке «зарождается» несколько личностей или это состояние бреда одной личности?
3. можно ли излечить человека от этого расстройства?
4. и стоит ли его лечить?
5. является ли данное состояние постоянным или это некий временный способ личности выживать в социуме?
Тема эта очень спорная, затрагивает многие нравственные аспекты жизни и душевного состояния как отдельно взятого человека, так и общества в целом. Уже многие десятки лет сторонники этого диагноза тщетно пытаются убедить скептиков в жизнестойкости своих утверждений, но воз и ныне там.
Приверженцы диагноза диссоциативного расстройства утверждают, что дети, подвергнувшиеся насилию (особенно сексуальному насилию), вырабатывают странный, почти мистический защитный механизм, расщепляя свою личность на части.
Не секрет, что дети, обладая ярким восприятием, часто «создают» себе воображаемых друзей. А в случае методичного, постоянного насилия, вполне вероятно, могут«создать в себе» и несколько таких«друзей»-личностей. По мнению сторонников реальности расстройства, человек с раздвоением личности, являясь в обычном понимании этого слова, нормальным (то есть по большей части адекватно осознающим окружающий мир и себя в нем), вырабатывает некие свои своды законов и правил поведения в социуме. Чаще всего его телом и разумом управляет одна главенствующая личность, только временами дающая волю остальным. Иногда только эта главная личность помнит все события и поступки, иногда память дробится и только каждая личность в отдельности помнит то, что происходило именно с нею. Часто люди с диагнозом диссоциативного расстройства страдают частичными амнезиями и выпадениями памяти на временные промежутки, что не может не отражаться неблагоприятно на нормальной жизни самого человека и окружающих его людей.
В противовес им скептики заявляют, что люди, которые действуют так, будто у них есть диссоциативное расстройство, научились проявлять симптомы этого состояния в обмен на известность и социальную поддержку медиков и общества в целом.
И впрямь, сторонники диагноза ратуют за особый статус людей с расстройством, причисляя их к разряду несчастных, подвергнувшихся насилию, и значит, заслуживающих особенного отношения априори. Призывают общество относиться к ним, как к людям с особенными потребностями, людям, которые не в состоянии себя контролировать. А так как расстройство это довольно редкое и необычное, то часто человек, демонстрирующий его симптомы, оказывается в центре всеобщего внимания, привлекая к себе взгляды прессы и толпы, жаждущей интриги и чудес. Как здесь понять, болен ли человек или попросту хочет быть в центре внимание?
Страница 13 из 20
